Часть 5
21 июля 2015 г., 02:57
You better run, better run, better run, yeah, I’m coming after you When you’re sleeping at night, yeah, there’s nothing you can do There’s no place you can hide, 'cause I’m coming after you (I wish there was another way out for you…)
«Блин, откуда ветер этот адский, середина сентября ведь!» — Дилан накинул на голову капюшон, застегнул куртку и обхватил себя обеими руками, пытаясь хоть как-то сохранить тепло. Собираясь в колледж, он по сложившейся в последнее время традиции, выкурил косяк, но, видимо, в этот раз трава оказалась действительно забористой, потому что он абсолютно точно не помнил последние полчаса своей жизни. — Может, пора завязывать? — спросил сам себя Альварес и тут же рассмеялся. — Совсем ебанулся, ё! Оглядевшись по сторонам, Дилан попытался сориентироваться на местности и понять, куда же его принесли ноги. Ну конечно, куда же ещё — чуть поодаль, вверх по улице, виднелась красная кирпичная стена, опоясывающая дом Рэйганов. Решив про себя, что это судьба, с которой лучше не спорить, Дил послушно поплёлся вперёд. Обойдя дом, он нащупал в плюще, облюбовавшем стену, самодельную лестницу, которую они с Джорджем смастерили несколько лет назад, чтобы сбегать на тусы. Дилан ловко перелез через ограду и, оказавшись на заднем дворе, прислушался. Грязное небо плыло, отражаясь в чёрных окнах. Дом, казалось, спал. Прихватив с дорожки, засыпанной гравием, несколько камней, Дилан пересёк двор и остановился у нужной комнаты. После того, как третий камушек царапнул по стеклу чуть более настойчиво, чем предыдущие два, в оконном проёме наконец-то появилась заспанная физиономия Рэйгана. Увидев, кто стоит внизу, он принялся тереть лицо руками, то ли прогоняя остатки сна, то ли не веря своим глазам. Дилана вся эта игра в Ромео порядком подзаебала, и он швырнул в окно четвёртый камень, уже не осторожничая. — Охуел? — послышался приглушенный возглас Джорджа, он жестом велел приятелю обойти дом. Через пару минут они уже стояли друг напротив друга: Джордж — облокотившись на свой старенький, но заботливо выхоженный «Дукати», а Дилан — засунув руки в карманы джинс и потупив взгляд. — Ну, и что это за хуйня? — спросил наконец Рэйган, делая глубокую затяжку и не отрывая взгляда от сигареты. — Ты позвонить не мог? — Да я вообще приходить не собирался, — буркнул себе под нос Альварес, — по накурке получилось. — А, ну отлично! — Джордж поднял-таки на него глаза. — Тогда можешь уёбывать с лёгкой душой, там не закрыто! — он неопределённо махнул рукой в сторону ворот. — Да ладно-ладно! — Дил вскинул руки в примирительном жесте. — Я просто подумал, так романтичней, что ли, будет… я ж теперь, блять, и не знаю, как тебе угодить-то! Ну, ты же… это… — Да не гей я, ёб твою мать! — Рэйган умоляюще возвёл глаза к небу. — Не нравятся мне мужики! — А Мурильо что, по-твоему, не мужик? Рэйган резко отвернулся и уставился на покачивающиеся верхушки старых елей, что росли прямо за стеной забора. Дилан молча наблюдал за другом, и ему вдруг стало не по себе, словно ветер проник под куртку и даже глубже, куда-то под кожу, заставляя поёжиться, ощущая неприятную пустоту в груди. Задумавшись, Джордж потерял контроль над мимикой, обычная для него гримаса похуистичного бугая исчезла, и на лице проступили черты усталости и… отчаяния? Было видно, что у него в голове, похоже, творился настоящий ад, и Джордж был готов на всё, лишь бы это прекратилось. — А, по-твоему, мужик? — Рэйган наконец совладал со своими мыслями, и когда он повернулся к другу, в его глазах плясали весёлые огоньки. Дилан хмыкнул, но промолчал, и прошло около минуты, прежде чем созрел новый вопрос: — Так ты не шутил, когда говорил, что у него глаза красивые? — Неа, не шутил, — задумчиво произнёс Джордж, теперь уткнувшись взглядом в кроссовки друга. — Два долбаных