Моя сладкая детка

Самолёт приземлился в столице Болгарии ранним утром, ещё не было даже семи утра. Кэтрин сразу же поймала такси и продиктовала водителю адрес, спустя несколько минут они заселялись в лучшие апартаменты центрального отеля Софии. Елена всё это время просто молча послушно плелась рядом, ещё в Нью-Йорке она пыталась подать голос, потом ещё одна попытка заговорить в самолете, но Пирс даже не смотрела на неё. — Ты злишься на меня? Или просто твоё кольцо на пальце куда интереснее меня? — Гилберт раскинулась на кровати, удачно подметив, что Кэт постоянно прокручивает колечко, словно нервничая. — Нет, я не злюсь, просто хочу убить тебя и покончить уже с этим. И да, оно интереснее тебя, — съязвила брюнетка в ответ. — Знаешь, мне всё равно, но давай поговорим, — предложила двойник. — Поговорим, да?! У тебя чувства включаются сами по себе, когда им вздумается! Включаются уже хрен знает сколько времени, а я узнаю об этом случайно! — сорвалась Пирс, она устала, за последние сутки напряжение возросло до максимума, и нервы уже не выдерживали. — И вообще, ты же Гилберт, мать твою, Елена Гилберт! Почему ты не истеришь?! Ты снова всё почувствовала! Ты потеряла брата, пыталась убить друзей, бросила бойфренда, уехала со мной, пьешь кровь из людей и трахаешься с кем попало! Да ты со мной едва не переспала! — Я тоже пытаюсь разобраться во всем! Мне нелегко, ты обещала, что поможешь мне включиться, а сама ни черта не делаешь! Я не виновата, что это происходит, это от меня не зависит! — Елена вскочила на ноги. — Просто включи чувства обратно, — Кэтрин странным образом успокоилась, потому что в пустом взгляде напротив мелькнуло что-то наподобие отчаяния. — Это единственное, что тебе поможет разобраться. Расскажи мне, что ты чувствовала, когда включилась? Почему ты всё ещё здесь, со мной? Когда это случилось впервые? — Не хочу, — Гилберт хоть упрямилась, но выглядела слишком тихой, даже подозрительно тихой, постоянно прятала карие глаза. — Почему? Потому что это как-то связано со мной? — голос брюнетки хрипел, и услышать честный ответ было страшно, как никогда. — Просто убей меня. Чего тебе стоит? Мне всё равно, я даже не буду жалеть, я ничего не почувствую, — едва не попросила двойник. — Я поставила тебе конкретный вопрос. Раз тебе всё равно, просто ответь, — надавила на неё Кэт. — Что ты хочешь услышать?! Что я почувствовала боль, но не отвращение?! — Елена снова перешла на повышенные тона, Пирс же просто села в мягкое кресло, ноги почему-то стали ватными и подкашивались. — Почему умолкла? Продолжай. Я хочу знать, я имею на это право. Просто расскажи мне, — прошептала она пересохшими губами. — Тогда, в Нью-Йорке... — Гилберт присела на сам край кровати и смотрела своими зрачками-дулами пистолета. — Когда мы были в клубе впервые и внушили той блондинке... Я просто посмотрела на тебя, на то, как ты присосалась к её шее — похожа на меня и в то же время другая... И они включились, я этого не хотела. — И какие были чувства? — Пирс даже моргнуть боялась, чтобы не разорвать зрительного контакта: вдруг двойник включится снова, она не могла этого пропустить. — Боль от потери Джереми, стыд перед друзьями и Деймоном и... — четко и быстро ответила девушка, обернувшись, и посмотрела на себя в зеркало на стене. — Знаешь, я словно на приёме у психолога, — вдруг неуместно рассмеялась она. — И?! Что и?! Что ещё ты почувствовала?! Страх передо мной?! Желание убить?! — Кэтрин на вампирской скорости подлетела и сжала горло двойника, повалив её на кровать, не выдержав больше. — Нет. Ничего из