Золушка с сорок четвертым размером ноги или Не родись пахучим.

      POV Зиг       Блин, да что на меня нашло? Омега выскочил из магазина, как укушенный, да еще и со слезами на глазах. Как? Как я мог так накосячить? Каждый раз, когда он приходил, такой уверенный в себе, красивый и немного высокомерный, я давал себе слово, что сегодня уж точно с ним познакомлюсь, но в итоге ничего толком сказать не мог. И вот, сказал, блять! Еще как сказал! Что мне в голову шибануло? Да он даже и не альфой пах, если разобраться. Непонятным чем-то, но не альфой. Обидел, блин, человека. Мало ли, какая у омеги может быть причина так надухариться, может, течку, там, маскирует…       Ну конечно! Как я сразу не допер? Запах свежескошенной травы, обычно едва уловимый, в этот раз был таким густым, что при одном воспоминании свело скулы и началось обильное слюноотделение. Почему нельзя отмотать время на пять минут назад?! Стоп, не паникуем. Он вернется, должен вернуться! И все будет хорошо. Если будет… Он даже кроссовки свои оставил. Я притянул к себе коробку, и что-то шлепнулось на пол. Черный кожаный бумажник, падая, раскрылся и я невольно заглянул в него. Пропуск, вложенный в пластиковый кармашек, гласил: Орлов Арчибальд Евгеньевич. Ого! Да мы с ним знатная пара будем. И я заржал, как лось. Так, так, без истерик... и, убедившись, что никто не смотрит, я украдкой поднес к носу его кошелек…       POV Ар       Лох! Лошара несчастный! Какое унижение и стыд!       Спазм внизу живота заставил меня опуститься на колени. Надрывный всхлип, и я, наконец, смог зарыдать, уткнувшись лбом в прохладный линолеум. Гхы-ы-ы-у-ы-ыыыы… Надежда, разочарование, эйфория, боль – слишком много для одного вечера. Нужно ползти в душ. В ванной, сидя на корточках и обхватив колени руками, под колючими прохладными каплями я разглядывал неуловимые водяные узоры на кафельной плитке. Шум воды оказал на меня умиротворяющее действие, и я постепенно успокоился. И в самом деле, ничего смертельного не произошло. Не говном же я пах, в конце-то концов. Если на то пошло, то это не мне, а идиоту-альфе должно быть стыдно. А кроссовки надо забрать. Может, попросить Витю-Митю? В том, что друзья тут же кинутся в злополучный магаз и принесут мне не только мою покупку, но и еще и альфий скальп в придачу, я не сомневался. Но рассказывать о сегодняшнем происшествии я не хотел никому, даже самым близким товарищам. Было стыдно. Течка закончится, сам схожу. Только выберу день, чтобы не в его смену.       Боль в животе усилилась. Так, нужно выходить и готовить себе «берлогу». Табуретка к кровати, на неё ноут, пакет с конфетами, пачка салфеток, резиновый дружок под подушкой. Заранее пью таблетку анальгина, несколько капель пустырника – может, хоть сколько-нибудь удастся поспать. Не успел компьютер загрузиться, как «забулькал» скайп. «Родители» – высветилось на синем фоне. – Привет пап! – Привет, сынок, как ты? – Все хорошо, пап, вы как? – У нас все нормально, Арчи, может, тебе что нужно? Ты себя хорошо чувствуешь? – Да пап, все нормально, я в порядке, собираюсь спать. Да один я, один! – от меня не укрылось, что папа оглядывает мою комнату в надежде обнаружить в ней альфу либо следы его присутствия. Спрашивать напрямую о наличии у меня бойфренда он давно перестал, боясь меня ранить и вызвать раздражение отца, считающего, что всему свое время. Беру веб–камеру в руку и медленно провожу полукруг по комнате, приподнимаю одеяло, демонстрируя полное отсутствие посторонних, и мы с папой смеёмся. – Ну что за тупые альфы пошли! – ласково вздыхая, говорит родитель. – Дебилы – киваю я. – Сооолнц, дай мальчику отдохнуть, чего пристал? – доносится бас отца откуда-то из глубины родительской квартиры. – Привет сын, на рыбалку пойдем с ночевкой в следующие выходные? – Какая рыбалка! – возмущается папа. – Уже, не лето, между прочим! Ночи холодные! Езжай сам и отмораживай себе свой альфизм на здоровье, если мозгов нет!       Закруглив разговор с родителями, я уже было лег, как раздался новый звонок. На этот раз на сотовый. Митя-Витя, ну конечно, первые, после родителей, заботники. Вместе с громкой клубной музыкой в ухо орут два голоса: – Ты че трубку не берешь! Мы тебе раз десять звонили! Не слышал, он! Мы, может, волнуемся! Как ты, норм? Может присоединишься? – Сегодня без меня обойдетесь как–нибудь. –Шлюзы открылись? Гыгыгы –Ой,ну вы еблаааны! –Ну че ты там охаешь? На наши голоса что ли дрочишь? О, ща мы те еще и фотку пришлем, погодь-погодь! – Бум, стук, шшш. Эти идиоты, видимо, уронили, телефон.       