Моя сладкая детка

Самолет как раз перелетел половину Атлантического океана, приближая Елену к точке назначения. Девушка нервничала, воткнув наушники и барабаня пальцами по дисплею плеера, совсем не попадая в ритм музыки. Она была так уверена в своей затее, а сейчас появился страх. Как она справится? Как найдет Кэтрин, если даже не знает болгарского? Она могла бы просто позвонить ей, но нет никакой гарантии, что Пирс не поменяла номер, что она вообще ответит, что не бросится в бега, как от Клауса. Елена из-за волнения даже не заметила, как быстро пробежало время: стюардесса попросила пристегнуться, они шли на посадку в Софии. Уже в аэропорту Гилберт растерянно остановилась с небольшим чемоданом. Вокруг шумела толпа, люди спешили, провожали кого-то, встречали, обнимали и целовали. Елену никто не встречал, и она понятия не имела, куда ей двигаться дальше. В результате ей всё же удалось собрать мысли в кучу и начать действовать по схеме, которой её научила Кэт: она поймала такси и сняла номер в отеле. С деньгами было немного туго, поэтому пришлось и дальше продвигаться по плану: ей удалось раздобыть автомобиль и купить новое платье. Случайно в холле отеля Гилберт нашла переводчика, немного внушения, и он уже сопровождал её вечером в ресторан, где девушка подцепила одного богатого мужчину. Он не понимал английского, женщина-переводчик учила Елену нужным фразам, у неё не слишком получалось, это было рискованно, но спустя полчаса этот красавчик был очарован и под внушением, а Гилберт стала счастливой обладательницей трехсот тысяч долларов. Оставалось сделать невозможное — найти Кэтрин Пирс. Девушка была в Софии уже второй день, а поиски пока не сдвинулись с места, языковой барьер очень мешал в этом. В столице её никто не видел, людей с укусами девушка не встречала, казалось, что Кэт здесь никогда и не было. Телефон завибрировал в сумочке, и Елена удивленно посмотрела на высветившийся номер Энзо. — Привет. Что-то случилось? Ты в порядке? — взволнованным голосом поинтересовалась двойник. — Да, всё хорошо, — улыбнулся он на том конце. — Ты её не нашла, верно? — Не нашла, это трудно, — выдохнула Гилберт. — Она снимает дом в двадцати километрах на юг от Софии, — обычным тоном сообщил он. — Откуда ты знаешь? — неверяще спросила она, тут же набрасывая куртку на плечи и бегом упаковывая вещи. — Неважно. Дерзай, красотка, — хохотнул Лоренцо и сбросил вызов. Елена съехала из отеля, запрыгнула в автомобиль и включила навигатор. В южном направлении был небольшой поселок, она увеличила масштаб, один из домов находился чуть вдали от остальных. Что-то подсказывало, что Пирс ищет уединения с самой собой именно там.

***

Пошла вторая неделя, а боль не угасала, сегодня Кэтрин решила съездить в то место, где когда-то жила, а сейчас там была похоронена её семья. От этого не стало легче, она ведь была там с Еленой, девушка её тогда обнимала и жалела, а она просто струсила и свернула ей шею. А сейчас она была снова здесь и снова срывала цветы в огромную охапку, туша пожар внутри бензином и доставляя себе ещё больше боли. По дороге назад ей позвонил Энзо, говорил он недолго, но это совсем не из-за дорогого роуминга. Просто спросил, как она, а затем сообщил ошеломляющую новость: — Ты в курсе, что Ребекка Майклсон приняла лекарство и теперь она человек? Говорят, Клаус рвет и мечет, — хрипло рассмеялся мужчина в трубку. — Что?.. — едва выдохнула Пирс, поперхнувшись воздухом и уронив ключи, так и не попав ими в замочную скважину. Она наклонилась и подняла их, вставила нужный в скважину, провернула, но оказалось, что дверь открыта. Кэтрин чертыхнулась себе под нос, потому что звонок её отвлек, и она не прислушивалась, как делала это обычно. А сейчас она втянула слабые, едва различимые нотки духов Гилберт и снова эту вишню, непонятно откуда взявшуюся: то ли это её гель для душа, то ли снова какой-то блеск для губ. — Я перезвоню, Энзо, — прошептала