Полукровки в России

Суматоха началась с самого утра. Не удивительно, что изо всех домиков поминутно раздавались возмущенные крики и ругательства. На улицу выходить было опасно для жизни, уж я-то знаю, что говорю. Нет, вы не представляете, что произошло! Началось все с утра, когда появилось послание Почтой Ириды. Да еще и от самого Зевса. — Кхм-кхм! — откашлялся он. Вероятно, для привлечения внимания, хотя это было явно излишним, все взгляды были устремлены на него. — Срочное сообщение, — ну ясно, что срочное, раз сам Зевс (!) соизволил появится в облаке сообщения. — Дело в том, полубоги, что мы переносим Олимп и Лагерь полукровок в другое, более безопасное, на наш взгляд, место. Это, — Глава богов выдержал минутную паузу для драматичности. — Санкт-Петербург, Россия! Перемещение пройдет сегодня вечером, это касается только Лагерь полукровок и охотниц Артемиды. Римляне переместятся через неделю. Сначала все молча пялились на голограмму. Затем посмотрели друг на друга, не веря этому. А потом пронесся шумок по рядам полукровок. Он нарастал, нарастал, Хирон не мог успокоить разбушевавшуюся толпу. — Вот тебе и на… — рассеянно пробормотала Талия. Охотницы, равно как и римляне, приехали в Лагерь накануне. Голограмма растворилась в воздухе, но никто не обратил на это внимание. — Это… это… невероятно! — Аннабет, стоявшая рядом, заметно поменялась в лице. Как, впрочем, и все. Да и я, если честно тоже. — Помнится, кто-то уверял меня, что Олимп переместится минимум лет так через сто. — я многозначительно посмотрел на Аннабет. Та пожала плечами. — А что ты хотел? Кто знает этих богов, что им еще в голову придет. Мы стали продвигаться сквозь толпу, это бы довольно проблематично, учитывая масштаб событий. — Успокойтесь! Прошу вас, оставайтесь на своих местах. — оглянувшись, я увидел Пайпер с рупором, стоявшую на пороге Большого дома. Хирон стоял рядом с не менее растерянным видом, чем большинство полукровок. В такой ситуации только Пайпер с ее даром могла утихомирить толпу. Как не удивительно, толпа постепенно начала успокаиваться (хотя, да, не удивительно, это ж Пайпер). Тогда на место Пайпер вышел Хирон. Ему не требовался даже рупор, полубоги, увидевшие его и более-менее пришедшие в себя, насколько это возможно после такой новости, мгновенно замолчали и повернулись в сторону кентавра. — Я понимаю, что новость неожиданная, — начал Хирон. — Это мягко сказано! — возмущенно выкрикнул я. — Я повторяю: новость неожиданная, — терпеливо повторил тренер, — Но этого уже не изменить, нам придется повиноваться обстоятельствам. Ему легко говорить, наверняка, учитывая его стаж работы, Хирон не раз переезжал с места на место, из страны в страну. — Поэтому я прошу всех успокоиться и пройти в свои дома, собрать необходимые вещи, чтобы к вечеру быть готовыми. Все ясно? Свободны! После отчаянной давки, мне удалось вырваться из толпы, потеряв Аннабет и других. — Великолепно. — пробормотал я, открывая дверь в свои домик. Первый раз я хотел жить в римском лагере. У них неделя на сборы, а у нас — несколько часов. Ух ты ж, четыре часа! Видимо, мне пора поторопиться. Хотя вещей у меня немного, тем более, что кроме сменной одежды и Анаклузмуса мне ничего не надо. Ага не надо. После получаса сборов, я понял, что в рюкзак мне все не влазит. Оказывается, у меня столько ненужного хлама, который так не хочется оставлять в Лагере! Взять, например, тот же рог Минотавра, который до сих пор весел у меня над кроватью. Кое-как разместив все в карманах и рюкзаке, я был вполне готов. Я решил посмотреть, как идут дела у Аннабет. В домике Афины царило такое… Это словами описать трудно. Была невероятная суматоха, по дому бегали