При всем кажущемся долбоебизме, эти два человека готовы за меня голову кому угодно отгрызть. В прошлом году, когда я оказался в больнице с приступом аппендицита, Митя и Витя в буквальном смысле не отходили от меня ни на шаг, и настолько рьяно холили и лелеяли, что, когда меня, наконец выписали, весь медицинский персонал вздохнул с облегчением. Дилиньк! – пикнул мобильник. Глянув на экран, я аж фыркнул. Ну что за придурки! –Один засунул конец галстука в ноздрю, другой нахлобучил подол футболки на голову. И это серьезные уважаемые люди! Дмитрий Леонидович, финансовый директор и Виктор Алексеевич, врач–стоматолог.       Успокоительное ли было тому причиной, или участие близких согрело мне душу, я разомлел, и плавно провалится в забытье. Нужно постараться поспать хотя бы часа четыре, пока не началось.       POV Зиг       Наступил поздний вечер, отделы в нашем торговом центре начали закрываться. Омега не пришел. И не придет, с горечью подумал я. Нужно поискать, нет ли контактов в бумажнике. Не люблю рыться в чужих вещах, но что поделать. Ого, удостоверение личности, права. Насколько же надо было обидеться, чтобы все свои документы бросить. Хотя, скорее всего, он и не заметил, что оставил кошелек. Будем надеяться, что проживает мой омега по адресу прописки. Так рассуждая, я покинул здание ТЦ, и, положив, заветную коробку с тремя полосками на пассажирское сидение, отправился искать мою золушку с сорок четвертым размером ноги.       Милый зеленый райончик, серая кирпичная пятиэтажка. Едва зайдя в подъезд, я учуял его, своего омегу, а поднявшись на последний этаж, одурел от нахлынувшего желания, даже в голове зазвенело. Я бегом спустился обратно, нельзя в таком состоянии к нему заваливаться, нужно нормально познакомится, извиниться, а уж потом… Всю ночь я колобродил по лестнице, то взбегая на 5 этаж, то плетясь вниз. Чего я только не передумал за эти часы! Под утро, окончательно измотав себя, я протянул руку к звонку, на секунду заколебался, и вдруг дверь распахнулась. – Что ты тут делаешь? – рыкнул омега, свернув глазами.       POV Ар       Проснулся я задолго до рассвета, весь в поту, с мокрой жопой и болезненным стояком. Порнуху включать не хотелось, перед глазами маячил образ моего альфы. Образ настолько реалистичный, что даже запах ощущается. Уф… Пара движений и я кончил себе в ладонь. Сдернул сырую простынь с кровати и прошлепал в ванную, у меня есть полчаса на то, чтобы принять душ и выпить чаю перед новым «приступом». Посвежевший и приободрившийся, насколько это вообще возможно в моем состоянии, выхожу из ванной. Странно, но я продолжаю ощущать присутствие альфы. Моего альфы. Я чувствую его запах, и это не галлюцинация и не бред.       Шаг к входной двери, смотрю в глазок. Он! Как?! Резко открываю дверь, и, пытаясь скрыть дрожь в голосе, спрашиваю его, какого хрена он тут околачивается. Попятившись, альфа улыбается и протягивает мне коробку: – Ты забыл. – Я знаю…Я резко себя плохо почувствовал… – Я так и понял. – Зайдешь? – Если можно. – Чай? – Да. Извини меня. – Угу. – Я повел себя, как мудак. – Угу. – Я заревновал.       Сглатываю. Хорошо, что я вожусь с чаем и стою к нему спиной, это избавляет от необходимости смотреть ему в глаза. Что делать, что делать? Боже, он подходит ко мне. Избегая возможных прикосновений, ставлю чашки на стол. Дурацкое молчание. – Пей, остынет же – Ничего, я сильно горячий не люблю. – Разбавить? – пытаюсь встать, но он перехватывает мена за руку. – Извини меня… – Да забей. – Обещаю больше не тупить. – Никогда в жизни? – фыркаю. –Ага…       Сейчас он меня поцелует…исторический момент! Вдруг в моем мозгу молнией проскакивает мысль. – Как ты меня нашел?! Откуда ты узнал, где я живу?! Альфа замялся. – Ты бумажник обронил в магазине, ну, я и посмотрел. Я, вообще-то в чужие кошельки не имею привычки лазить, но тут выбора не было, сам понимаешь. Вот он. – Зиг протягивает мне мой бумажник. – Ооо – мученический стон срывается с моих губ. Если он смотрел мои документы, стало быть, прочел мое имя. Чувствую, как лицо пылает, я, сейчас, наверное, красный, как свекла. Альфа, видимо, прочел мои мысли, в его черных глазах пляшут чертики. – Нечего тут ржать! – Да я и не думал даже! Ага, конечно. Все всегда ржут, а он и не думал. Да чего он улыбается? Виноват я, что ли, что у папы от послеродового стресса крыша поехала вот и выпендрился, наградил ребенка «звучным» имечком. А куда отец в это время смотрел – науке неизвестно, сам-то он стыдливо отмалчивается по этому поводу. Я уже готов вскипеть, как альфа протягивает мне что-то. Смотрю на пластиковый квадратик в недоумении. – Мои права. – Зачем мне? – Читай. – Сидоренков Зи…Что? Зигмунд Анатольевич? Гха ха-ха! – Мы с тобой–идеальная пара– притягивает меня к себе альфа. – Подожди, подожди – говорю я, отдышавшись, – а тебя-то за что родители так? – В честь прадеда, по папиной линии. Ну, а фамилия отца. Вот так и вышло. Если хочешь, можешь мою фамилию не брать, когда поженимся. – Ну и дурдом…– бормочу я. Нам еще так много предстоит сказать друг другу, но отложим это на попозже. Мы целуемся.