Когда я умирал

      Следующая неделя превратилась в настоящий фильм ужасов.       Оставаться трезвым было очень и очень нелегко, и Дженсен боролся каждую чертову минуту, как мог, с желанием выпить. К счастью, у него были причины, ради которых стоило держаться. В первую очередь — это здоровый образ жизни.       А второй и самой главной причиной был Джаред. Хотя Дженсен и понимал, что было очень опасно строить свою новую жизнь вокруг него. Он ступал по очень тонкому льду.       Но правда была в том, что Джаред делал его счастливым, отвлекал Дженсена от ужасов, творящихся с ним.       Когда Дженсен принес в больницу свой старый ноутбук со списком видений, которые, как ему казалось, могли бы помочь Джареду в написании следующего романа, Джаред расцеловал его. Он лез на стены от скуки, когда был сам без Дженсена или Чада рядом, поэтому был рад хоть чем-то заняться. И, видимо, его наконец-то посетила муза. Они обсуждали возможных персонажей и сюжетные линии в перерывах между просмотром футбола и ленивыми поцелуями на кровати. Так что эта часть дня для Дженсена была самой лучшей.       Становилось намного хуже, когда Дженсен приходил домой.       Если получалось поспать хоть час ночью, то это было хорошо. Так что настроение Дженсена было хуже некуда. Конечно, Джаред делал все возможное, чтобы развеселить и отвлечь Дженсена, но это помогало всего лишь на пару часов, в течение которых они были вместе. Но этого было катастрофически мало.       Отказ от алкоголя, что неудивительно, сильно ударил по Дженсену. Он постоянно был раздражен и чем-то обеспокоен, руки в последние несколько дней начали заметно дрожать. Доктор из скорой, у которого успел проконсультироваться Дженсен, сказал, что тот вовремя перестал употреблять алкоголь — еще немного, и печень бы отказала от такого многолетнего злоупотребления. Также доктор предложил сходить на собрание анонимных алкоголиков и вручил Дженсену список групп, проводивших встречи по соседству.       — Думаю, что сначала попробую сам справиться, — ответил Дженсен, будучи убежденным, что так или иначе у него получится самостоятельно справиться.       Брови доктора поползли наверх:       — Вы уверены? Это очень серьезная проблема, мистер Эклз. Знаете, что такое синдром отмены? Возможны вегетативные, соматические и психические проявления синдрома. Болезненные или менее болезненные, здесь все индивидуально. Вы не клинический алкоголик, так что проявления возможны на уровне психики. Пожалуйста, следите за собой в ночное время. Попытайтесь отвлечься, расслабиться, обзаведитесь новым хобби. И подумайте над посещением группы поддержки.       — Хорошо, — кивнул Дженсен.       Когда Дженсен вернулся домой, то столкнулся со своей самой большой проблемой, прям как доктор и предполагал, — как провести ночь. Он и не помнил, чем раньше занимался в это время суток. Сон, к сожалению, не рассматривался.       В первые несколько ночей Дженсен испробовал все трюки и советы, что предлагались в Интернете, — развлекал себя, как мог, выходил на пробежку в самое нелепое время, убирался в квартире, читал книгу, до утра сидел в Интернете. Это все сводило Дженсена с ума. И в следующий понедельник вечером у него в конце концов лопнуло терпение — он больше не знал, чем бы мог себя занять.       Поэтому он позвонил Джареду.       — Чувак, чего это ты мне звонишь так чертовски поздно? — зевая, ответил на звонок Джаред. Голос был сонным, но с нотками удивления.       — Извини, не мог заснуть, — проворчал Дженсен. Теперь он постоянно ворчал, злился, но как-то пытался с этим бороться, по крайней мере, пока был рядом с Джаредом. Любые мелочи, особенно на работе, в два счета могли вывести Дженсена из себя. И это еще больше его бесило. Дженсен сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться и сосредоточиться на разговоре с Джаредом.       — Гхм, — пробормотал Джаред. — Уже посчитал овец?       — Всех, — ответил Дженсен, чувствуя, как на губах появляется улыбка.       Джаред рассмеялся и замолк на пару долгих мгновений:       — Как ты сегодня себя чувствуешь?       — Имеешь в виду, тянет ли меня до сих пор нажраться? Бутылка, что я оставил, выглядит многообещающе. Мне просто скучно, я устал, и мне чертовски хочется спать, — тяжело вздохнул Дженсен.       — Пробовал как-нибудь расслабиться? Ммм, полежать в ванной?       — Уже помылся.       — Прибраться на кухне?       — Отдраил плиту до блеска.       — Ну, тогда подрочи, что ли, Христа ради, — засмеялся Джаред. Похоже, он еще не проснулся, его голос звучал хрипло даже из маленького динамика.       — Не-а, не в настроении, — ответил с улыбкой Дженсен.       — Ммм, думаю, что мог бы тебе с этим помочь, — вслух размышлял Джаред. — А что на тебе надето?       На этой фразе Дженсен заржал как лошадь.       — Не надо, Джей. Все в порядке.       — Просто… пожалуйста, скажи мне, что у парня, с которым я встречаюсь, есть хоть какое-то либидо?       — Есть, — вздохнул Дженсен. — Но он сказал мне, что сейчас у него других забот хватает.       — Чувак, это совсем не круто, — пожаловался Джаред.       — А? Что?       — Перестань говорить на серьезные темы в то время, Дженсен, пока я держу член в своей руке, — с удовольствием в голосе проговорил Джаред, слова так и слетели с его языка.       Дженсен от удивления широко раскрыл рот:       — Чувак, ты… что?       На другом конце линии послышался вздох.       — Уже две недели, как я здесь, и за это время у меня не было ни единой возможности к себе прикоснуться. Я же просто человек, сам знаешь. И вот теперь, когда за окном поздняя ночь, медсестра только что вышла из моей палаты, а ты на линии, — извини, но сейчас я очень сильно возбужден.       От слов, произнесенных глубоким и хриплым голосом, у Дженсена свело пальцы на ногах. Может, стоило бы все-таки попробовать?       — Гхм, ладно, — ответил Дженсен, мысленно давая себе по губам за то, что прозвучал как неопытный подросток.       Джаред соблазнительно рассмеялся:       — Да ладно, Джен. Это поможет расслабиться. Не только тебе.       — Я в этом не сомневался, просто… я растерял за пару последних месяцев… или лет… весь интерес к сексу. Совсем заржавел. Даже не знаю, смогу ли…       — Чувак, — прервал его Джаред и серьезно продолжил: — Я ничего от тебя не ожидаю. И если ты не хочешь этого делать, я не буду настаивать. Так…       — Не то чтобы я не хочу, Джаред, — перебивая Джареда, тихо проговорил Дженсен.       — Хорошо. Давай не будем больше о серьезном? Не от таких грязных разговорчиков я обычно завожусь.       — Тогда от каких?       — Что «каких»?       — От каких грязных разговорчиков ты заводишься?       Через пару долгих секунд Джаред с усмешкой ответил:       — Ты же знаешь, что я с нетерпением жду того дня, когда смогу увидеть тебя голым? Помимо всего очевидного, мне нужно тебе кое в чем признаться. У меня фиксация на членах — я обожаю их сосать. И представлять, как мои губы сжимаются вокруг твоего члена, — на данный момент моя самая любимая фантазия.       Дженсен проглотил ком в горле.       — Вот как, — только и ответил Дженсен. Похоже, он совсем заржавел.       — Угу. А ты знаешь, что еще сексуальнее? Думать о том, как ты на это отреагируешь. Держу пари, что смогу только от твоих стонов, Дженсен, кончить. Я уверен, что ты не из тех, кто сдерживает свои чувства в постели.       — Ты не ошибаешься, я докажу тебе это, — уверил его Дженсен, держа свою свободную руку у себя на животе.       — …Ты сейчас не прикасаешься к себе, так? — с разочарованием в голосе спросил Джаред.       — Нет. Как ты догадался?       — По твоему голосу. Ответь мне на один смешной вопрос. Ты какой рукой это делаешь: правой или левой? — поинтересовался Джаред.       — Левой, — ответил Дженсен. — Чему поспособствовали годы просмотра порно в Интернете.       — Ха, — снова усмехнулся Джаред. — Позволь мне угадать: в правой руке ты держал мышку?       Губы Дженсена медленно расплылись в улыбке.       — Отлично, ты выиграл, — сказал он и просунул левую руку под резинку своих пижамных штанов. Его член уже наполовину стоял и покоился на животе. Дженсен к нему только прикоснулся — обхватил у основания большим и указательным пальцами. Дрочить он пока не собирался, просто гладил пальцами мошонку.       — Так ты наконец взял член в руку? — спросил, затаив дыхание, Джаред.       — Да.       — Так почему бы тебе не провести по нему рукой? Снизу вверх, но не касаясь головки, — приказал Джаред.       Дженсен, словно под гипнозом, повиновался. И конечно же это было не так уж и плохо. Очень даже неплохо. Джаред через несколько мгновений добавил:       — Еще раз. Не останавливайся.       Дженсен громко дышал и вслушивался в голос Джареда, потихоньку растворяясь в новых и давно забытых ощущениях.       — Ты тоже хочешь мне в чем-то признаться?       Дженсен провел сжатыми пальцами по всей длине члена и вздохнул:       — Типа того. Мне нравится делать это намного быстрее.       — А кому не нравится? Я же просто тебя дразню, только и всего. Как насчет того, чтобы перейти к следующему шагу? — игриво предложил Джаред.       — Возражений нет, — согласился Дженсен. С последней дрочки прошло слишком много времени, так что ощущения от этого всего были непередаваемыми. Дженсен бы соврал, если бы сказал, что ему не нравилось ласкать свой член медленными движениями. Прикосновения к чувствительной головке отдавались искрами удовольствия по всему его телу. Член был уже твердым как камень и сочился в его руке.       — Джаред… — простонал Дженсен. — Сверху или снизу?       — И так, и так. Хотя склоняюсь к тому, что мне больше нравится сверху, — с уверенностью в голосе ответил Джаред.       — Отлично, — счастливо пробурчал Дженсен.       — А?       — Тоже могу быть и сверху, и снизу. Но снизу мне больше по душе, — объяснил Дженсен, постанывая и не прекращая ласкать свой член.       — Хочу кое-что предложить… Раз нам обоим не принципиально топство, давай в первые несколько раз я буду снизу, если ты, конечно же, не будешь возражать. Раз ты был столько времени вне игры, так бы было… было бы лучше, — неуверенно предложил Джаред.       — С чего ты взял? — Дженсен не мог взять в голову, отчего бы так было лучше. Немного времени, смазки, терпения, и вуаля.       — Не хочу хвастаться, но я везде большой. Бывали раньше у меня всякие недоразумения…       Дженсен на короткое мгновение остановился и открыл рот, чтобы прокомментировать признание Джареда, но в ту же секунду передумал. Так, отлично, у Джареда был большой член. От одной этой мысли рот Дженсена наполнился слюной и появилось острое желание увидеть Джареда голым. Дженсен проглотил комок в горле.       — Оу, — вырвалось у него. — Ого!       — А вот это прозвучало уже многообещающе, — засмеялся Джаред.       — Потому что это и есть многообещающе.       — Кто-то любит размер побольше? — удивленным и нежным, как шелк, голосом поинтересовался Джаред.       — Может, и любит, — нерешительно согласился Дженсен. Он продолжил себя неторопливо ласкать, наслаждаясь лишь тем фактом, что член стоял колом и возбуждение отзывалось покалываниями в каждой клеточке его тела.       Негромкий смех Джареда заставлял член Дженсена подрагивать.       — Отлично, теперь мы все выяснили, — продолжил Джаред. — Итак, следующее откровение. Если тебе нравится, когда тебя трахают пальцами, то ты обратился по адресу. И сразу же предупреждаю: я очень терпеливый. Я могу часами этим заниматься, пока ты не станешь умолять меня позволить тебе кончить.       Дженсен громко застонал от одного лишь мысленного образа, возникшего у него в голове после слов Джареда. Он представил себя голым, распростертым на своей кровати, пока Джаред медленно трахал его пальцами, погружая их глубоко и касаясь простаты при каждом движении, разводил пальцы ножницами и ласкал его дырку. Снова и снова…       — Похоже, тебе понравилось мое предложение, — усмехнулся Джаред в трубку.       — Можно и так сказать, — негромко рассмеялся Дженсен, зная, что наступил момент для реванша. — Думаю, теперь моя очередь. Если тебе интересно, от чего я еще без ума. Как бы это правильно назвать... мне нравится трахаться в позе наездницы. Мне нравится все держать под контролем даже тогда, когда я снизу.       