Моя сладкая детка

Елена спрятала лекарство в сумочку и спустилась в холл. Сальваторе вскочили на ноги, а она просто пронеслась мимо них, кивнув на выход и садясь в машину. Деймон нервничал и не понимал происходящего, Стефан же явно чувствовал себя лишним в салоне, а ещё, кажется, его тянуло подтрунивать. — Стеф, ты не против, если мы поговорим наедине? — подала голос Гилберт, кивнув на кафе. — Нет, вы идите, а я прокачусь по городу, давненько не был в Нью-Йорке, — ответил он, пытаясь унять неловкость и цепляясь за шанс свалить и не принимать участие в разборках этой парочки. Они вышли, шатен сел за руль и удалился. Деймон с Еленой заняли столик и заказали кофе, даже и не думая его пить, просто, чтобы не выделяться из толпы. — Елена, я не понимаю, — мужчина сдвинул брови, прожигая болезненным взглядом некогда лазурных глаз, сейчас они словно посерели, выцвели. — Всё сложно. Я теперь с ней. Ты же уже догадался? Она не теребила пальцами ни салфетки, ни кольца, ни рукава кофточки, руки не дрожали, просто лежали на столе рядом с чашкой. Елена Гилберт совсем не нервничала, не волновалась, и Деймон был в настоящем смятении от этого. — Но... Как? — он едва нашел силы спросить. — Включения начали появляться сами, и они полностью завязаны на Кэтрин, — ответила она, пальцы всё же задрожали, но только при упоминании о Пирс. — Это колдовство. Вы двойники, и кто-то связал вас. Это точно, — судорожно схватился за зацепку старший Сальваторе, но Елена взяла его за руку и посмотрела в глаза, в этом жесте не было больше ни капли трепета к нему. — Дей, просто... Я люблю Кэт. И я не вернусь к вам, — выдохнула она. Мужчина сам выдернул руку, отпрянув так, словно увидел самого дьявола. Теперь в карих омутах его любимой плескалось море чувств, но к Пирс, к их врагу. И эти чувства были настолько сильны, что он прекрасно понимал — у них никогда такого не было и не будет. Это "Кэт" с её губ, которые он так любил целовать, звучало дико, но так ласково одновременно. Деймону было больно, ведь в своё время Елене понадобилось долгих полтора года, чтобы ответить ему взаимностью, а сейчас какой-то месяц с хвостиком, и вот те раз — она влюблена в Кэтрин. — А как же я? Как же Стефан, Кэролайн, Бонни? — спросил он. — Мне жаль. Прости меня, — выдохнула девушка. — Мне пора, у меня ещё дела. Не волнуйтесь за меня, со мной всё будет в порядке, — Гилберт поднялась, давая понять, что разговор окончен. — Елена, а Джереми? Ты пропустила похороны. Я думал, ты захочешь хотя бы навестить его могилу, — вскочил следом Сальваторе. — Я пока не готова. Ещё не готова, — с болью в голосе выдохнула она. — Но я обязательно приеду, когда-нибудь. Когда придет время и... Кэт научит меня плести венки из цветов. Берегите себя. И ещё раз прости, — она резко развернулась на каблуках. Мужчина удивленно наблюдал сквозь окно кафешки, как Елена облегченно улыбнулась сама себе и исчезла за углом дома в конце улицы. Двойник поймала такси и вернулась в отель, но на ресепшене ей сказали, что постояльцы сдали номер и съехали. Нужно было двигаться дальше, Гилберт не унывала, в конце концов, Кэтрин такая дурочка, ей трудно признаться. Где её искать теперь? На ум приходил только Энзо, собственно, к нему девушка и направилась. — Привет, проходи, — он даже не удивился, просто закатил глаза и отступил в сторону, пропуская Елену к себе. — Сегодня у меня и вправду сеансы психоанализа. Пожалуй, Кэт была права, нужно начинать брать за это деньги, — обреченно выдохнул он. — Кэт? Она была здесь? Ты знаешь где она? — засыпала его вопросами взволнованная вампирша. — Она собралась в Болгарию, — обычным тоном ответил мужчина. — И нет, ты не поедешь туда сейчас же, потому что это же Пирс, ей нужно время, — словно прочитав её мысли, проговорил Лоренцо. — В конце концов, не будь тряпкой, покажи свою гордость, помучай её, — хохотнул он, протягивая пакет с кровью. Странно, но его предложение казалось не таким уж и бредовым. А что, выждать недельку — это пойдет на пользу им обеим. Елена поблагодарила мужчину и удалилась, она сняла себе номер в другом отеле и жила в нём ровно семь дней. Ей нужно было разобраться в себе, поэтому она никуда не выходила, разве что к Энзо. Тот в свою очередь тактично не упоминал о Кэтрин, вел интеллигентные беседы и благодарил за то, что девушка ему готовит вкусные обеды, взамен поставляя ей запасы крови. Спустя неделю он всё же спросил, что она решила, и Гилберт заявила, что она уже забронировала билет на ближайший рейс в Софию, надеясь, что Кэт ещё там. Лоренцо на это улыбнулся и пожелал удачи; поцеловав девушку в щеку и закрыв за ней дверь, он привалился к деревянной поверхности спиной, искренне болея за этих двоих и за то, чтобы у них всё получилось.

