А может, и не герой?

***

Из маленькой заставленной кухоньки они перешли в такую же захламленную мизерную гостиную. Покрашенный в коричневый цвет дощатый пол прикрывал вытертый половичок. Продавленный узкий диван и два разных кресла ютились у низенького столика. Вдоль всех стен стояли шкафы с книгами. В одной нише пылился маггловский ящик с кнопками. Северус уселся в кресло напротив хозяйки этой «роскоши». Они пили уже по третьей кружке чая, и концентрация мяты в организме все увеличивалась. Во всяком случае, для Гермионы — точно. — Я тогда спряталась. Ничего не понимала. Почему магия выбрала Невилла на место Гарри? Хоть он и подходил под пророчество, но по характеру… Следующим ударом для меня стала «золотая Четверка». Вы представляете, каким шоком было воспринять и принять Драко Малфоя в качестве соратника? И он же встречался до пятого курса с Джинни. Джинни, которая с ума сходила по Гарри. Я поначалу возненавидела Малфоя. Но постепенно все изменилось. Я начала видеться с другими. Не сразу. Мне понадобилось пять месяцев, чтобы осознать, что я сделала, и понять, кто я в этом мире. Потом я начала потихонечку выходить из своего уголка. Сначала встретилась с Роном. А вы знаете, он сильно изменился здесь. Простой, без комплексов, по-настоящему храбрый, и с мозгами дружит. — Снейп ухмыльнулся, хотя по последней встрече, младший Уизли произвел хорошее впечатление на него. — Я, конечно, не рассказала о своей проблеме, сославшись на приступ меланхолии и поствоенный синдром. От Рона узнала, что Драко оправдали. Вы же помните, что в этой реальности он предал нас и перешел на сторону отца. А оказалось, что Драко работал на Дамблдора. Он по приказу директора должен был убить его, и помог нам, когда мы попались. Но это вы и так знаете. А потом мы все встретились. Ну, всей четверкой. И просидели у склепа Дамблдора до утра. И я общалась, общалась, общалась и поняла, что многие здесь лучше, чем там. Невилл не такой уж забитый и молчаливый. Эта жизнь заставила его раскрепоститься. Он даже шутихи сам сделал. Правда, как всегда, что-то перепутал - одна залетела в склеп Дамблдора и, взорвавшись, облила там все каким-то варевом «сделано Лонгботтомом». А Драко, он же совсем другим стал. Нет, он все такой же высокомерный сноб с правильным произношением, идеальной осанкой и манерой общения «слегка сверху». Но без Гарри он стал более открытым, своим, родным что ли. Гермиона покраснела и потупила взгляд. Северус сложил все кусочки и понял. — Вы боитесь, что, вернув воспоминание, Малфой уйдет от вас, и потому ничего не предпринимаете? Гермиона вспыхнула и тут же побледнела, уставив гневный взор на Снейпа. — Я? Я ничего не предпринимаю? Да, я боюсь! Очень боюсь! Но кроме Драко есть еще целый мир! И ему явно хуже без Гарри Поттера. Да я все библиотеки перерыла. Я этот камень ногтями царапала. И амулет никак не открывается, и нет никакой информации нигде. Она зарыдала и уткнулась в коленки. Снейп не обратил внимания на очередную истерику. Он думал. Зачем нужно было Дамблдору придумывать историю про беса? И почему бес? Почему не проклятье, не зелье, не магическое направление? Грейнджер достаточно умная ведьма. Она бы подняла всю информацию. А о чем информации не так много в Британии? О славянских бесах. Вряд ли Грейнджер смогла бы наведаться в магическую библиотеку Загреба. А здесь этих книг в принципе нет, если только не подсунуть парочку выгодных. Но зачем все это Дамблдору? Очень много было получено ответов, но вопросов возникло еще больше. Северус задумался и не заметил, как в прихожей раздался хлопок аппарации. В комнату вошел Драко. Северус встречался с ним. После ареста Малфоя - старшего и лишения семьи имущества, причем по