Burglary

      — …скажи техническому отделу и бухгалтерии, что все отчеты должны быть завтра утром на моем столе, и на этот раз отсрочек не будет! Нам нужно уложиться, я не собираюсь ждать, пока они там решат начать работать! Совсем разленились!       — Мистер Стайлс, а как насчет новых поставок? Они прибудут ровно через неделю, а готово все только наполовину, — протараторила Джесс, еле успевая за Гарри, который буквально мчался по офису Harrods.       — Что? Они издеваются? Скажи, чтобы работали не покладая рук, не один я должен отдуваться за всю эту чертову компанию!       Бросив робкое «сделаю», Джесс убежала исполнять приказы. Сегодня Стайлс не в духе. Наверное, не с той ноги встал, хотя кто вообще смотрит, с какой ноги он встал? Не глупость ли? Но раз день не особо задался, то… вероятно, это так. Работы много, сделано мало, и сроки поджимают. Все это просто беспощадно играет на нервах. Гарри уже два с лишним дня не спал, все время работая. Столько же времени он не был в душе, но зато кофе — частый гость его кабинета.       «Подопнув» каждый отдел, Стайлс направился обратно к себе, чтобы опять приняться за работу. Нет, ему не нужен сон. Да кому он вообще нужен? И без него нормально живется… Зайдя в свой кабинет, он заварил уже пятую кружку кофе за это утро и уселся за письменный стол. Раздвинув какие-то бумаги и положив поверх новые, Стайлс пролистал большим пальцем стопку и тяжело вздохнул. Очередная кипа договоров и всякой такой бредятины… Вдруг что-то завибрировало. Что-то в другом конце комнаты. Встав и чуть пошатнувшись, Гарри пошел искать источник шума. Перевернув полкабинета, заглянув во все ящики, он наконец дошел до дивана, на котором лежал его пиджак. Звук вроде донесся оттуда. Сунув руку в карман, Стайлс нащупал телефон, и улыбка сразу засияла на прекрасном лице, как только взгляд упал на экран.       «Хаз, ты тут? х»       «Да, а это мое новое прозвище?)»       «Я знаю, что тебе оно уже нравится»       «Очень»       «Сильно занят?»       «Для тебя нет»       «Так я элита? Какая честь, Мистер Стайлс»       «Вы достойны лучшего, Мистер Томлинсон»       «Хватит. Превращать. Мои. Безобидные. Сообщения. В секс. По телефону. Чертов. Соблазнитель.»       «Прости, природы не изменишь»       «Вообще-то я хотел спросить, свободен ли ты вечером»       «Так уж и быть, спрашивай»       «Гарольд Стайлс, свободны ли Вы сегодня вечером?»       «Допустим. А каковы Ваши предложения, сэр?»       Дверь медленно приоткрылась, и из-за нее выглянуло то самое любимое личико. Глаза Луи сверкали, улыбка не сползала, а прекрасные морщинки так дополняли всю эту необычайную красоту в парне. Гарри приподнял свою голову, уставившись вперед прямо на Томлинсона, который все еще мялся в дверях.       — Не хотите ли Вы провести этот вечер с самым большим идиотом на планете? — с хитрой сияющей улыбкой произнес Луи, слегка робея.       Гарри не мог перестать улыбаться, ямочки на щеках казались глубокими впадинами, а блеск в глазах пропускал множество зарядов по телу Томлинсона.       — Хочу.       Луи прошел вглубь кабинета и начал оглядываться:       — Тогда предлагаю хватать вещи и бежать из этого места.       — Чем тебе не нравится Harrods? — ухмыляясь, сказал Гарри, одновременно собирая вещи.       — Он мне нравится, но тут так людно. Хочется уйти поскорее… Куда-нибудь, — Гарри понял, что Луи имел в виду, и полностью с ним согласен. Тут никакого покоя. Абсолютно. — У меня, если честно, вообще нет никаких особых планов, но я купил какао и зефирки, так что предлагаю залечь и посмотреть фильм. Как тебе?       — Звучит неплохо, — сказал Стайлс, уже держа собранную сумку в руке и надевая пальто.       Они вышли из универмага и направились к машине Луи, которая выделялась из ряда других обычных машин. Она была больше, круче, дороже… Но Гарри этим не удивить, он и сам любитель подобного.       Сев, они не переставали болтать по пути к дому Луи. Словно сладкая парочка на годовщину. Они ехали по улицам Лондона вдвоем. Стайлс держал Томлинсона за руку, переплетая их пальцы. Так безумно тепло.

