Naughty Neon

Собраться с мыслями и пригласить возмутительно привлекательного мужчину на ужин – еще полдела. Теперь предстояло пройти через все это и ничего не испортить. У Бильбо, естественно, не было проблем с готовкой. Овощная смесь с чесноком и карамелизированным луком, притом овощи на пару достаточно пропаренные, чтобы не хрустеть на зубах, но и не развалиться, свежевыпеченный хлеб, посыпанный семечками подсолнуха и льна. А на десерт – ягоды с овсяными хлопьями под взбитыми сливками. Он в последний раз перевернул баранину в маринаде, когда раздался громкий стук в дверь. Он наскоро вымыл руки и вытер их о фартук, пока подходил к двери. Открыв ее, Бильбо сначала изумленно открыл рот, а потом радостно засмеялся. – Да, костюм – это слишком, не правда ли? – вздохнул Торин, переступив порог. – Но Дис настаивала, и ее сыновья заставили меня с ней согласиться. Одно дело – щеголять в неоновом, а совсем другое – в строгом костюме, в котором тот смотрелся просто сногсшибательно. Бильбо снова хихикнул, и найдя, что темно-синий очень подходит Торину, предложил снять пиджак. – Ты, должно быть, сходишь с ума от жары в нем. Почти лето же, - Бильбо махнул Торину, призывая следовать за ним в дом. – Вообще-то я привычен к костюмам. Я был юристом, прежде чем стать инструктором йоги. Услышав это, Бильбо резко развернулся на пятках и поднял брови, безмолвно требуя пояснить услышанное. Торин вздохнул и рассеянно почесал затылок (волосы, кстати, были заплетены в красивую косу, видимо благодаря стараниям Фили), прежде чем ответить. – Ты же знаешь, что Балин – юрист? Вообще, это семейное. Мой дед, мой отец были юристами. И Дис тоже. Фрерин, уйдя в сестринское дело, стал белой вороной, и я последовал за ним через пару лет. – Дис наверняка хороша в своем деле, – перебил Бильбо. – Лучшая! – вздохнул Торин. – Ну, а я однажды понял, что не хочу этим заниматься. Что правоведение не дает мне поводов для гордости и не делает счастливым. – И ты сбежал и стал инструктором йоги? Я предполагаю, что юристы предпочитают коротко стричь волосы? – спросил Бильбо и снова не смог сдержать смех. К счастью, Торин на это не обиделся. – Ну это не более странно, чем бросать стабильную работу библиотекаря и стать художником-иллюстратором. Бильбо мягко улыбнулся на замечание, и Торин улыбнулся в ответ. Он выглядел так великолепно, сидя на стуле у большого острова на кухне Бильбо (распространенный в Англии вид планировки кухни, когда часть рабочих поверхностей располагается в центре помещения - прим. переводчика). Он выглядел безупречно, словно был готов к фото-сессии, а не к обычному ужину, и Бильбо захотелось, чтобы на нем был один из его жилетов вместо этого рыжего кардигана. Очевидно, надо было сравнять позиции. Да, Торин снял пиджак, но галстук был все еще при нем. Без каких-либо предостережений Бильбо оставил мясо на огне и подошел к Торину. Было странно стоять так близко, но Бильбо смело протянул руку к серебристому галстуку Торина, который так оттенял синеву его костюма и золотистость света лампы над ним. Бильбо велел себе сосредоточиться на блеске яркого галстука, но не на синеве глаз Торина. – Что ты делаешь? Это мой любимый, – проворчал Торин, когда Бильбо стянул галстук с его шеи. – Я чувствую себя очень неуютно в своих домашних тапочках, когда ты сидишь при параде. – Поэтому ты решил лишить меня своего галстука, вор? – глухо пророкотал Торин. – Да, и может быть даже расстегнуть пару пуговиц на рубашке, – сказал Бильбо со смехом, положив галстук в карман и снова потянув свои пальцы к Торину. Тот факт, что они не набросились друг на друга и не позволили мясу сгореть, Бильбо считал достойным проявлением терпения и выдержки. Кстати, еда пахла весьма притягательно, и Торин заинтересованно косился в ее сторону и прятал улыбку в бороде. Но, в отличие от баранины на плите, его взгляды и чары могли и подождать пару мгновений. Чтобы отвлечься, Бильбо поинтересовался, что предпочитает Торин – вино или пиво. Торин пошутил, что не отказался бы от чего-то покрепче для своих нервов, но затем выбрал пиво. Бильбо одобрил его выбор, отметив, что темное пиво весьма удачно оттеняет вкус баранины, и каждый последующий кусочек будет еще богаче на вкус. Торин предложил свою помощь, когда Бильбо принес напитки, но тот одним взглядом велел оставаться ему на месте. – Я тебя пригласил, и это моя кухня! – пригрозил Бильбо, выкладывая мясо на тарелки. – Сядь и позволь мне поухаживать за тобой. Торин только покачал головой, но не отодвинул блюдо с едой, которое Бильбо поставил перед ним. Бильбо взял себе еды и пива, прежде чем устроиться также за островком. Ужин был абсолютно неформальным (не принимая в расчет то, как официально