этого, — прохрипела Гилберт, но не сделала никакой попытки оттолкнуть и вырваться из этой жесткой хватки. — Я просто смотрела на тебя и знала, что всё так и должно быть. — Что?.. — брюнетка была ошарашена, это не входило в её планы, чёрт подери. Да, это был настоящий кошмар, но она должна была услышать всё. — Что дальше? Они просто выключились? Это повторялось ещё? — она сжала тонкие пальцы крепче, но Елена перехватила их как-то слишком неправильно и ласково. Это прикосновение словно ударило током, Кэтрин отпустила шею девушки, но и дальше продолжала нависать сверху, опираясь ладонями о кровать, щекоча чужое лицо своими локонами. — Это длилось секунду или две, а потом исчезло. Мы вернулись в отель, и ты уснула, а я не смогла, — слова Гилберт заставили напрячься. — Тебе, наверно, что-то снилось и... У тебя слеза появилась в уголке глаз. Что ты видела во сне? — Ничего. Я не помню, — прорычала Пирс; всё она прекрасно помнила, но сейчас внутри кипела злость, её бесило, что за ней кто-то наблюдал во время отдыха. — И я снова включилась. Мне было жаль тебя, — Гилберт часто задышала, и Кэт не знала, что на это сказать, ещё не хватало, чтобы её кто-то жалел, чтобы этот кто-то была девчонка-двойник. — Ты должна была сказать мне, — Пирс вскочила на ноги, схватив виски и отхлебывая жадными глотками из горла. — Я ничего никому не должна, — бесчувственно ответила Елена. — Я просто хотела секса, и ты согласилась на моё предложение. Парень был ничего, нам стоило хорошенько поиграть с ним. Если уж ты хотела убить, нужно было предупредить, мы могли бы попить сперва. — Не указывай мне! — Кэтрин сжала стекло, грозясь раскрошить бутылку. — Почему именно во время поцелуя? — вдруг смутилась брюнетка. — Откуда я знаю? — пожала плечами Елена. — Тебе понравилось? — Не неси чушь! — подобный вопрос заставил Кэт задыхаться. — Блядь, почему тебе так сложно просто ответить "да" или "нет"? — улыбнулась Гилберт. — Мне понравилось. Понравилось без чувств и с ними, — если ещё секунду назад Пирс не хватало воздуха, то сейчас она словно тонула в давящей сверху глыбе воды. Брюнетка отвернулась к окну и молчала, всё пила и думала. Чёрт подери, да, ей понравилось, и она хотела ещё, хотела пойти дальше, до самого конца. И дело было совсем не в желании заняться сексом с тем парнем и двойником, кажется, она тогда хотела лишь двойника. — Включи их. Давай, просто включи и осознай всё. Ты должна переболеть потерю и вернуться к Сальваторе, — Кэтрин бросила все силы на то, чтобы голос не дрожал, внезапно понимая, что не так уж она теперь и готова отпустить эту девчушку. — Я не хочу возвращаться. Уж что-что, а это я успела почувствовать. И включаться не хочу пока что, — Елена четко дала понять свою позицию. — Давай сменим тему. Почему мы именно в Болгарии? У тебя здесь дела? — Я здесь родилась, — на автомате ответила брюнетка. — Сама не знаю, почему мы здесь, — она снова отвернулась к окну. — Мне нужно будет уехать завтра на целый день, — сообщила она. — Я не хочу оставаться здесь. Возьмешь меня с собой? — капризно протянула Гилберт. — Нет. Это не обсуждается, — строго отрезала Пирс. — Собирайся, нужно поесть, — она ушла в душ, а когда вышла из него, двойник всё так же расслаблено лежала на кровати. — Ты не переодеваешься? — удивленно выгнула она темные брови. — Я заказала еду в номер, — улыбнулась девушка, в дверь вежливо постучали. — А вот и доставка, — наигранно радостно всплеснула она ладонями и понеслась открывать, быстро втянув в комнату парня в костюме, одного из обслуги отеля. Кэтрин уже хотела возразить, что она имела