Patient

      Жизнь меняется, и это невозможно отрицать. На место чёрной полосы обязательно придёт светлая, пусть не сразу, постепенно, но факт остаётся фактом. — В общем, всё не так уж и плохо, как я думал, — пожал плечами Гарри, отпивая из маленькой чашечки несколько глотков зелёного чая. — Мы разговариваем с ним каждый день на протяжении недели, честно признаться, меня начал успокаивать один лишь его голос. Он настолько спокойно и уверенно говорит что-то, что я начинаю верить в собственные силы и перестаю так сильно загоняться по... ну ты сама знаешь, по кому. — Тедд стал как Волан-де-Морт? — усмехнулась Кристен и вопросительно глянула на своего собеседника. Она по-настоящему волновалась за своего нового друга и старалась разбавить не такой уж и простой диалог несколькими шутками. — Если серьёзно, то я очень рада за тебя, Гарри. Надеюсь, что в скором времени тебе не будет нужна помощь доктора, и ты сможешь двинуться дальше самостоятельно. — Нет, Кристен, ты не понимаешь, — Стайлс отставил от себя пустую тарелку с чашкой и облокотился на спинку кресла, при этом задумчиво разглядывая узор на сложенной салфетке. — Вся сложность в том, что спасаясь от одной проблемы, я приобрёл другую. Пожалуйста, не смотри на меня как на идиота! У кого-то бывает любовь с первого взгляда, а у меня — с первой нотки его голоса. Ты бы слышала, как он говорит. Он цепляет этим, и я вряд ли смогу прекратить с ним разговоры. Я хочу довольствоваться хотя бы тем, чем могу. — Ты слишком наивный и влюбчивый, не торопись с выводами, — девушка дружелюбно улыбнулась сидящему напротив парню и, взглянув на часы, сказала, — так, обеденный перерыв заканчивается, пора за работу, Гарольд. Они поднялись со своих мест и вышли из уютного кафе, стены которого хранили множество тайн Гарри Стайлса и Кристен Харингтон.