был одет Торин), но Бильбо хотел именно этого. Множество раз они с Фродо ужинали здесь или просто сидели перед телевизором и что-то обсуждали. Бильбо с интересом наблюдал за Торином: тот прежде всего нагнулся над тарелкой, вдыхая густой аромат мяса, и довольно застонал, но, спохватившись, сконфуженно закашлялся. Бильбо протянул руку и утешающе похлопал его по плечу: потеря контроля в предвкушении трапезы – высшая похвала повару. За ужином они болтали о своих делах, несмотря на то, что виделись этим утром и успели перекинуться парой слов. Взгляд Торина стал чаще задерживаться на Бильбо, и тот наконец смог поймать один из них. Торин, должно быть, рассказал все Фили и Кили (или эти проныры как-то узнали все сами), потому что на занятии утром они одобрительно хлопнули его по спине и радостно поздравили: – Слава богу, ты наконец-то поговорил с ним, – вздохнул Фили, а Кили захихикал. – Наш дядя слишком очарован тобой, чтобы сделать это самому. Торин рассказал, как пришлось разгребать снег после пилатеса, а Бильбо поделился, что ему пришла в голову новая идея для книги. – И о чем она будет? – спросил Торин, весьма заинтересованный, подняв глаза от опустевшей тарелки. – Я предполагаю, о гномах, – Бильбо рассеянно ковырял овощи вилкой. – Я думал об истории про гору, где бы они жили. О сердце горы, которое гномы бы нашли и оберегали. Хочу показать, что даже самому небольшому сердцу (ну, в данном случае, большому) нужна любовь и внимание. – Не стоит отвергать кого-то только потому, что тот не умеет выражать свои чувства, – улыбнулся Торин. – Хорошо сказано для бывшего юриста! – мягко усмехнулся Бильбо. Как бы Бильбо ни запрещал Торину помогать ему на кухне, после ужина тот целеустремленно отправился мыть посуду. Бильбо смотрел, как он закатывал рукава, обнажая волосатые предплечья, которые вскоре намокли от воды и пены. Бильбо сел и взял себе второе пиво, пока Торин ходил туда-сюда, стараясь не набрызгать водой, когда начинал мыть следующую сковородку или тарелку. – Я бы хотел сказать, что это свидание вышло славным, – произнес Бильбо, покачивая бутылкой пива. – Но оно больше чем просто... славное. – Ты же писатель, – добавил Торин, не оборачиваясь (нельзя сказать, что Бильбо не нравился вид со спины), – Найди подходящее слово, если считаешь что “славное” – это слишком просто. – Желанное, восхитительное, милое, приятное… – Бильбо оставил пиво и подошел к Торину, обняв его со спины. Возможно это была уловка, чтобы заставить Торина посмотреть на него так же, как он смотрел на Бильбо утром, но в результате тот дернулся и практически окатил их водой. Бильбо улыбнулся: он не думал, что Торина так легко напугать, а Торин проигнорировал оставленную в раковине сковородку и повернулся к Бильбо. – Доставляющее удовольствие? – спросил Бильбо, вызывающе вскинув брови. Торин долго смотрел на него, а потом склонил голову, чтобы Бильбо мог прижаться к его губам. Поцелуй был нежным и очень сдержанным, и Бильбо разочарованно выдохнул, когда Торин отстранился через мгновение. Бильбо хотелось ощущать колючесть бороды на своих щеках, чувствовать его руки на себе так же, как обнимал его Бильбо. – Бильбо, я не знаю, как выразить, насколько приятно мне находиться в твоей компании, – медленно произнес Торин, игриво прижавшись своим лбом ко лбу Бильбо. – А я не для каждого готовлю свою фирменную баранину с яблоками и мятой, – ответил Бильбо. Торин мягко рассмеялся, и Бильбо довольно хмыкнул, когда тот наклонился, чтобы украсть второй поцелуй, который был таким же кратким и сладким, как первый. – Ты должен знать, что чувства взаимны, – выдохнул Бильбо. – Зачем еще мне было собирать всю свою храбрость и приглашать тебя? Торин долго изучал его лицо, голубые глаза сверкали, и что бы он ни увидел, его это обрадовало. Его улыбка была открытой и широкой, и Торин склонил голову в третий раз. В этот раз поцелуй вышел долгим, Бильбо колебался всего секунду, прежде чем приоткрыть рот. Торин приглушенно застонал, и Бильбо задрожал в ответ, скорее ощутив, чем услышав его стон. Он завибрировал в груди и отозвался на их сомкнутых губах. На вкус губы Торина отдавали горьким пивом и яблоками, но это заставляло Бильбо прижиматься только сильнее. Он был счастлив, когда смог наконец схватить то, что дразнило его неоном долгие месяцы. Сам Торин с удовольствием добрался до боков Бильбо, скользнув ладонями под его кардиган. Прошла целая вечность, прежде чем Торин выпрямился и разорвал поцелуй. Они все еще тесно прижимались друг к другу, нежно касаясь друг друга губами. – Удовлетворяющее? – спросил Торин, прижавшись к скрытому непокорными кудрями уху Бильбо. Бильбо кивнул и хихикнул, легко поцеловав Торина в бороду.