в виду не обычную еду вроде салата из морепродуктов, а теплую и красную, но Гилберт её правильно поняла — мужчина был без подноса. — Не бойся и не кричи. Ты ничего не запомнишь. Ты просто упал и порезался, в этом нет ничего страшного, и в следующий раз ты будешь осторожнее, — вампирша применила внушение, после чего усадила парня в кресло. Бедняга никак не реагировал на её действия, просто смотрел в одну точку, пока девушка закатывала рукав его пиджака и расстегивала пуговицу на манжете рубашки, оголяя запястье. Елена достала непонятно откуда взявшийся раскладной нож и сделала тонкий порез, сверкнув острым лезвием в лучах солнца. Красно-вишневая струйка соскользнула в резной стакан, медленно наполняя его. — Приятного аппетита, — Гилберт протянула стакан брюнетке и подставила следующий, уже для себя, после чего перебинтовала парню запястье и отпустила. — Лучший завтрак, — довольно улыбнулась Кэтрин и расслаблено опустилась на пуфик возле туалетного столика, отставляя кровь и принимаясь за макияж.

***

Елена ещё спала, когда Кэт уже собралась и была готова выезжать, вчера она успела достать им автомобиль в Софии. Чёрный Мерседес президентского класса стоял на парковке, и Пирс уже была готова завести его, как дверь с пассажирской стороны резко открылась и рядом на сидение плюхнулась Гилберт. На ней был легкий свитер кремового цвета и тонкое темно-синее платьице до колен в мелкий цветочек, на ногах — балетки, а макияж натуральный и едва заметный. — Тебя на свидание подбросить? — съязвила брюнетка, подметив милый вид двойника, хотя и на ней самой было похожее платье, вот только цвета морской волны, шпильки тоже отсутствовали, а на плечи была наброшена привычная короткая кожанка. — Я еду с тобой, — улыбнулась Елена. — Вот ещё, у меня дела. Выходи и возвращайся в номер. И чтобы без глупостей, я к вечеру вернусь, и мы пойдем в какой-нибудь клуб, заодно покажу тебе город, — ответила Пирс. — И кстати, не рискуй больше так, как вчера с тем парнем. Тебе просто повезло, что он хорошо понимал английский, так что поосторожнее, ты ведь болгарского не знаешь, так что внушение не всегда может сработать. — Я в курсе о языковых барьерах. И я еду с тобой, — самоуверенно ответила девушка, поправляя в зеркале заднего вида едва уложенные волосы. Пирс выжидающе посмотрела на неё, а затем всё же двинулась с места, понимая, что это бессмысленно. Они ехали молча несколько часов, Елена без эмоций наблюдала, как город исчезает вдали, а пейзаж за окном сменяется красивыми поселками, которые тоже со временем исчезают, остаются только бескрайние поля, усыпанные цветами, и скалы где-то вдали. Кэт остановилась возле леса, где кончалась дорога и дальше шла одна лишь тропинка, и вышла из автомобиля. Чувства внутри неё были странные, место было знакомым, но всё же очень изменилось за полвека. Брюнетка взяла Гилберт за руку, и они на вампирской скорости понеслись сквозь лесную чащу, попадая на поляну, через несколько километров виднелись едва заметные остатки от поселка. Елена молчала, просто ей казалось, что сейчас так будет лучше, вампирша рядом была слишком напряженной, и это место для неё было явно небезразличным. Они медленно брели поляной, пропуская колоски сквозь пальцы, слушая, как высокая трава щекочет ноги, а ветер ерошит волосы. Здесь пахло свободой и отсутствием цивилизации, а ещё с моря доносились соленые нотки воды. Кэтрин взяла курс к развалинам поселка, попутно срывая яркие полевые цветы, собирая их целую охапку, а затем села прямо на траву и принялась плести два венка. Гилберт удивленно наблюдала