Сказания Озер

      Вечером солнце уже не светит. На небе пляшут тучи, и я начинаю скучать по тебе, потому что мне кажется, что плохая погода перестала бы иметь смысл, будь ты рядом. Мне не с чего так думать, но я думаю. И ты бы не смог меня осуждать, признайся.       Лучи солнца не ложатся на мою кожу и я не чувствую их тепло, когда снова сажусь за стол в маленькой кухне, где окно прямо над столом, маленькое, но достаточное, чтобы свести с ума в особо солнечные жаркие дни, и кажется, что нужно сделать всего один шаг или встать на стол ногами, чтобы выпрыгнуть в улицу, дать ветру подхватить себя и унести куда-то вдаль, за горизонт, где нет плохой или хорошей погоды и где не нужно ждать тебя, чтобы погода потеряла свой смысл, который она возымела в твое отсутствие. Я пью чай от безысходности, смотря на серое небо за окном, и мне кажется — так сильно и совсем не в первый раз, — что я ненавижу тебя за то, что ты забираешь мои последние радости жизни: плохую погоду, которая раньше всегда была хорошей, к примеру. Я не знаю тебя, не хочу тебя знать, но правда в том, что, когда бабочки машут крыльями, перелетая с цветка на цветок, я мечтаю, чтобы твой голос в моем сне все так же тихо, едва ли громче, чем дуновение слабого ветра, чуть нагибающего цветок и даже не потревожевшего бабочку, сказал мне, что всё будет хорошо и если я хочу, то мы можем присесть и выпить чаю, обсудить непогоду за окном и быть вместе еще какое-то неопределенное время.       Я не гонюсь за тобой. Я бегу от тебя, и лишь бабочкам на цветах в моем саду известно, что на самом деле я лишь стою на месте.       Я слоняюсь по дому без цели, сажусь за письменный стол в своей-нашей-моей комнате, чтобы попробовать что-то написать, но руки замирают прежде, чем я становлюсь достаточно смелой, чтобы напечатать то, что все равно никому не будет интересно, поэтому мои пальцы замирают прямо над клавишами, и только солнце, выглянувшее в тот момент и осветившее дрогнувшие подушечки пальцев, заметит, что я готова была написать о всех причинах, по которым нам стоило бы расстаться и больше не быть вместе.       Правда в том, что мы уже давно не вместе.       Даже если я ищу тебя во снах, я знаю, что мне не суждено столкнуться с тобой еще хотя бы раз, знаю, что моя жизнь оборвалась в момент твоего ухода — и тогда же началась заново, — и мне хорошо известно, что я могу умереть еще сотни тысяч раз прежде, чем мы встретимся вновь, даже если нашей встречей будет ознаменован мой конец.       Через окно я вижу крыши чужих домов, мне хочется, чтобы мы встретились где-нибудь там, в лесу, когда кончаются люди и начинается природа, потому что то, что мы прячем за «нами», — нечто более сокровенное, чем вещь, доступная простому человеку.       Мы не любим. Не ненавидим. Просто когда-то были частью друг друга и нам пришло время попрощаться.       Мне хочется ощущать этот холодный камень под своими ногами каждый день. Я знаю, тебе тоже нравится это чувство, поэтому мы разувались еще на подходе к дому, даже если приходилось нести обувь до самой прихожей. Тебе нравится, как это может не нравиться мне?       Я пишу это, когда на небе пляшет серость, сорвавшаяся с твоего лица, когда я тебя отпускаю. Тебе это не нравится, но что я могу поделать? Ты же видишь список, почему нам больше нельзя быть вместе. Он же в моей голове.       Я пишу это тебе. Потому что мы находимся по разные стороны одного зеркала, даже если мне кажется, что я могу убежать от тебя. Ты всегда за мной — тень, составляющая абрис моего тела, отражение в стекле, у тебя мои черты, а у меня — твои.       Я пишу это тебе. У меня мало времени — я совру, если скажу так, потому что на самом деле у меня куча времени, но не хватит чувств, — поэтому я просто хочу сказать, что мне все так же нравится ощущать ступнями холод, исходящий от земли, когда я иду в саду по тропинке, которую мы когда-то проделали для нас, и что небо, заплывшее тучами, все равно останется моей любимой погодой и это веяние не сдует даже самым сильным ветром, под напором которого не смогу устоять я, но выстоят мои мечты, и что я ложусь спать в одиночестве после того, как мои пальцы замирают над самыми клавишами, готовясь написать самое яркое признание из всех, и не чувствую себя в одиночестве, потому что мне можно побыть ни с кем, а только с собой теперь.       У меня мало времени, и самое последнее, что я могу сказать: мне не жаль, что нам приходится расставаться, я научусь отпускать других так же, как я отпускаю тебя, позволяя быть свободным и не сдерживаться, не сидеть взаперти, прячась за остатками моих чувств и желаний. Я пишу это тебе, человек, которым мне никогда не быть. Человек, который покинул меня, человек, которому я разрешаю уйти, человек, которого я могу отпустить.       И если я однажды услышу твой шепот, который едва громче легкого ветра, не задевающего даже мои распущенные волосы, то просто промолчу в ответ.