блестящих блюдца. Правильно ты тогда сказал, как будто в душу смотрят. Дилан поморщился, он-то никакого двусмысленного контекста в эту шутку не вкладывал. Расценив молчание друга как недоверие, Джордж вздохнул: — Да не гей я, точно. Думаешь, я сам этим не запаривался? Плешь себе, блять, проел! Ходил, на парней пялился втихаря, как вспомню, так вздрогну! Нихуя, понимаешь? Тут что-то другое, особенный этот мелкий пиздюк какой-то, чтоб его! — под конец речи Джордж заметно взбесился. — Окей-окей, тише. Мне всё равно, гей ты или не гей… — Я не гей!!! — Похуй, говорю. Главное, чтоб в женские шмотки не наряжался, — в голове возник образ Джорджа в обтягивающей розовой комбинации, и Дилана передёрнуло. — Не наряжаешься ведь? — Ой, смотрите, Фанни Мэна включил! — оторвав свою задницу от «Дукати», Джордж выпрямился и потянулся. — Ну чего, в колледж надо ехать, что ли? Выгони мотик, а я пока схожу оденусь. Дилан только сейчас заметил, что, действительно, друг всё это время сидел перед ним в майке. Его широкие накачанные плечи покрылись «гусиной кожей», а руки покраснели. Дил тряхнул головой и улыбнулся: — Я сяду с тобой на один мотоцикл, только если поклянёшься, что не будешь ко мне приставать. Рэйган даже не обернулся, на ходу показал средний палец и бросил через плечо: — Ты не в моём вкусе, укурок. — Стой! — ещё один вопрос крутился в голове у Дилана с того самого вечера, когда он узнал правду. — Так что, значит, Мурильо мы теперь не трогаем? — Да щас, блять! — Джордж остановился в дверях и обернулся. — Этот уёбок меня типа отшил, понимаешь? Пизда ему.***
«Бум!» — с грохотом захлопнулась дверца шкафчика. «Бум!» — об эту самую дверцу ударилась голова Дэнни. — Ты совсем не видишь, куда идёшь? — Рэйган навис над ним как туча. Огромная мускулистая грохочущая туча. — Очки себе купи уже новые, мудила! Дэнни сидел на полу, прильнув спиной к злополучному шкафчику, и с силой тёр ушибленный лоб. Дилан решил, что самым разумным поведением для него будет просто не вмешиваться. Он стоял у противоположной стены, вальяжно уперевшись в неё спиной, сложив руки на груди и зафиксировав на лице нагловатую улыбку. Из кабинета неподалёку вышел какой-то парень и, быстро оценив ситуацию, поспешил смыться. Дэнни проводил его умоляющим взглядом, но не сказал ни слова. Дилан непроизвольно вздохнул, эта картина (разминающий кулаки Рэйган и скорчившийся на полу Мурильо) представала перед ним миллионы раз, но теперь, зная всю правду, Альварес просто не мог относиться к этому как прежде. Джордж стоял к нему почти спиной, однако Дил всё равно заметил, как гневный взгляд друга, пробегая по фигуре ботаника, задержался на его широко раскинутых ногах, обтянутых узкими джинсами. Вот такие, блять, дела. Дэниэл Мурильо в узких джинсах. Куда катится мир? Дил даже мысленно задался вопросом, что ему противнее: неожиданное перевоплощение ботана в эдакого члена сладкожопого бойзбэнда или мысль о том, как его лучший друг этого самого сладкожопого зажимает где-нибудь в тёмном углу. Благо, последнее он до конца представить не успел, так как его мысли прервало возмущённое рычание Рэйгана: — Ты во что, блять, вырядился? — он с силой пнул Дэнни по ноге, заставив того вскрикнуть и сменить наконец позу. — Эй, вы чего тут устроили? — послышался вдруг возмущённый голос, и через мгновенье между Джорджем и Дэнни материализовалась высокая худая девчонка с копной ярко-фиолетовых волос. — Ты совсем с ума сошёл? Рэйган опешил на секунду, но потом взбесился ещё больше. — Ты ещё, бля, кто такая? — Я та, кто пойдёт к декану, если сейчас же не отстанешь от бедняги! Джордж смерил девушку оценивающим взглядом: тоненькие ноги в чёрных узких брюках, руки-палочки, торчащие из мешковатой футболки с логотипом какой-то рок-группы, удлинённой формы лицо с пропастями голубых глаз, яркостью соперничающих