Мой Великий Гэбриель ван Хельсинг

Как следует закутавшись в плащ и надвинув на глаза шляпу, Ван Хельсинг, пришпорив коня, мчался к замку Дракулы. Сейчас нужно собрать все свои силы и сказать ему о своём решении. Поставить перед фактом. А потом дать понять, что разговор окончен, развернуться и уйти. А ещё лучше вообще его не видеть, а поговорить с одной из его невест. «Тоже мне выход. Нашёл, с кем вести переговоры», - отмахнулся от такой идеи мужчина. …Конь вдруг заржал и встал на дыбы. От неожиданности Ван Хельсинг не удержался и грациозно свалился на землю. Непонятно чем испуганное животное, тряхнув гривой, снова встало на дыбы, как будто хотело кинуться прочь, но что-то удерживало его на месте. - Ну тише-тише… - раздался голос. Какая-то тень возникла рядом с беснующейся лошадью и взяла её за поводья. Как ни странно животное успокоилось, прислушиваясь к властному голосу, только чуть вздрагивало и фыркало, выпуская из ноздрей клубы пара. Ван Хельсинг недоумённо вглядывался в темноту, пытаясь разглядеть обладателя таинственной тени и раздумывая над тем, что не иначе как чёрт его дёрнул отправиться к графу глухой ночью. Тень в этот момент метнулась к лежащему на земле мужчине, и его лица коснулись невидимые ледяные пальцы. Ван Хельсинг отшатнулся, пытаясь дотянуться до револьвера, но тут из сгустка темноты, нависшей над ним, материализовался Дракула, который, выждав мгновение, рассмеялся, блеснув белоснежными клыками. - Прости, мой Охотник, что напугал тебя! – вампир, прищурившись, глянул на мужчину, а потом перевёл взгляд на его руку, в которой тот сжимал рукоять револьвера. – Ладно уж… Пошутили, и будет. – Дракула поднялся и подал Ван Хельсингу руку. Гэбриель недоверчиво посмотрел на бледную ладонь графа, на пальцы с длинными острыми ногтями, но всё же взялся за неё. Вампир рывком поставил человека на ноги. - Что это ты без своих неизменных перчаток? – Ван Хельсинг отряхнул одежду и наклонился за упавшей шляпой. - Не поверишь! Дома оставил! – снова рассмеялся граф. Казалось, что его отличное настроение не может испортить ни холод, ни даже хмурый взгляд стоящего перед ним мужчины. - Что это с тобой? – Дракула перестал улыбаться и, сделав шаг вперёд, вгляделся в лицо Гэбриеля. – Кто обидел моего Охотника? - Никто, - произнёс Ван Хельсинг, оглядываясь. В голове возникла мысль: а почему бы не объясниться здесь, на свежем воздухе? Не обязательно же тащиться в его жуткое логово. Тут будет проще. Сказать о своём решении, развернуться и уйти. Мужчина, кивнув самому себе в знак согласия, обошёл графа и приблизился к своему коню. - Гэбриель… - граф непонимающе смотрел на него. – Да что с тобой случилось?! – он шагнул следом и остановился, глядя, как крепко сжимают пальцы Ван Хельсинга рукоятку револьвера. Гэбриель проследил за взглядом вампира и поспешно убрал руку. - Прости, Влад, я… всё в порядке, - мужчина, отпустив поводья, приблизился к графу. Было тяжело смотреть сейчас ему в глаза. Нестерпимо хотелось обнять его, прижать к себе и никогда больше не отпускать. Защищать от всех других охотников за нечистью. Нечисть… Гэбриель понял, что у него теперь даже язык не повернётся назвать Короля ночи, этого черноволосого красавца таким гнусным словом… Однако тяжело было даже слово сказать, не то, что прикоснуться… - Пойдём со мной, - Дракула со вздохом потянул мужчину за руку. - Куда? - В замок. Ты же туда так торопился, верно? - Я думал, что будет лучше поговорить здесь… - Ван Хельсинг, сжал пальцы вампира, вынуждая того остановиться. - Гэбриель, о чём поговорить?? – граф вплотную приблизился к мужчине и приподнял его шляпу, а потом и вовсе снял её. – Что с тобой творится?! Ван Хельсинг отвёл взгляд, рассматривая вырисовывающийся в темноте силуэт замка. Здесь всё и началось когда-то… Нет, всё началось в подвалах Ватикана, где он впервые увидел портрет Дракулы… потом правда его сменили