***

      — Гарри, тебе очень много зефирок в какао или очень-очень много?       — А если я хочу очень-очень-очень много? Ты ради меня это сделаешь? — сладко и тягуче произнес Гарри, играя с Луи в очередную ролевую игру.       — Ради тебя, любимый, сколько угодно, — подыграл Томлинсон и ускакал чуть ли не вприпрыжку на кухню за какао.       Спустя несколько минут Луи уже неуклюже шел с двумя чашками в руках и горой зефирок. Гарри готов вечно смотреть за тем, как двадцатичетырехлетний парень, закусив губу, осторожно ступает босыми ногами на голый пол, боясь уронить их какао. Он такой еще ребенок. Наконец-то дойдя до пункта назначения, Луи тихонько поставил чашки и с облегчением плюхнулся на диван рядом со Стайлсом.       — Достаточно зефирно?       — Вполне, скажу я Вам, Король Зефирок, — оба парня не смогли сдержать свой громкий смех. Два достаточно взрослых и солидных бизнесмена сидят на диване и говорят о зефире.       — Ну, раз это говорите Вы, Принц Шоколадного Какао, то я могу быть спокоен.       — Какой фильм мы смотрим? — спросил Гарри и уставил свой любопытный и игривый взгляд на Луи.       — Как насчет… Хм-м… — Томлинсон соскочил с места, схватил первый попавшийся диск с полки и всунул его в DVD.       Прошло уже десять минут фильма, но Томлинсон так и не отвел взгляда от лица кудрявого. Они сидели в полуметре друг от друга, не соприкасаясь, пока Луи не кинул в Гарри первую зефиринку. Бой начался. Увлеченный фильмом Стайлс сделал лицо «да как ты только посмел» и схватил свою чашку с какао, достав оттуда «снаряды». Быстро кинув пару зефиринок в лицо шатена, Гарри рассмеялся, ведь тот всем своим видом показал, что месть будет жестокой. Схватив пакет с зефиром, Луи начал обкидывать Стайлса ими, играясь, как маленькое дитя. Гарри продолжал кидаться своими запасами, и, когда еда кончилась, он перешел к подушкам. Первая прилетела по руке, но вторая попала точно по носу. Сделав разъяренный вид, Луи набросился на атакующего и начал его щекотать, заставляя кудрявого извиваться и смеяться во все горло. Томлинсон уже не мог сдерживать смеха. Он наклонился, чтобы пощекотать ребра Гарри, и, показав свою самую искреннюю улыбку, посмотрел на парня. Луи остановился и уставился в эти зеленые глаза. Озорная улыбка превратилась в смущенную. Томлинсон почти что лежал на кудрявом, пальцами упираясь в его тело.       — Поцелуй меня, дурак!       Луи удивленно посмотрел на Гарри, будто не понимая, что тот сказал. Томлинсон не хотел спешить, ведь только все стало налаживаться, но, увидев одобряющий взгляд со стороны парня, он не стал медлить. Накинувшись на Стайлса сильнее и опрокинув его, Луи впился в те сладкие губы, вкус которых так давно не чувствовал на своем языке. Так давно хотелось вновь проникнуть в этот рот, заглотить эти ощущения, погрузиться в это блаженство. Гарри всегда уносил Луи в другой мир своими поцелуями. Будто утягивал за собой куда-то далеко, где никто не сможет его найти, никто не сможет помочь, спасти. Это падение в бездну. В бездну чувств и страсти, нежности и любви. Никто не сможет поймать тебя, пока ты летишь вниз, никто не сможет вытащить тебя оттуда, никто не кинет веревку, ведь там нет дна. Есть только он и ты. Только его зеленые глаза и твоя слабость. Только его порочные губы и твое безвластие. Только его нежные поцелуи и ты, такой беспомощный против них, против него, против всего этого чувства.