Фейская пыль

      Пока две обтянутые тканью задницы неутомимо скакали на танцполе, Микки развлекал себя всеми подручными способами.       Он успел купить и ополовинить бутылку самого дешевого виски, за горлышко которой он хватался каждый раз, когда кто-то слишком близко, по его мнению, приближался к Галлагеру, наполнить пепельницу окурками и сходить за новой, потому что официант опасался подойти к его столику после увесистого пинка по чрезмерно откляченной жопе, обматерить парочку виагроидов, которые недвусмысленно ему подмигнули и скурить самокрутку, найденную утром у Игги под кроватью.       Он успокаивал себя мыслями о том, что если у рыжего уёбка проснется совесть, и они смогут уйти из этого педерастического ада в ближайшее время, тихий вечер еще может состояться. Хотя бы с одним фильмом. Иначе завтра придётся смотреть его под надоедливое стрекотание Мэнди.       Микки уже продумывал пути отступления, когда на него сверху навалилось чье-то потное тело.       Он резко встал и схватил бутылку, готовый разбить ее об голову извращенца, когда увидел довольную улыбку Галлагера, стоявшего за спиной. - Тебе, блять, жить надоело, Йен?       Ответом послужил смачный поцелуй в щеку, после которого рыжий сел на свое место, не переставая сиять от счастья. - С каких пор ты стал таким пидорасом, Галлагер? – вытирая слюни с лица, скривился брюнет. - С тех пор, как Микки Милкович впервые подставил мне свою задницу, – самодовольная ухмылка расплылась по конопатой физиономии.       Микки воровато оглянулся по сторонам в надежде, что никто не услышал этих слов. - А тебя тут в одежде не очень-то жалуют, рыжий лобок. Мне даже вмешиваться не пришлось, - попытался подковырнуть он, - зря ты трусы свои блестящие не надел. - Здесь все прекрасно знают, что я с тобой, Мик. Сомневаюсь, что найдутся добровольцы, желающие с этим поспорить, - парировал Йен. - Я заметил, что тебе не дают покоя мои шорты. Я надену их для тебя вечером, если ты перестанешь вести себя как заноза в заднице.       Этого аргумента Милковичу хватило, чтобы заткнуться. Он никогда не просил об этом, но раз Галлагер сам предлагает, глупо упускать такой шанс. Продемонстрировав букву «С» на фаланге среднего пальца, Микки снова приложился к бутылке и умолк. - Простите, мальчики! Надеюсь, я не прервал момент семейной драмы? - Эммет с розовым коктейлем в руке плавно приземлился на свое место и удручённо посмотрел на Йена, - Скажи, сладкий, ты ведь работал в этом заведении? У вас проверяли документы при устройстве на работу? Эти детишки за барной стойкой едва ли достигли возраста согласия.. - Главным документом этих парней, является их тело, Эм. Им просто нужны деньги, - ответил Галлагер. - Это так трагично, что таким юным птенчикам приходится испытывать на себе всю грязь и жестокость этой жизни, чтобы не оставаться голодными, - мужчина огорченно помотал головой и тяжело вздохнул. - Я пришел сюда работать после того, как сбежал из армии. Это был мой выбор, - Йен перевел взгляд на Микки. - Я просто не хотел возвращаться домой. - Хм, ты не рассказывал мне об армии. Это так интересно. – Эммет заинтересованно поднял бровь, - Я бы пошел служить! Эта обтягивающая, прекрасно скроенная военная форма... Наказания за непослушание... – его мечтательный взгляд выдал давнюю фантазию. - Там все не так, как ты себе представляешь, - усмехнулся рыжий. - Вот только не надо мне ваших подробностей, - мужчина махнул рукой на прервавшего его мысли парня. - Девушке уже и помечтать нельзя.       Микки наблюдал за этим диалогом молча. Слишком велико было его желание стереть широкую улыбку с размалеванного лица нового знакомого. Но мысли о Галлагере в золотистых шортах действовали как успокоительное. Раздражение выдавала лишь бутылка виски, которая пустела на глазах, и пепельница, стремительно наполняемая окурками. - Но я все равно не понимаю, когда мода на крепкие мужские тела сменилась на худобу и подростковые прыщи? – тихо проговорил Эммет, пренебрежительно отводя взгляд от подошедшего к соседнему столику совсем юного официанта и возвращая внимание к собеседникам. - А ты чем занимаешься, Микки? - У него мебельный бизнес, - быстро ответил Йен, замечая, как нога брюнета нервно задергалась под столом. - Ох, это так интересно! Я думал заняться дизайном мебели, когда покупал диван в свою квартиру. Мне пришлось декорировать его самому, потому что работа современных мастеров оставляет желать лучшего, – мужчина устало выдохнул и поправил волосы. - Баба, блять, - сквозь зубы процедил Милкович и почувствовал, как длинные пальцы сильно сжали его колено. - Прости, Эм. Микки не привык бывать в местах, подобных этому, - попытался оправдаться Йен перед другом. - Ничего, сладкий, все нормально. Я привык, – отмахнулся Эммет и легко улыбнулся. - Знаешь, я мог бы быть реальным мужиком, если бы хотел. Голос пониже, перестать жестикулировать, сделать каменное лицо и никогда-никогда не употреблять слов "сказочно" и "божественно". И говорить, там, не знаю, ... про съем телок и бейсбольные подачи. Но это был бы уже не я, а какой-то бесцветный парень, с кучей комплексов и неудовлетворенностью собственной жизнью. - Сомневаюсь, что ты бы пел так же, если бы жил в нашем районе и с моим отцом, - тихо ответил брюнет, потянувшись за новой сигаретой. - Милый мой, мы все прошли через что-то, прежде чем оказаться там, где мы сейчас, - с улыбкой ответил Эммет и остановил взгляд на танцполе. - А сейчас я хотел бы оказаться где-то в укромном месте, зажатым между стеной и вон тем симпатичным парнем, - с этими словами он плавно встал и проследовал к предмету своего интереса, призывно виляя бедрами. - Все, Галлагер, мы уходим, – Милкович резко встал и наклонился к Йену. - И не думай, что отделаешься одними трусами.