Валерий, Вэлкан и Анна… Но в голове прочно засел тот точёный профиль, тёмные волосы, чёрные глаза и лёгкая улыбка… Дьявол… «Ты готов оставить всё это? – спросил он себя. – Тогда вы были далеко друг от друга, но теперь он рядом, вот здесь, прямо перед тобой!», - для убедительности мужчина поднял руку и коснулся чёрного плаща; повёл пальцы вверх, коснулся густых чёрных волос; чуть помедлил и снял серебряный зажим, удерживающий их… Наконец, как будто решившись, крепко прижал вампира к себе, зарывшись носом в черноту волос. Решение принято. Он слишком привязался к этому тёмному миру, но пришло время расстаться. Пришло время вернуться к своим обычным земным делам… - Ну так что же, Гэбриель? – наконец произнёс граф. Всё это время он молчал, наблюдая и наслаждаясь близостью своего бесстрашного Охотника. Мог с лёгкостью прочесть его мысли. Но не хотел. Пусть скажет всё сам. Да и вряд ли это что-то настолько важное… - Я уезжаю, - проговорил Ван Хельсинг. - Что? – Дракула отстранился. Сейчас его лицо было таким же, как в тот момент, когда Виктор Франкенштейн и его создание исчезли в огне, который охватил старую мельницу. Но тогда его волновала лишь судьба монстра, а теперь… - Я понял. Мы квиты, - граф попытался превратить всё шутку. – Я напугал тебя, заставив твою лошадку немного покапризничать, а ты решил отомстить мне, - он улыбнулся. – Но не шути так больше. Я… - Это не шутка. Мы с Карлом и правда уезжаем в Ватикан, - слова дались Ван Хельсингу с большим трудом. – У меня будет к тебе просьба… - Какая? – безразличным тоном спросил граф. - Обещай, что не тронешь Анну. - К дьяволу эту деревенскую потаскуху! Что за ересь ты несёшь?! Какой, к чертям, Ватикан?! Зрачки вампира сузились. Казалось, ещё немного, и он выпустит длинные когти и обратится в крылатого монстра. Ван Хельсинг отпрянул и быстро оглянулся, проверяя, на месте ли конь. Животное было на месте, но стоило графу взмахнуть рукой, как оно, дико заржав, кинулось по дороге и затерялось среди дворов. Вампир отбросил в сторону шляпу Ван Хельсинга, которую до сих пор держал в руке. - Влад, я ДОЛЖЕН ехать, - как можно спокойнее произнёс Гэбриель. - Почему? – глаза графа снова стали прежними. Буря миновала. - Потому что так надо. - Ты в ответе за то, что может произойти с твоей принцессой, - с улыбкой напомнил Дракула. – Так что на твоём месте я бы как следует подумал. Ван Хельсинг замер. А на что он рассчитывал? Что граф всё поймёт, поклянётся оставить девушку и жителей деревни в покое и будет сидеть в своём замке и вышивать гладью, вспоминая былые времена? Да какая бы ни была тут… любовь…Анна в ней «третий лишний», соперница. И пусть она никакого вреда никому не причиняет, за исключением постоянного нытья на тему «какой Дракула негодяй», но всё же… - Ты прекрасно знаешь причину, по которой я решил уехать! – Ван Хельсинг с вызовом глянул вампиру в глаза. - Понятия не имею, - тот скрестил руки на груди. - Что, вместе с перчатками забыл дома и умение читать мысли? – съязвил Гэбриель. - Просто не хочу утруждать себя копанием в твоей голове. Я не Виктор Франкенштейн. - ТЫ – эта грёбаная причина! – казалось, Ван Хельсинг растерял всю свою гордость, и готов был уже кинуться на Дракулу, но удерживал здравый смысл. Вампир может убить его одним взглядом, если захочет. От этого громкого выкрика в небо взвилась с дерева стая ворон, возмущённо каркая. Граф внимательно оглядел мужчину с ног до головы, задержался на лице. Раздался топот, и сбежавший конь замер рядом с Ван Хельсингом, отфыркиваясь. - Что ж, счастливого пути, - спокойно произнёс вампир. Поднявшийся вдруг ветер взметнул множество снежинок, закрутив их вокруг Гэбриеля. Через мгновение всё стихло. Конь тихо пофыркивал, обдавая человека горячим дыханием. - Влад… - тихо позвал мужчина в темноту, после чего присел на корточки, чтобы взять шляпу. – А как же Анна..? Небо на востоке начинало алеть.