На другом конце линии несколько секунд было тихо, но потом Джаред громко простонал:       — Боже, Дженсен. Ты меня убиваешь.       Дженсен самодовольно улыбнулся:       — Ты уже ускорил темп?       — Я пока ничего не делаю — не хочу так быстро кончить, — быстро выдохнул Джаред, и, черт побери, именно это Дженсен хотел от него услышать. От хриплого вздоха Дженсену стало невыносимо жарко.       Дженсен вздохнул и продолжил быстрыми движениями ласкать свой член, не забывая в этот раз и о головке. Еще несколько скольжений рукой вверх-вниз, и он кончит. «Почему бы и нет?»       — Ты уже скоро?       — Очень.       — Хочу услышать, как ты кончаешь, Джен. Хочу снова услышать твой сексуальный стон, — голос Джареда прозвучал мягко и соблазнительно. — И как только меня выпишут, я сделаю с тобой все, о чем ты мечтаешь. Боже, ты верхом на моем члене… А-ах. — Последний выдох, такой похотливый и порочный, заставил Дженсена покраснеть до кончиков волос, и сильнее сжать руку на члене, двигая при этом все быстрее и быстрее.       Дженсен находился уже на грани и вот-вот готов был кончить. А Джаред, очевидно, вернувшись к самоублажению, тяжело дышал и стонал в трубку.       — Джаред, — запыхавшись, выдохнул Дженсен. — Сейчас я...       — Сделай это. Давай. Позволь мне тебя услышать, не сдерживайся, — на одном дыхании выпалил Джаред.       Дженсен обильно кончил, в последний раз проведя рукой по всей длине своего члена. Горячие белые брызги разукрашивали его грудь и живот, пока мышцы во всем теле сокращались и расслаблялись, продлевая оргазм. Он не сдерживал длинный, глубокий стон, вырывавшийся из него и улетавший прямо в микрофон его телефона.       Как только Дженсен, тяжело дыша, откинулся на подушки, дыхание Джареда в трубке стало прерывистым.       — Давай теперь и ты, — хрипло прошептал Дженсен. — Мне было так приятно, Джаред. И все из-за твоего голоса. Хочу тебя слышать. Хочу услышать, какие ты издаешь звуки, когда кончаешь.       Короткий вздох Джареда дал Дженсену понять, что тот уже близко.       — И как только у нас будет время, я оседлаю тебя и буду скакать верхом на твоем члене до тех пор, пока ты не забудешь свое имя, — заговорщически добавил Дженсен.       Неконтролируемый длинный стон из телефона сказал Дженсену все то, что тот хотел узнать.       Улыбаясь самому себе, Дженсен ждал, пока Джаред переведет дыхание.       — Боже, как же мне этого не хватало, — задыхаясь, проговорил Джаред.       — И мне, — с пониманием в голосе согласился Дженсен.       — Стало лучше? — по всему телу Дженсена прошла сладкая дрожь от нежности, которой был преисполнен голос Джареда.       — Намного, — не задумываясь, ответил Дженсен. И это была чистая правда.       — Я весь липкий. Сперма попала даже на бинты. Фу, гадость, — прокомментировал Джаред. — Нужно пойти привести себя в порядок.       — Ну да, мне тоже. До завтра.       — До завтра. Спокойной ночи, Дженсен. — Слова, сладкие как мед, были сказаны с невыразимой любовью.       — Спокойной ночи, Джа, — ответил Дженсен с нежной улыбкой. Дженсен выключил телефон и, положив его на прикроватную тумбочку, наблюдал, как тускнеет экран и спальня погружается в темноту ночи.       Его рука была измазана остывающей спермой, что было абсолютно не сексуально.       С тяжелым вздохом Дженсен скатился с кровати и медленно побрел в ванную.       Последний раз у Дженсена был оргазм, когда он по пьяни дрочил на дерьмовое любительское порно в Интернете. По иронии судьбы при воспоминании об этом Дженсен только улыбнулся.       На часах было три часа ночи, а Дженсен все еще не чувствовал усталости. Удовлетворенность — да, но никак не усталость.       Внезапно на Дженсена нахлынуло невероятно сильное желание выпить. Ну, от одного стакана ничего плохого не произойдет, так ведь? Только одного. Одного-единственного. Он должен был это отпраздновать, пока еще не сошла на нет посторгазменная эйфория.       По пути из ванной Дженсен зашел в гостиную и достал из шкафа бутылку виски.       Веснушка внимательно следил за ним, будто зная наперед, что это не приведет ни к чему хорошему.