с необычного цвета шевелюрой. Прикинув что-то в уме, Рэйган вдруг громко рассмеялся. — Вы с ним, что, эмо-группу сколотили или вроде того? — отсмеявшись, он наклонился и приблизил своё лицо вплотную к лицу незнакомки. — Послушай, курочка, это всё, — он указал подбородком на собирающего свои тетрадки с пола Дэнни, — продолжается уже много лет. Ты думаешь, декан не в курсе? К тому же, разве ты не видишь, что ботан молчит? Он, может, и не против совсем… — Да иди ты в задницу! — буркнул себе под нос Мурильо. Рэйган моментально изменился в лице и дёрнулся было в его направлении, но на его грудь легли, отталкивая, худые руки девчонки. — Отвали от него, — процедила она сквозь зубы. Дилан, молча наблюдавший за этой картиной, довольно хмыкнул — эта выпендрёжница ему явно нравилась. Девушка перевела на него взгляд и удивлённо подняла тонкие брови, будто только что заметила его присутствие. — Чего уставился, придурок? — с презрением выплюнула она, заставив Альвареса улыбнуться ещё шире. Не дождавшись ответа, незнакомка снова посмотрела на Джорджа и, опомнившись, брезгливо убрала руки с его груди. — Тебе самому-то не стрёмно? Парень в два раза меньше тебя, чем он тебе может ответить? В общем, ещё раз увижу рядом с ним, найду на вас управу, уж поверьте мне! — на прощание окинув Дила взглядом полным отвращения, она подтолкнула Дэнни к выходу и отправилась за ним. — Это что, блять, сейчас было? — ошарашенно спросил Рэйган, поворачиваясь к другу. — Это любовь, амиго, это любовь, — мечтательно протянул Альварес, глядя вслед удаляющейся незнакомке.***
В столовой Дэнни проплыл по залу, демонстративно игнорируя их компанию. Выпрямившись, высоко подняв голову и слегка покачивая бёдрами, он проследовал к столу ботанов и приземлился на своё обычное место. Конечно, непосвящённые не заметили этого блядского виляния задом, но Дилан-то заметил и еле сдержал рвотные позывы. В какую игру они играют? Кому и зачем это нужно? Чтобы подтвердить свои догадки, Дил посмотрел на Джорджа. Тот, конечно, буравил Мурильо испепеляющим взглядом. Вдруг Альварес представил, что было бы, если в тот вечер на кухню зашёл не он, а кто-нибудь посторонний. При одной мысли, что страшная тайна друга могла быть уже известна всему колледжу, потемнело в глазах. Воистину, пути Господни неисповедимы, а Джордж оказался очередной игрушкой в Его руках. Чтобы отвлечься от неприятных мыслей, Дил принялся оглядывать столовую и вскоре нашёл то, что искал. Девушка с фиолетовыми волосами сидела за столом недалеко от входа и оживлённо разговаривала с приятельницами. — Анна Бир, — сидящий рядом с Диланом Мэттью придвинулся поближе. — Чт… что? — Альварес насилу оторвал взгляд от девушки и посмотрел на Мэтта. — Будь добр, — состроил брезгливую мину Сэнт Клэр, — убери с лица эту идиотскую улыбку! Я говорю, её зовут Анна Бир, она новенькая. — А я-то думаю, почему раньше её не замечал! — Дилан не смог совладать с собой и снова уставился на Анну. — В колледже появилась юбка, под которую ты ещё не заглядывал, — эти слова вызвали в Дилане волну возмущения, но потом он вдруг понял, что их произнёс Джорел, и негодование сменилось неподдельным удивлением. Он повернулся к сидящему слева Деккеру. Казалось бы, ему следовало послать наглеца куда подальше, но при виде лица Джея делать это перехотелось. Джорел, мать его, Деккер улыбался. И это была не обычная односторонняя ухмылка заморыша, а вполне себе такая открытая улыбка явно довольного своей шуткой человека. Дилан задумчиво прищурил глаза, от чего Джей смутился. За время прошедшее с того дня, когда они обнаружили в парке тело Митчелл, этот парень заметно изменился и оживился, что ли. Он всё больше разговаривал, при встрече смотрел в глаза, а теперь вот ещё и улыбался. Тот день, кажется, действительно изменил их жизни. Вспомнив, наконец, что ему