***

София встречала Кэтрин ветреной хмурой погодой. Вампирша раздобыла себе машину и жилье, сама не понимая почему, но в этот раз это не был отель, она арендовала дом на месяц. Он находился немного за городом и был выполнен полностью в болгарском стиле, чем-то напоминая ей её родной дом ещё при человеческой жизни — единственный дом, который у неё был. Пирс и сама не знала, почему выбрала именно это место для жилья, оно будоражило едва утихшую за полвека боль, но сейчас хотелось тишины, а не отельной суеты, осторожного стука горничных по утрам и приветствующих фальшивых улыбок персонала на ресепшене. К вечеру небо окончательно затянуло темными тучами, где-то вдали раздались первые раскаты грома, и сумерки разорвали вспышки молний. Собственно, погода вполне соответствовала настроению Кэт, она чувствовала себя паршиво. Как она могла разрешить себе влюбиться? Теперь в голове была одна лишь Гилберт, а под ребрами поселилось волнение, потеснив проклятых бабочек. Всё ли в порядке с её двойником? Смогут ли защитить её эти друзья-недотепы, когда опасность снова приблизится? Пирс приняла душ и легла в кровать, погасив свет и просто наблюдая за бликами от молний, иногда пробивающимися сквозь гардины. Она никогда и никому не признается, что на самом деле корит себя за то, что отпустила девчушку. Интересно, где сейчас её сладкая детка? Кэтрин тошнило от одной мысли, что, возможно, та вполне спокойно трахается с Сальваторе, позабыв об их приключении. Возможно, на радостях воссоединения они даже приняли лекарство. А на что она рассчитывала? Она ведь сама виновата, это она выгнала её, буквально втолкнув в объятия Деймона. Глупая, глупая Кэт... Брюнетка честно пыталась уснуть, не потому что устала, просто хотелось отключиться. Но сон не шел, воспоминания упорно всплывали в памяти, словно щепки от разбитого штормом корабля на поверхности океана. Кэтрин знала: это она тот шторм, когда-то сам Элайджа Майклсон привел подобное сравнение, сказав ей, что она рушит всё вокруг себя. Пирс лежала в полуторной небольшой кровати, обычно ей в таких было неудобно и мало места, поэтому она предпочитала спать одна и исключительно в огромных ложах королевских размеров. Но сейчас ей была велика эта полуторная, в ней было слишком пусто, просто Кэт привыкла, что даже в такую постель, не рассчитанную на двоих, постоянно забиралась Гилберт, оплетая руками и запахом вишни, щекоча горячим дыханием где-то у ключиц. Кэтрин невольно вспомнила, как они оставили Деймона в пригороде Мистик Фоллс, а сами раздобыли тот кабриолет, и Елена тогда протянула ей бутылку. Вампирша прекрасно помнила ощущение теплого горлышка на своих губах и клубничной помады двойника. Почему-то это воспоминание, одно из самых первых и ярких, не давало ей покоя. Она тогда поморщилась, но незаметно слизала сладкий вкус, боясь даже подумать о том, что по коже пробежались мурашки. Этих воспоминаний и мелочей было слишком много, и от них было слишком больно. Кэт всё же провалилась в сон, сбивая комком одеяло и обнимая его вместо Гилберт. Внутри дома пахло дождем и полевыми цветами. София была явно неудачным выбором для того, чтобы зализывать здесь раны…