***

      Через час Дженсен сидел на полу перед кроватью и сжимал в руке уже пустую бутылку.       Веснушка время от времени нападал на Дженсена с укусами, чувствуя, как тот одним неопрометчивым поступком испортил все то новое и чистое, о чем так мечтал. Но все же соизволил прижаться головой к бедру Дженсена.       Дженсен даже не был пьян. Руки, как ни странно, перестали трястись, но на душе было так погано, что он был с минуты на минуту готов разрыдаться. Все его старания и усилия, весь этот самоконтроль, сошли на нет. Просто превосходно.       О том, чтобы утаить это от Джареда, не шло и речи. Он бы просто не смог с ним так поступить. Если он собирался изменить свою жизнь, если он собирался быть с Джаредом вместе, то должен был быть до конца честным.       Не обращая внимания на кота, примостившегося рядом, Дженсен вскочил на ноги, отправился на кухню и с силой швырнул пустую бутылку в мусорное ведро, в котором она разлетелась на множество осколков.       Пора было принимать решение.

***

      Следующим утром, когда Дженсен закрывал за собой двери квартиры, похмелье практически не чувствовалось. Даже не пришлось принимать обезболивающее. В принципе, не так много по своим меркам он и выпил. Дискомфорт он испытывал только от чувства вины и от саморазочарования.       Дженсен замедлил шаг, когда заметил, как его сосед Эрик прикреплял табличку к своей двери. Эрик уже как три года жил в квартире напротив Дженсена и был очень приятным парнем, несмотря на то, что работал инвестиционным банкиром и к своим сорока пяти годам лишился практически всех своих волос.       — Доброе утро, Эрик, — поздоровался с ним Дженсен. — Чем это ты занимаешься?       — Доброе утро, — ответил, улыбаясь, Эрик. — Просто оповещаю соседей, что собираюсь к концу месяца съехать с квартиры. Переезжаю обратно к родителям.       Дженсен нахмурился:       — Что-то случилось?       — Да не то чтобы. Помнишь, я тебе говорил, что моя мама давно уже болеет? И вот они с отцом... просто устали друг от друга. Так что я должен помочь им справиться со сложившейся ситуацией. Для чего еще нужна семья, так ведь? — вздохнул Эрик и повернулся спиной к Дженсену. — Я буду скучать по этому городу. И по этой квартире.       — А что ты собираешься с ней делать? — спросил Дженсен, и его внезапно озарило.       — Буду сдавать. Я даже не знаю, вернусь ли вообще сюда когда-нибудь. Но продавать пока я ее не собираюсь.       — Гхм, Эрик. У меня тут возникло предложение. На правах твоего давнишнего соседа, не мог бы ты мне дать день или два, чтобы кое-что уточнить? Кажется, я знаю человека, который сейчас находится в поиске нового жилья. Сколько ты хочешь за нее в месяц?       Эрик улыбнулся.       — Честно говоря, мне было бы спокойнее, если бы в эту квартиру въехал кто-нибудь, кому ты доверяешь. Так что у тебя есть два дня. Буду ждать от тебя вестей, — сказав это, Эрик достал из кармана блокнот, записал на бумаге свой номер телефона и цену за аренду квартиры и передал листок Дженсену.

***

      — Значит, у тебя случился рецидив, — резюмировал Джаред. Его рука круговыми движениями гладила Дженсена по спине.       Дженсен едва заметно кивнул и посмотрел на Джареда обеспокоенным взглядом. Он не знал, по какой причине чувствовал себя виноватым: или из-за данного самому себе обещания, которое нарушил, или из-за того, что не подумал за себя бороться и так легко сдался, сводя на нет все приложенные усилия. Пора бы вернуться на круги своя. Он так облажался.       — Чувствую себя как дерьмо, — негромко пожаловался Дженсен.       Джаред, самый лучший человек на свете, просто обнял его и прижал к себе. И очень долго не отпускал. Не задавал глупых вопросов, не давил, а поддерживал одним своим присутствием, нежно целуя Дженсена в висок и поглаживая руками по спине.       — У тебя есть какой-то план? — поинтересовался как бы невзначай Джаред.       — Есть, — со вздохом искренне ответил Дженсен. План был готов уже неделю назад, но Дженсен до вчерашнего дня был уверен, что сможет справиться со своими проблемами самостоятельно. Он, как и любой другой алкоголик, думал, что сможет в любой момент остановиться. А на деле оказалось совсем наоборот. Результат был абсолютно разочаровывающий.       После долгих минут в теплых и успокаивающих объятиях Джареда Дженсен улыбнулся:       — Несмотря на все случившееся, в этой ситуации, как ни странно, было кое-что позитивное. Кажется, я нашел для тебя квартиру.