нужно как-то ответить на колкость, Дилан, недолго думая, выдал: — Ну так вы же с Сэнт Клэром нашли друг друга, я тоже хочу себе подружку, — гейские шуточки всегда помогали в трудной ситуации. Улыбка моментально сползла с лица Джорела, он бросил быстрый смущённый взгляд на Мэтта, который, кстати, лишь довольно ухмыльнулся (чему?), и состроил Дилану физиономию, мол, да пошёл ты нахуй, клоун. Альварес же, страшно довольный собой, вновь обратил свой взгляд на загадочную Анну Бир. — А если серьёзно, то лучше забудь, Дилан, — ставший вдруг серьёзным голос Мэттью вклинился в его радужные мысли. — Она тебе не пара. Дилан нахмурился. Дилан столько раз за свою грёбаную жизнь слышал эту фразу. Дилан моментально вскипал, когда слышал её. — Вот это ты зря, — тихо подал голос угрюмо молчавший до этого Джордж. Нет, Дилан не поддастся в очередной раз на эту хуету. Альварес поднял брови и вопросительно, но холодно взглянул на Сэнт Клэра. Мэттью стушевался на секунду, но потом, видимо, уверившись в своей правоте, продолжил: — Они с родителями поселились неподалёку от меня, понимаешь? Она из хорошей семьи, её предки — учёные или вроде того. Ты не смотри на то, как она одета, уверен, что она училась в какой-нибудь элитной школе для девочек, знает три иностранных языка и никогда не свяжется с кем-то вроде… — он замешкался, — нас. — А что с «нами» не так? — Дилан, конечно, знал ответ на этот вопрос и тут же пожалел, что задал его. Как только Мэтт открыл рот, Альварес поднял ладонь, заставляя его замолчать. — В этом проблема всех богатеньких сынков вроде тебя: вы думаете, что больше всех знаете жизнь, но что ты мог узнать о ней, сидя в своём пряничном домике? И не дожидаясь ответа от явно задетого за живое Сэнт Клэра, Дил поднялся, взял свой нетронутый обед с тем, чтобы его благополучно выбросить, и отправился к выходу. — Дилан! — голос Мэтта догнал его на середине зала. — Дилан, извини! — Пошёл ты, — буркнул себе под нос Альварес, скидывая еду с подноса в урну. Он поднял взгляд и увидел, как в дверях в конце коридора исчезает тонкая фигурка Анны. «Вот сейчас и проверим!» Она стояла с двумя подругами возле лестницы, ведущей к чёрному ходу. Дилан, не давая себе времени замешкаться, стремительно подошёл и остановился у неё за спиной. Её блестящие волосы переливались на выглянувшем наконец солнце десятками оттенков, Альварес засмотрелся на эту красоту и даже не сразу заметил, что все три девушки уже прожигают его выжидающим взглядом. Он тряхнул головой, прочистил горло и уже было открыл рот, но лишь блаженно улыбнулся. — Чего тебе? — не выдержала Анна, смотря на него снизу вверх. — У меня к тебе серьёзный разговор, — Дилан бросил многозначительный взгляд на двух других девчонок, и они, недовольно закатив глаза, удалились. Анна недоверчиво прищурилась, а потом вдруг поднялась на пару ступенек, чтобы быть с ним одного роста. То, что она отдалилась, Дилану не понравилось. — Так чего ты хотел? — В общем, тут такое дело, — Дилан постарался придать своему лицу как можно более отчаянное выражение, — я просто сдохну, если ты не дашь мне свой номер, понимаешь? Анна удивлённо подняла бровь, в её глазах по-прежнему читалось недоверие. «Ну, хоть не отвращение», — облегчённо заметил про себя Дил. — Это что, шутка? — Анна подозрительно оглянулась вокруг. — Ты… ты же не серьёзно? Если ещё и она скажет, что они не пара, Дилан точно разобьёт сегодня кому-нибудь лицо. Выбор не велик: Сэнт Клэр или Мурильо. — Я пару часов назад назвала тебя придурком, пытаясь отбить паренька у твоего бешеного друга… — У них своеобразные… отношения. В любом случае, я больше в этом не участвую. Анна еще несколько мгновений, показавшихся Дилану вечностью, смотрела ему прямо в глаза, а потом прерывисто выдохнула и опустила взгляд. — Не знаю… я не думаю, что это хорошая идея… эм… — Дилан, — опомнившись, он протянул ей руку. — Анна, — когда её тонкие прохладные пальцы осторожно коснулись его ладони, в груди загорелся тёплый огонёк. Анна неловко улыбнулась и начала спускаться, но когда она оказалась на одной ступеньке с Диланом, он преградил ей путь, ухватившись за перила. — Вот только не думай, что я отступлюсь. Ни хрена подобного. Анна терпеливо, не поднимая глаз, дождалась, когда он опустит руку, и продолжила свой путь. «Обернись, обернись, обернись» Она обернулась.***
