24 часа

Клэри шагала рядом с Себастьяном, наслаждаясь каждой минутой, проводимой рядом с ним. Они провели вместе почти целый день, общаясь и гуляя по разным местам Нью-Йорка. Кларисса успела показать юноше любимую книжную лавку, свою старую начальную школу, граффити на стене, которое ей очень нравилось уже лет пять, несмотря на то, что краска со временем потускнела. Девушке было ужасно приятно, что ее спутник внимательно слушал ее, не скупился на вопросы и, в целом, выглядел весьма увлеченным ею и ее обществом. Она боялась, что Себастьян будет молчать всю дорогу, но он часто делился с ней историями из своего детства, в основном, связанными с отцом и их жизнью на природе. Он делился с ней своими мыслями по поводу устройства мира, о его красоте, которую подмечал будучи ребенком. Временами, правда, юноша замолкал и немного темнел в лице, отчего Клэри начинала старательно активничать, пытаясь его развеселить и отвлечь от грустных мыслей. Кларисса стеснялась задавать вопросы о его семье, ибо понимала, что ответы на них могут даваться очень тяжело, поэтому, если и спрашивала, то об увлечениях парня и его предпочтениях: в творчестве, музыке, фильмах. Ей не терпелось показать ему горы своих рисунков, даже тех, что по ее мнению, казались странными. Девушка давно не испытывала такой странной тяги к человеку, будто они идеально сочетались друг с другом. Это и пугало ее, и заставляло себя чувствовать самым счастливым человеком. Правда, помимо приятных и положительных впечатлений, ее что-то начало мучить. Клэри как не пыталась сосредоточиться и понять, что за чувство терзает ее, так и не смогла дать точного объяснения. Будто… она что-то забыла. Что-то такое важное, отчего на нее нападало чувство полного ступора и в такие моменты теперь уже ей на помощь приходил Себастьян. Кстати, стоило им выйти из такси, как парень на глазах расслабился, будто скинув тяжелый груз. Он стал более спокойный и вальяжный, перестал оглядываться по сторонам и суетиться, спешить, что сначала заметила Кларисса. — Неужели мы вместе целый день? — вздохнув, произнесла девушка, замерев около арки, ведущей в парк. Она смотрела на то, как небо постепенно окрашивается в красный свет. Девушке всегда казалось, что солнце будто бы умирает, скрываясь за горизонтом. Как-то подобная мысль довела ее до слез, когда она была еще маленькой. — Да, день подходит к концу, — в голосе юноши послышалась тяжесть. Девушка повернула к нему голову, заглядывая в лицо. — Почему ты так расстроен? Это всего лишь один день из множества других. — Нет. Он другой. Этот день особенный для нас обоих. Это день нашего знакомства. Нового знакомства. И, к моему большому сожалению, мы останемся такими, какие сейчас только в этом дне, — с какой-то печальной улыбкой ответил парень. — Ты больше уже не посмотришь на меня так, как смотришь сейчас. — О чем ты? — Кларисса усмехнулась. — Как ты можешь поменяться в моих глазах из-за времени? Мое мнение о тебе зависит исключительно от того, как будет развиваться наше общение, — она улыбнулась. — И оно мне очень нравится, если ты не против, конечно, я хочу продолжать его. — Мне очень приятно слышать это, — честно ответил юноша. Внутри он ощущал себя маленьким мальчиком, который прошел испытание с убитым соколом. И вместе с тем Себастьян понимал, что этот день, проведенный вместе с Клариссой уже никто и никогда не сможет у него отнять. Наверное, это были самые спокойные и приятные сутки за его последние… лет десять? Возможно, даже самые счастливые. — Не хочешь пройтись? — девушка кивнула в сторону входа в парк, сделав небольшой скачок в траву. — Я немного устала от города, мне не хватает тишины и покоя природы, — она чувствовала, как сознание Себастьяна ускользает от нее, как его лицо вновь начинает выглядеть потерянным и одиноким. — Да, пожалуй, было бы очень здорово, — отозвался нефелим, делая шаг навстречу ей. «Сколько осталось времени?» — думал он, окидывая взглядом алое небо. «Где-то около часа», — решил парень. — Дай мне руку, Себастьян, — девушка протянула ему свою раскрытую ладонь, так искренне улыбаясь, что юноша ощутил