она и отпустила ключ, оставляя его в двери, уже собираясь на вампирской скорости развернуться на пятках и удрать, но её успели опередить. Дверь распахнулась настолько резко, что Кэт испуганно вздрогнула. Елена схватила её за руку и втянула в дом. — И снова привет, — двойник улыбалась и пыталась выглядеть непринужденно, но всё же её волнение было заметно. — Думала, не найду тебя? — Что ты здесь делаешь? Как ты вообще меня нашла? — прохрипела брюнетка, вжимаясь спиной в дверь. — Приехала к тебе. И неважно, как нашла, — тепло улыбнулась девушка. — Энзо, да? — ухмыльнулась Кэтрин, получая в ответ кивок. — Убью ведь засранца, — она тоже улыбнулась. — И как же ты справилась в Болгарии? — Нашла переводчика здесь, а остальное всё, как ты учила: автомобиль, отель, кровь и деньги, — смущенно проговорила Гилберт. — Молодец, — Пирс чувствовала себя неловко, не знала, что дальше делать и говорить, снова эта чёртова импровизация, сбивающая её с толку. — Откуда Ребекка достала лекарство? И почему ты не уехала с Деймоном? — она с замиранием ждала ответа. — Потому что мне больше нечего там делать. Не хочу больше никого терять, так что лучше быть подальше от Мистик Фоллс, — она умолкла, а затем всё же решилась: — Кэт, я люблю тебя. — Ты теряешь их сейчас, — сухо ответила Пирс, отводя взгляд. — И что если однажды потеряешь и меня? — спросила так внезапно, что и сама испугалась собственного вопроса. — Поэтому я сейчас здесь. Я не хочу терять тебя, — Елена сделала шаг навстречу, неуверенно сжала её руку и переплела пальцы, раньше с этим было легче, без её чувств вообще всё было легче. — А лекарство? — хрипло выдохнула Кэтрин. — Это же была твоя мечта. — Больше нет. Это я отдала его Ребекке, она как раз была проездом в Нью-Йорке, — улыбка Гилберт становилась всё более теплой и задорной. — Говорят, она его приняла и уехала с Мэттом в Калифорнию, они давно хотели пожениться и завести детей. Брюнетка лишь закатила глаза и представила реакцию Клауса на всё это. — Хочешь пить? — она разъединила их руки и прошла в гостиную, заметив чемодан двойника. Он был пустой, и Кэтрин ни секунды не сомневалась, что девчонка уже разложила свои вещи в её шкафах. Пожалуй, стоило бы выставить её за дверь, но всё было слишком странно: лекарство выпито, Сальваторе смирились с выбором Елены, а сама Елена выбрала её. И, наверно, можно было бы просто отпустить себя и ответить взаимностью, но Пирс не была готова. Не была готова к этому точно так же, как и её двойник навестить могилу брата. — Вообще-то я нам ужин приготовила, — смущенно проговорила девушка, откидывая с глаз чёлку с розовыми прядками. — Обычный человеческий ужин. Я тут нашла на полке книгу с рецептами болгарских блюд, не знаю, получилось ли у меня, — она переминалась с ноги на ногу. Кэт только сейчас заметила, что из небольшой столовой очень вкусно пахнет. Она удивленно посмотрела на стол, засервированный на двоих. Это блюдо готовила её мать, в горле застыл ком. — Кэт, всё в порядке? Если я сделала что-то не так... — Елена тут же заметила, как заблестели глаза вампирши, услышала её шумное дыхание. И Пирс сдалась, потому что держаться больше не было сил, впервые ей хотелось, чтобы кто-то обнял крепко-крепко, пожалел, укутал своим запахом и просто заботился о ней. Она не дала Гилберт договорить, просто сжала в объятиях, зарываясь носом в её волосы и пряча в них свою слабость. — Всё отлично, детка. Лучше и быть не может, — выдохнула брюнетка двойнику в шею. Елена стояла как вкопанная, не веря в происходящее, только спустя минуту она обвила руками тонкую талию вампирши, поглаживая сквозь ткань маечки. — Ты ездила в родной поселок? — спросила она тихо. — Да, — ответила Кэтрин. — Откуда ты знаешь? — Ты пахнешь цветами, — улыбнулась Гилберт. — Да? Нужно в душ, — прошептала ей в шею она. — Не нужно, мне нравится. Ну так что, поужинаем? — Елена разомкнула объятия и подтолкнула к столу. Кэт лишь