***

      Гарри сидел на кухне, выключив везде свет и смотря неотрывно в окно. Погода с каждым днём становилась всё более невыносимой — с самого утра до позднего вечера шёл снег, засыпая и без того уже труднопроходимые жилые кварталы. Машина стояла на парковочном месте и даже не думала поддаваться хозяину и хоть иногда заводиться по утрам. От этого парень постоянно опаздывал на работу: быстрым шагом пересекал улицы и вваливался в кабинет вместе с тысячами снежинок, которые, казалось, со всех сторон облипали начинающего редактора.       Сейчас они тоже падали с неба и почему-то создавали вовсе не праздничную атмосферу Нового года, а совершенно другую — тоскливую и грустную. Гарри всегда любил зиму, хотя не выносил холода и скользких тротуаров. Он закупал себе домой, кажется, тонны всяких праздничных украшений, начиная от ёлочных игрушек, заканчивая статуэтками эльфов, которые ежегодно в этот период красовались на книжной полке. На окнах всегда горели гирлянды, их свет отражался радостными огоньками в зелёных глазах Гарри. Он был вечным ребёнком, который не хотел взрослеть и думать о том, почему в этот вечер единственным его спутником было одиночество.       Тяжёлое уныние снова напало на Гарри. Он постоянно прокручивал в голове прошедшие года, как тогда был счастлив и как тогда был беспамятно влюблён...       Тедд аккуратно положил под ёлку муляжи подарочных коробок и сделал несколько шагов назад, чтобы оценить свою работу. Наклонив голову, он слегка прищурился, оглядел целиком комнату и понял, что всё было сделано в лучшем виде. В рождественских фильмах, которые безустанно крутят по телевизору, можно было наблюдать нечто похожее на то, что творилось в квартире 141: маленькая ёлка, которая была покрыта искусственным снегом, с десятками ярких шаров, развешанная бумажная гирлянда на камине со снеговиками, тёплые пледы, небрежно разбросанные на диване после просмотра очередной комедии, валяющиеся на столике ножницы, бумага, скотч, которые использовал Тедд для упаковки подарков родственникам и друзьям. Все те милые атмосферные вещички находились здесь и радовали двух парней, которые некоторое время назад решили жить вместе, разумеется, тайно. Но даже это несказанно радовало их обоих.       Гарри открыл шампанское и разлил его в два бокала, которые также предусмотрительно были украшены бумажными снежинками. Он уже давно знал, что сделает сегодня и лишь старался выждать подходящий момент для заготовленных слов. Парень долго их придумывал с своей голове, порой пытался изложить на бумаге и соединить всё это в одно большое логическое высказывание, но всё выходило как-то не искренне, скомкано да и вообще банально. Поэтому было принято решение импровизировать, что добавляло некоторое волнение и страх. — Не против выпить немного? — неуверенно поинтересовался Гарри и протянул фужер Тедду, который также неспешно оглядывал комнату и периодически поправлял всякие мелочи. — Я с радостью, Гарри, — ответил тот, приняв бокал. — За нас? — У меня есть более подходящий тост, — объявил Стайлс и глупо улыбнулся, — Тедд, я не знаю, как ты отреагируешь на мои слова, но, прошу, не перебивай меня раньше времени и постарайся воспринять всё серьёзно, хоть раз. Возможно, прошло очень мало времени для подобных признаний, но моё сердце говорит, что уже пора. Тедд, я хочу сказать тебе спасибо за то, что ты появился в моей жизни... так спонтанно и неожиданно, что я до сих пор не могу поверить в это. Мы столько всего пережили за короткий срок, а большинство людей не получают хоть малую часть того счастья, что получаю я рядом с тобой. Ты стал для меня тем самым важным человеком, без которого я вряд ли смогу жить. Звучит глупо, правда? Но это, действительно так, и мои слова полны искренних чувств. Скоро Новый год, праздник, полный чудес и волшебства, и мне бы хотелось добавить ещё немного светлого... Тедд, я люблю тебя.       Гарри не любил свои воспоминания, ведь в них всегда хранилось что-то хорошее, что, увы, оказывалось потерянным с годами. Парень был полон переживаний, ему не терпелось позвонить Луи и излить душу, услышать его голос и вновь забыть о проблемах, но доктор не отвечал на звонки.       Спустя пятнадцать минут, телефон Гарри зазвонил, на экране высветились буквы, а на лице парня засияла улыбка. — Гарри, здравствуй, — голос Луи казался более серьёзным, чем обычно, — прости, что не отвечал на звонки: у меня возникли неотложные дела, а предупредить я не смог, к сожалению. У Вас что-то срочное? — Да, мистер Томлинсон, всё как всегда, — Гарри тяжело вздохнул. — Вы не будете против, если я перезвоню через несколько часов? — услышав ответ, Луи продолжил, — отлично, тогда я позвоню Вам со своего личного телефона, так что ждите и постарайтесь не наделать за это время необдуманных поступков.       Разговор прекратился, и Гарри откинул телефон на стол. Приятное чувство заполнило его, и та грусть, что не давала покоя, постепенно начала уходить на второй план.       Гарри некоторое время думал о том, что Луи, его лечащий врач, решил позвонить ему с личного мобильного телефона. Что бы это могло значить? То, что симпатия взаимна? Что вот он шанс перейти из отношений пациент-доктор в какие-то другие, более близкие? Или Томлинсон не следовал подобным целям, а данное решение не более, чем просто удобства? «Да, скорее всего так и есть, ведь не может же он находиться круглосуточно на работе. А своими звонками я однозначно навёл на него плохие мысли» — подумал Гарри и вновь вернулся в прежнее состояние.       Стайлс осознавал свою наивность, даже Кристен сегодня ему это сказала, поэтому он старался впредь думать более здраво и отметать первую попавшуюся мысль, которая могла бы понравится в качестве объяснения поведения Луи. Он искал неутешительную правду и понимал, насколько глупо было ждать каких-то шагов от доктора, ведь он, как-никак, всего-лишь помогал пациенту справиться со своими проблемами. Таких как Гарри у него могла быть куча, и не может же он со всеми быть в тесных отношениях, которые бы переступали необходимую грань? Парню оставалось лишь гадать об этом.       Желая хоть как-то расслабиться и собраться с мыслями, Гарри устроился на кресле, положил на ноги плед и включил светильник. Время тянулось медленно, Стайлс не мог дождаться звонка, он время от времени проверял телефон, но пропущенных не было. Он отгонял от себя плохие мысли и решил не делать поспешных выводов насчёт поступка Луи. Предстоящий диалог должен был всё окончательно расставить на свои места.       Неожиданно телефон начал вибрировать, Гарри в спешке взял его и, обнаружив неизвестный номер, тут же ответил на звонок. — Гарри? — послышалось из телефона. — Да, мистер Томлинсон, спасибо, что позвонили, я уже начал переживать за Вас, — искренне пробормотал Гарри и только после этого понял, насколько всё это звучало неуместно. — Не стоит, всё в полном порядке. И да, обращайся ко мне по имени, всё-таки так удобнее, не находишь? — голос Луи на этом моменте приобрёл теплоту. Наверное, он был рад снова слышать голос своего пациента, хотя до последнего пытался это отрицать.