дети богини мудрости, запихивая в рюкзаки абсолютно все: карты, схемы, чертежи, книги… Я не сомневался, большую часть всего этого хлама и макулатуры придется оставить. На меня никто не обратил внимание, я зашел в угол Аннабет. — А, это ты, — она едва взглянула в мою сторону, старалась застегнуть рюкзак. Молния разошлась, и теперь она тщетно пыталась возвратить замок в первоначальное положение. — Ммм… Аннабет, ты не хочешь выложить несколько книг? — осторожно спросил я. Она посмотрела на меня как на сумасшедшего. — Выложить? Ты серьезно?! Эти книги — бесценны, я не могу их выложить! Сейчас я запихну все, у меня получится! Ага, давай, попытайся. Я с сомнением посмотрел на масштабы рюкзака и стопку книг, возвышающуюся на кровати. Аннабет, наконец, справилась с замком и начала запихивать туда книги. Я молча наблюдал за ее попытками, через пятнадцать минут у Аннабет получилось застегнуть рюкзак, но наружу выпирали уголки книг и листки с чертежами. — Слушай, а ты одежду-то взяла? — с усмешкой спросил я. Видимо, нет. Она с минуту стояла неподвижно, а потом с обреченным видом плюхнулась на кровать. — Может, я возьму некоторую часть вещей к себе? — предложил я. У меня места было гораздо больше, чем оставалось у Аннабет. Она, обрадованно кивнув, переложили часть вещей ко мне, и через час мы были готовы. Мы решили проверить Пайпер. Домик Афродиты был недалеко, поэтому тяжесть рюкзаков нас не смутила. Вид домика еще снаружи внушал некоторые опасения. На улицу были выкинуты чемоданы и одежда: туфли, платья, бижутерия и многочисленная косметика и парфюмерия валялись возле домика. А на пороге сидела Пайпер, обхватив руками голову. — Ты чего? — Аннабет подбежала к ней. — Слава богам, это вы! Я думала, что сойду с ума в этом дурдоме. Вы попробуйте туда зайти, там творится черт и что! — сказала Пайпс, подняв на нас глаза. Я осторожно приоткрыл дверь. Толпа девчонок и мальчишек дрались из-за свободных чемоданов. Ого! А я и не знал, что такое бывает. Скорее всего, одежда и чемоданы при переезде — единственное, из-за чего можно заставить драться детей Афродиты. Может, в качестве награды при победе в Захвате флага пообещать им новые платья? Тогда победа нам точно была бы обеспечена. Прикрыв дверь, я присел рядом с Пайпер. — Уже в который раз убеждаюсь в твоей уникальности. — усмехнувшись, заметил я. Сейчас отличие Пайпс ото всех остальных детей Афродиты было как никогда заметно. Все ее вещи поместились в дорожную сумку, в отличие от огромных чемоданов ее братьев и сестер. Пайпер улыбнулась. — Это да. — согласилась она. — Лео там не может сложить все свои недоделанные изобретения, у него чуть ли не истерика. Никогда не видела его таким. Все-таки его железяки — это святое. Джейсон ему помогает. Рейчел носится по всему Лагерю, помогая всем. Говорят, что боги просто пошутили. Уже почти восемь, а никаких путей передвижения до сих пор нет. Я надеялся, что это было не более чем пустыми слухами, ибо со стороны богов это было бы слишком жестоко. Мы, в конце концов, были морально измотаны к концу сборов, в домике Афродиты наступила относительная тишина, большинство полубогов сидели возле своих домиков или около Большого дома. Выглядели они изрядно подтрёпанными. Внезапно возникло огромное облако черного дыма, из которого появились адские гончие Аида и колесницы. Полубоги переглянулись, было ясно, что это и был их способ передвижения. Мы двинулись к гончим, Аннабет, я и Лео поместились на одной из собак, Пайпер, Джейсон и Рейчел — на другой. А гончие и колесницы все не кончались и не кончались, появляясь из того же дыма. Когда все разошлись по средствам передвижения, а после все окружающее нас поглотила темнота.