кивнула, и они принялись за еду. Она ничего не сказала двойнику, но это действительно было вкусно и очень похоже на коронное блюдо её матери. Гилберт молча сидела напротив и наслаждалась тем, что у неё получилось, сейчас они снова были вместе. Девушка не спрашивала, но очень надеялась, что так будет и впредь, потому что иначе она и не представляла, как существовать дальше. Рядом с Кэтрин всё стало новым, она невольно научила её тому, что не смогли ни друзья, ни Деймон со Стефаном — принять вампиризм и смириться с этим, научиться находить от него выгоду и получать удовольствие. Они по очереди приняли душ, в доме было несколько спален, но двойник с румянцем на щеках переступила порог комнаты Пирс и забралась к ней в кровать. Кэт не возражала, ей это было нужно, как никогда, наконец-то эта полуторная стала идеально заполненной. — Ты не ответишь мне взаимностью никогда? — голос Гилберт разрезал ночную тишину, у Кэтрин губы пересохли и мысли путались в голове. — Я не прогоню тебя. Это единственное, что я могу тебе дать сейчас, — выдохнула она. — Я буду ждать, — Елена совсем не обиделась, она знала, что и это уже большой прогресс. — Сколько понадобится. Хоть год или тысячу лет. У нас полно времени. — Да, сладкая. В нашем распоряжении целая вечность, — прошептала Пирс и поцеловала её в уголок губ. Это получилось трепетно и слишком нежно, но девушка тут же подалась навстречу, целуя уже более настойчиво и жадно. Их языки сплелись в жарком танце, а руки скользнули по телам друг друга, лаская и раздевая. — Я хочу тебя, — выдохнула ей в губы Гилберт, прогибаясь, как кошка. — И я тебя, детка. Ты даже не представляешь, как сильно, — Кэт нависла над ней, прижимая запястья к подушке над головой и вылизывая изящную шею. — Ты теперь только моя. Моя сладкая детка, — прохрипела она, ныряя кончиком языка в ушко, а затем переходя поцелуями на грудь и ключицы. Острые затвердевшие соски оставляли вишневое послевкусие во рту, Пирс нравилось целовать нежную кожу под грудью. Она пощекотала пальцами ребра двойника, прикусила тазовые косточки и припала губами к центру. Елена резко развернула её на себе, в 69 им обеим было удобно. Кэтрин на мгновение забылась, переставая ласкать девушку и едва удерживаясь на разъезжающихся коленях, она перешла со стонов на скулеж и крики, до треска сжимая в кулаках простыни у ног Гилберт. Всё дело было в том, что у Елены вроде такие же пальцы, как и у неё, но по ощущениям они казались феноменально длинными. Мягкие подушечки методично давили на нужную точку внутри, при этом девушке странным образом удавалось одновременно стимулировать клитор Кэт. Иногда Гилберт целовала её ягодицы и покусывала нежную кожу, скользя язычком по чувствительным местам. Кэтрин едва удалось взять себя в руки и начать действовать в ответ. — Кэт, я люблю тебя, — выдохнула Елена, рискуя, надеясь услышать хоть что-то в ответ. — Детка... Я... — Пирс умолкла, она была бы и рада хотя бы добавить одно слово "тоже", но подавилась им. Елена понимала, кажется, даже смирилась с этим, поэтому просто толкнула пальцы глубже, доводя брюнетку до пика наслаждения, а затем и сама отдаваясь этому чувству, когда язык вампирши прижался к клитору. Кэтрин не знала почему вдруг, но она чувствовала себя безумно виноватой. Елена развернулась и легла рядом, удобно устраиваясь у неё под боком. Она улыбалась, и Пирс была уверена, что именно сейчас девушка счастлива. Гилберт доверчиво прижалась к ней, утыкаясь носом в шею, и Кэт ничего не оставалось, как обнять её в ответ, слушая, как дыхание рядом становится медленнее и тише, а двойник проваливается в сон. — Прости меня, сладкая, — решилась прошептать вампирша, надеясь, что Елена её уже не слышит. — Может, когда-нибудь... Двойник спрятала осторожную улыбку в её темных локонах и едва удержала дрожащие пальцы на месте. Внутри всё перевернулось и сделало сальто, теперь она была уверена, что дождется свою Пирс.