за этим, Кэт открывалась для неё всё больше, демонстрируя такие свои стороны, о которых никто даже не подозревал. Когда с этим было покончено, брюнетка взяла венки и двинулась дальше, складка между её бровей становилась всё глубже по мере того, как они приближались к развалинам. — Я здесь родилась и выросла, — объяснила Кэтрин, прочищая горло после долгого молчания. Вампирша бродила между низкими остатками каменных стен, вдруг едва заметно грустно улыбнувшись уголком губ чему-то своему, а затем свернула в сторону. В нескольких десятках метров влево росла особенно высокая трава, Елена шла следом и едва не упала, зацепившись ногой обо что-то. Это было кладбище, здесь всюду находились поросшие мхом камни с высеченными надписями на непонятном для неё болгарском, но родном для Пирс. Кэтрин остановилась и растерянно искала что-то, затем подошла к камням, наклонилась и содрала с них зелёные коврики мха, наплевав на маникюр и чертыхаясь под нос: всё не то и не то. Всё же она нашла нужный камень, отчистила его полностью, даже как-то бережно, а затем положила сверху венок. Рядом находилось ещё одно надгробье, брюнетка соскоблила с него зелень только там, где была надпись, и взгляд её стал жестким и холодным. — Кто здесь? — решилась подать голос Гилберт. — Моя мама и... Отец, — с небольшой паузой ответила Пирс, ответила лишь потому, что двойник — выгодный собеседник: она ничего не чувствовала, не ощущала никакого трепета, не пыталась делить с ней переживания и, уж тем более, жалеть. Спустя несколько минут они пошли дальше, Кэтрин нашла ещё две могилы рядом, оставшись возле них слишком долго. Она положила цветы между камнями и просто смотрела, будто пытаясь запомнить. — Кто эти люди? Они были важны для тебя? — снова нарушила тишину Елена, садясь рядом с брюнеткой на землю. — Когда мне было девятнадцать, ещё до обращения, я влюбилась, — тихо прошептала Кэт. — Влюбилась в него, — она коснулась пальцами одного из камней, проводя ногтями по высеченным бороздам. — И родила девочку, — Кэтрин перевела грустный взгляд на соседнее надгробие. — Мой отец отобрал её у меня, даже на руках не дал подержать. А потом изгнал в Англию, где я стала вампиром, — закончила она свою историю. Об этом факте из её биографии никто не знал, и Елена не понимала, почему Пирс доверяет ей настолько, что сейчас раскрывает все карты. У неё была дочь, и это поражало, теперь Гилберт предполагала, что той ночью ей снилась малышка и возлюбленный. Что-то внутри щелкнуло и дернуло вперёд, девушка подалась к Кэтрин и обняла, зарываясь пальцами в её темные локоны, успокаивающе массируя кожу на затылке. Пирс была по-настоящему ошарашена, это было странно, непривычно, но одновременно так необходимо и приятно. Брюнетка знала, что её двойник снова включилась, и она резко отстранилась, чтобы успеть взглянуть в глаза напротив. Её догадка подтвердилась, в них плескалось то же, что и тогда — боль и страх, но ещё жалость и волнение за неё, а в уголках блеснули слезы. И это не угасало, не проходило, от этого было страшно: Кэт стремилась добиться включения её чувств, но когда это произошло, оказалась совсем не готовой. — Кэтрин, мне жаль, — забывшись, пролепетала Гилберт, а затем на автомате потянулась обнять ещё раз. — И мне, — прошептала в ответ Пирс и обняла, крепко цепляясь за основание шеи двойника и сворачивая её. Елена обмякла в её руках, и вампирша задержала на ней взгляд на мгновение, провела пальцами по нежной щеке, стирая прозрачные дорожки, отбросила со лба чёлку, а затем поднялась и закинула тело на плечо, таща к машине.