В небольшом стареньком одноэтажном доме Альваресов всегда пахло свежей выпечкой и пряностями, а также практически круглосуточно слышались детский топот и смех. Родители и сестра Дилана работали до вечера, поэтому присматривать за непоседливым племянником приходилось именно ему. Дил порядком уставал, но его вырастили с пониманием того, что семья — это главное, поэтому он смиренно выносил все капризы маленького Луки, а иногда даже ловил себя на мысли, что сам тащится от всех этих детских игр и пребывания в роли почётного скакового коня. В тот день, уложив племянника спать и посидев немного с засыпающим над газетой отцом на кухне, Дилан, по уже сложившемуся обычаю, выскользнул из дома и отправился к располагавшимся неподалёку заброшенным гаражам. Раньше их район был престижным и процветающим, но как только в город пробралась мода на классические двухэтажные дома, в точности как в подавляющем большинстве американских фильмов, семьи начали уезжать отсюда, и он оказался заселён не очень-то богатыми выходцами из самых разных стран. Усевшись прямо на землю и удобно пристроившись возле стены одного из гаражей так, чтобы ему была хорошо видна освещённая тусклыми фонарями дорога, но сам он оставался в тени, Дилан скрутил косяк и затянулся, вместе с дымом выпуская из лёгких все переживания, скопившиеся за день. Через пару минут в кончиках пальцев почувствовалось знакомое покалывание, голова опустела, и он блаженно прикрыл глаза, поднимая подбородок, подставляя лицо свежему ветерку. Внутри черепной коробки ласково щёлкнул старый кассетный магнитофон, впуская в уставший мозг слова перепетой кем-то под гитару «Over the Rainbow». Перед внутренним взглядом возникло освещённое ярким летним солнцем лицо Анны Бир. Она смущённо улыбалась и жмурилась, положив голову ему на колени, а он пропускал сквозь пальцы её шелковистые волосы, выкрашенные во все цвета радуги, и просто любовался. Её гладкой фарфоровой кожей, пушистыми ресницами и так соблазнительно выступающими ключицами, по которым невыносимо хотелось провести рукой. — Нет, спасибо, — неожиданно резко произнесла Анна и вскочила с его колен. — Что? — Дилан ошарашено открыл глаза, не сразу вспомнив, где находится. Откуда-то с дороги, справа, доносились голоса. Один — женский, довольно испуганный, другой — приглушённый мужской. — Я же сказала, сама дойду, правда, спасибо. Дилан осторожно подался вперёд, выглядывая из своего укрытия. Чёртова трава затуманила разум, поэтому он не совсем чётко видел происходящее. У обочины дороги стояла тёмная машина, а её водитель стоял тут же, спиной к Дилану, преградив путь невысокой темноволосой девушке. Стоило Альваресу задаться вопросом, следует ли ему вмешаться, как произошло то, чего он никак не ожидал. Мужчина сделал какое-то нечёткое быстрое движение, будто достал что-то из внутреннего кармана куртки, а затем крепко обнял, как показалось Дилану, свою собеседницу. Девушка что-то сдавленно пропищала и обмякла в его руках. Альварес даже опомниться не успел, а мужчина уже уложил её на заднее сидение, сел за руль и, не спеша, покатил вниз по улице. Дилан слишком поздно понял, что вылез из своего укрытия. Он резко подался назад, в тень, но готов был поклясться, что проезжая мимо, словно в замедленной съёмке, этот человек, человек в жуткой маске, смотрел прямо на него.