телесно, как будет скучать по тому, как она смотрит на него сейчас. Открытый и добрый взгляд, улыбка, которая не сходит с ее лица. Никакой ненависти, презрения… никакого отвращения. От ее просьбы он даже оробел. «Кларисса Моргенштерн, ты переплюнула меня в своей наглости», — усмехнулся он про себя, беря ее руку в свою. Рука у нее была мягкая и теплая. Маленькая ладонь, едва ли чуть больше половины его, тонкие пальцы, наверное, такие же, как и у их матери. — Знаешь, не помню, чтобы ходила в этот парк, но он кажется мне таким знакомым, — девушка слегка прищурилась, рассматривая деревья и тропинку перед собой. «Разумеется, здесь же недалеко вход во владения фейри», — Себастьян понял, что память постепенно начинает возвращаться к Клэри и осталось совсем немного. — Наверное, их строят по одному проекту, — предположила девушка. — Знаешь, Клэри, мне кажется, что я никогда не забуду этот день, — честно признался нефилим, чувствуя, как тяжело ему даются такие теплые и в какой-то степени нежные слова. Девушка удивленно посмотрела на него, в ее губах пряталась улыбка. — Такая глупость! У нас будет тысяча дней, которые будут куда лучше, чем этот. Обещаю тебе. Но да. Все-таки сегодняшний день в какой-то степени особенный, ведь мы познакомились… сегодня, — она вдруг нахмурилась, но это продлилось меньше мгновенья. — Ну, да. Сегодня, — девушка будто пыталась убедить в этом саму себя. — Вчера же я была не в себе! — она засмеялась, представляя себя пьяную до беспамятства. Напавшее на нее чувство опять рассеялось. — Мне кажется… — Себастьян! Взгляни какое небо! — воскликнула Кларисса. Дома по-прежнему закрывали горизонт, но небо в этом месте было видно особенно сильно. Оно пылало. Лучи, падая на голову девушки, окрашивали ее кудри в рубиновый цвет, а вот платиновые волосы нефелима больше напоминали что-то нежное, золотисто-персиковое. Они остановились рядом с одним из деревьев, сойдя на траву. Девушка отпустила руку Себастьяна и повернулась к нему лицом. Не нужно было быть провидцем, чтобы понять, чего она хочет. Но парень в тот момент так сильно растерялся, что просто смотрел на ее ярко освещенное лицо и россыпь веснушек. — Мне кажется, что ты лучший человек, которого я встречал в этой жизни, — сам не осознавая того, признался Моргенштерн, продолжая уперто смотреть в ее изумрудные глаза. Вся девушка будто бы состояла из драгоценных камней — она так и сияла в его глазах. — Сегодняшний день, возможно, один из самых лучших в моей жизни. Я никогда его не забуду. И знаешь, я не могу изменить себя, исправить прошлое, искупить свои грехи, да и не хочу этого. Но пообещай мне, что не забудешь эти двадцать четыре часа, которые провела со мной, — видя замешательство на лице Клариссы, парень добавил: — Возможно, многое из того, что я сейчас говорю, не понятно для тебя, но я тебя прошу — не забывай моих слов. Кларисса, ты сделала меня счастливым сегодня. И в какой-то степени мне жаль, что я причинил тебе боль. — Хо-хорошо, — неуверенно проговорила девушка, делая шаг ему навстречу. Рука Себастьяна коснулась ее щеки, привлекая девушку к нему в объятия. Щека Клэри коснулась его, губами она почти касалась его уха. От нее пахло кофе, цитрусом и еще чем-то печеным. Таким родным, уютным и безопасным. Нефилим почувствовал себя на своем месте, наверное, впервые за всю свою жизнь. Девушка легонько потерлась своей щекой об его. — Я не забуду тебя, Себастьян. Никогда не забуду, — прошептала она. — Я и не сомневаюсь. Она нерешительно коснулась губами его губ. Медленно и осторожно. Потом ее руки легли ему на плечи, девушке пришлось привстать на носочки, а Себастьяну чуть наклониться. Он чуть настырнее прильнул к ней губами, рукой придерживая Клэри за талию и притягивая ее к себе ближе. Облака и небо посерело почти моментально. Солнце исчезало за горизонтом вместе с магией, оставляя двоих подростков в сумерках. Время руны забвения подходило к концу, как и благосклонное отношение Клариссы. — Запомни меня таким, — прошептал Себастьян Моргенштерн, тем временем девушка уже обмякла в его руках. Их двадцать четыре часа подошли к концу.