международному договору, заграничные счета тоже были блокированы, Нарциссе и Драко пришлось переехать. Менор отнять не смогли, но содержать его не было средств. Замок заморозили, домовики уснули, а потомственные аристократы переехали в маленький коттедж в маггловской деревеньке. Исключительно благодаря заслугам перед магической Британией Малфою-младшему разрешили учиться и подрабатывать. Он выбрал юридический факультет и стажировку при Министерстве в отделе прав и обязанностей. Работая и учась, он кое-как содержал упавшую духом мать и пытался вернуть хоть какие-то сбережения семье. Северус участвовал в их жизни. Он не держал зла на Малфоев за поступки Люциуса и очень хорошо относился к Нарциссе. Приходил, помогал с документами и морально. Драко не жил с матерью и редко пересекался со Снейпом. Не такой блестящий и идеальный, как раньше, в простой серой мантии, но все с такой же абсолютно прямой осанкой, он оглядел гостя и, переведя взгляд на рыдающую в кресле девушку, опрометью кинулся к ней. Гермиона отпрянула от Драко и отошла к окну, вытирая слезы. Малфой зло взглянул в сторону своего бывшего декана. — Вы что, в школе не доиздевались? Она к вам отношения теперь не имеет. Или отдел регистрации магических существ прикрепили к тайному? Драко подошел к девушке и обнял ее за плечи. Было непривычно видеть, как обычно высокомерный Малфой с трепетом прижимает ее к себе. Грейнджер уже совладала с эмоциями и, повернувшись в объятиях Драко, разъяснила все: — Не ругайся. Мистер Снейп пришел не по работе. Он обратился ко мне за справкой по одному из новых видов, зарегистрированных мной. И мы вспомнили войну. И погибших… — Гермиона уткнулась в плечо Малфоя и всхлипнула, а он нежно прижал хрупкую девушку к себе и обратился поверх ее головы к гостю: — Простите, Мистер Снейп. Я подумал, что… Короче, извините. Северус понял, что ему пора. Попрощавшись с хозяевами и по-тихому договорившись с Гермионой о встрече в его доме через несколько дней, он вышел из этой маленькой квартирки и, вдохнув полной грудью, избавляясь от этого спертого воздуха, аппарировал к Поттеру. Драко Малфой нежно гладил свою девушку, свернувшуюся на диване, и любовался ее профилем. Он перебирал непослушные кудряшки и улыбался, вспоминая, как впервые понял, что они не топорщатся, а развеваются. Это было в тот день, у гробницы Дамблдора. Боевая подруга, к которой всегда относились, как к пацану, другу, единомышленнику, превратилась в грациозную, слегка замкнутую, красивую до одурения девушку. Которая почему-то стеснялась их подколок, обижалась на дружеские подтрунивания и смотрела на всех, как в первый раз. Особенно на него. Теплый орех, молочный шоколад, драгоценный янтарь… сколько терминов тогда придумал Драко ее глазам. И он не понимал, как этого не замечали Рон и Нев? Драко вспоминал их первый поцелуй на лестнице Министерства, первое свидание в маггловской пиццерии. Его джинсы и рубашку, в которых он чувствовал себя, как клоун, и ее восхищение от его вида. Он вспоминал все два года совместной жизни в маленькой квартирке. Ссоры, примирения, поцелуи в прихожей и секс на скрипучем столе. Нащупав маленькую бархатную коробочку в кармане мантии, он улыбнулся и решил подождать удобного случая. Потому что она - именно та. А Гермиона лежала на диване, смотрела на сидящего на полу перед ней Драко и не могла насмотреться на его идеальные аристократические черты лица. На серые, ртутные, серебряные, лунные глаза. На его губы, которые дарили ни с чем не сравнимое счастье. Она его потеряет… Раз за это дело взялся Снейп, то она его потеряет, потому что все вернется обратно. И не будет больше ее нежного, родного, теплого Драко… Лучше не думать. Лучше все завтра…