Значит, будем импровизировать

      Традиционно, основываясь на фазах суточной активности, люди делятся на два типа: совы и жаворонки. Я же всегда относила себя скорее к пингвинам, чей коэффициент полезного действия минимален даже в бодрствующем состоянии. Но вчера, после напряженных споров и препирательств с эльфом, задевшим моё царственное самолюбие, мне удалось развить какую-то небывалую по масштабу и продуктивности деятельность. Вплоть до глубоких сумерек я что-то таскала, кого-то двигала, чертила угольком на стене загадочные витиеватые планы, ругаясь, как заправский прораб, со всеми несогласными, недовольными и просто не вовремя подвернувшимися. Теоден не вмешивался, предпочитая со стороны наблюдать за реформаторским припадком племянницы. Даже не знаю, чего в его взгляде было больше: гордости за нашедшую себе достойное применение принцессу, или же ужаса за крепость, грозившую в любой момент рухнуть под напором моих серьёзных намерений «всё тут модернизировать нафиг, и не волнует»!       Хельмова Падь выстояла, обзаведясь при этом полноценным медпунктом с горами перевязочного материала и ровными рядами кушеток, между которыми сновали туда-сюда опрятные женщины в чистых светлых фартуках. Медицинский персонал отбирала самолично, полагаясь в основном на советы нашего бессменного распорядителя Гамлинга (которого дядя любезно одолжил — поиграться, на один вечер). Нужные атрибуты и ткань нашлись тут же, в каких-то заброшенных залах.       Войдя во вкус и решив, что одного доброго дела явно недостаточно, я отправилась проводить разгромную ревизию кухни, кладовок, и нижних пещер (предназначенных для укрытия во время осады).       — Роспотребнадзор, Санинспекция, Мать Святая Инквизиция — в моём лице, объявляют плановую проверку. Кто не спрятался, я не виновата. Выходим по одному, предъявляем мед.книжки. — грозно свела брови я, повязав платок на пиратский манер. — Мясо просрочено? Ах, это вообще не мясо! Почему в кастрюле дыра размером с саму кастрюлю? Серьёзно, что за гнилые отмазки? И морковь, вон, гнилая. Правильно, плачь, я ещё ящики не проверяла. А тут у нас что? Таракан! Ну и что, что мертвый, хочешь присоединится? Достаточно, с вещами на выход. Таракана можешь забрать в качестве компенсации. Отцепись, Джйеми Оливер местного разлива! В ноги падать будешь Теодену, когда, королю доложат, из чего был состряпан его обед. Проводите кто-нибудь этого убогого! Ой, всё. Дамочка, вас тоже попрошу. Хватит дурака валять, даже слепому понятно, что обморок — притворный. Уберите. Переставьте. Не трогайте. О, пудинг!       И далее в том же духе. Конечно, в одиночку я бы точно облажалась, но под чутким руководством опытного в таких вопросах Гамлинга успешно сменила главного повара, систематизировала припасы и обеспечила чуть ли не каждого в крепости тёплыми вещами. Не буду врать, что операция «К нам едет не очень адекватный ревизор» прошла без сучка без задоринки, но это такие мелочи по сравнению с теми полезностями, что мы творили направо и налево, что даже упоминания не заслуживают. Подумаешь, две подожжённые комнаты, пара выбитых зубов, коридор первого этажа, превратившийся в экстремальный каток (я особо не заботилась, чем «увольнять» повара. Кто же знал, что в бутылке окажется масло), а так же отдавленные-прищемленные-ушибленные руки, ноги, носы — без счёта.       Я уж было намеревалась навести порядок в оружейной, но вмешался Теоден, грудью встав на защиту бесценных железок. Дядя отправил всех спать, ссылаясь на поздний час и длинный утомительный переход.       — Сон для слабаков, — подавила я зевок, опуская только что вымытую голову на жёсткую подушку. — Сейчас отдохну минуточку, и пойдём пожарную безопасность инспектировать, а то ни огнетушителей, ни планов эвакуации. Раздайте детям фломастеры — пусть стрелочками нарисуют... — уже в полудрёме бормотала я (неизвестно кому, так как покои мне выделили отдельные).       Не знаю, как остальным обитателям крепости, но мне в ту ночь снилась какая-то откровенная похабщина: вроде бы мы с эльфом ссоримся, как вчера в том самом коридоре. Он сдёргивает с моей головы платок... С себя камзол (причём во сне сии провокационные действия ничуть не смущали, а скорее даже наоборот, ой). Далее, меня ожидала череда смазанных поцелуев и неуместных объятий. При всём при этом эльф ещё и успевал мне эротично нашептывать на ухо «старинный фамильный рецепт борща», а я, задыхаясь от волнения и страсти, называла его Бредлингом, клялась научиться готовить и родить ему тройняшек. В общем — кошмар, целуется остроухий плохо, рецепт я потом так и не вспомнила. Сплошное разочарование. Так что не сложно представить мои эмоции, когда, открыв утром глаза, я снова увидела эту наглую эльфийскую морду.       — Неет! — простонала я прячась с головой под одеяло. — Это просто дурной сон, уходи.       — И тебе доброго утра, — ничуть не смутившись, звонко пропел Леголас. — Вылезай, я принёс отвар. И, к слову насчёт кошмаров, что тебе снилось? Ты так забавно ногой дёргала.       «Убью», — мысленно решила я, откидывая одеяло и являя миру красное заспанное лицо. Бодрый и жизнерадостный эльф тем временем сидел скрестив ноги на другом конце кровати, даже не подозревая о моих кровожадных намерениях.       — Лучше бы завтрак принес, — обиженно насупилась я, косясь на огромный медный таз, занимавший собой всю поверхность стола, стоящего напротив единственного окна в комнате. — И, к слову, у вас, остроухих принято так запросто вламываться в покои спящих принцесс? Теперь ты как честный эльф просто обязан на мне жениться.       — Жениться? — задумчиво протянул Леголас, подпирая рукой щеку. — На княжне с дурной репутацией и неопределённым цветом волос? Отец проклянёт нас обоих до скончания времён. И к слову. У тебя не покои, а проходной двор. Стражи в коридоре нет, дверь — настежь. Кроме рохиррим, конечно, в крепости — никого, да и боятся они тебя как змея огнедышащего. Но подобная беспечность в будущем может стоить...       — Ладно, ничья, — подняла я руки в примиряющем жесте. — Отсутствие завтрака я переживу, только не заставляй меня пить эту гадость, — попросила, увидев, как через край таза потекла какая-то серая пенистая жижа.       — Сразу бы так, — довольно хмыкнул Леголас, уже вовсю роясь в моих сундуках с платьями. — Да, пожалуй, вот это, — протянул он мне тёмно-синее. — Одевайся, и приступим. Пить отвар не придётся, я просто нанесу его на волосы.       Пока я воевала с рукавами и крючками, эльф терпеливо ждал, демонстративно отвернувшись к окну. Для тех счастливчиков, кто не в курсе, объясню: средневековая одежда — настоящее орудие пыток. Уму непостижимо, сколько нервов я трачу каждый день на какие-то тряпки, страстно мечтая о простых чёрных джинсах.       С победной улыбкой завязывая последние тесёмки, я уже было собиралась окликнуть остроухого, но неожиданно зависла, неверящим взглядом изучая прикроватный столик. А точнее, букет, который умудрилась не заметить ранее.       С десяток крупных ромашек, васильки, колокольчики, смешанные с травами, названий которых я не знала, воткнутые в простую глиняную вазу. Вроде бы ничего особенного. За всю свою двадцатилетнюю жизнь каких только цветов мне не дарили: и пресловутую «сто одну розу», и дурно пахнущие лилии, даже кактус в половину моего роста презентовали. Но именно при виде этих, полевых, невзрачных, на лице сама собой появилась довольная кошачья улыбка, а на душе стало тепло-тепло. Хотелось смеяться, петь, танцевать...       — Он чудесен! — подлетела я к эльфу, повисая у него на шее счастливой коалой.       — Эовин? — мягко, но настойчиво он оцепил меня от своего камзола и отодвинул на расстояние вытянутой руки. — Успокойся и объясни толком — какая муха тебя укусила?       — Цветы! — чуть ли не хлопая в ладоши, продолжала глупо улыбаться я. — Спасибо, это так мило! Просто так, без повода, лишь ради того что бы поднять мне настроение. Ты чудо!       Меж тем, эльф моего восторга явно не разделял. Пропустив мимо ушей благодарности и сохраняя гордое молчание, он усадил меня на табурет. И дальше, игнорируя все мои слова, сосредоточился на волосах, размазывая по ним мерзкую жижу из тазика. Только когда моя голова полностью стала покрыта холодной липкой пеной, Леголас пробурчал:       — Цветы не мои.       — К чему эта ложная скромность? — возмущённо завертелась я, во все стороны разбрызгивая серую пену.       — Эовин, мне и в голову не пришло бы нарвать для тебя пучок пыльных завядших травинок, которые ты по недоразумению именуешь цветами, — издевательским тоном заметил эльф, вытирая мои волосы какой-то тканью.       Пока я сидела в полном недоумении, растеряв все слова, Леголас успел выйти из комнаты, прихватив с собой таз, и вернуться, спустя несколько минут, держа в руках средних размеров зеркало.       — Ты довольна? — спросил остроухий, внимательно следя за моей реакцией.       Из зазеркалья на меня смотрела по-прежнему бледная, но всё-таки блондинка. Длинные, сияющие здоровьем пряди, волнами спадали ниже плеч. Цвет слегка отличался от моего прежнего — медового. Теперь он был холодным, ближе к пепельному, но общего вида это ничуть не портило, даже наоборот: оттенённые тёмной тканью платья, на алебастрово-белом лице, обрамлённом ореолом светлых волос, светились сапфировой голубизной глаза. До красоты эльфов мне попрежнему далеко, но я бы решилась назвать себя в тот момент красивой. Я была сказочной, удивительно волшебной...       — Можешь не благодарить. Прибереги свои восторги по поводу «цветов» для Бредлинга, — ухмыльнулся эльф, явно довольный произведённым эффектом. — Что ж, пожалуй, пойду, пока ты не причислила мне ещё какие-либо из его заслуг. — дверь, за спиной тихо хлопнула.       — Бредлинг, — закатила я глаза, ощущая себя полной дурой.

***

      Кажется, вместе с синим цветом волос исчезло и моё неукротимое желание разводить бурную деятельность. Все же остальные, напротив, были ну очень заняты. Дядя проводил очередное военное собрание в главной зале. Леголас предпочитал моей компании общество гнома, впрочем, вмешиваться в отношения этой неразлучной парочки я не собиралась, решив найти Бредлинга, дабы поставить «окончательную точку» в истории с букетом. Но молодой воин и тут удивил, превзойдя самого себя по части игры в прятки. Кого ни спроси — «Да, вот только что был здесь», «Кажется, собирался в оружейную»...       А в оружейной мне говорили, что он отправился в восточный дозор. В дозоре — что кто-то видел его часом ранее на кухне. Так же сын конюха был замечен на смотровой площадке, в главном зале, пещерах и, что окончательно меня добило, в личных покоях самого Теодена. Даже отец Бредлинга, Хенгель, на просьбу предьявить сына лишь равнодушно пожал плечами и заявил, что не видел его со вчерашнего дня. Врал, конечно, хитрый старикашка, а ты попробуй докажи...       Так что вплоть до самого обеда я бессмысленно слонялась по крепости, почему-то чувствуя себя несчастной бабушкой, от которой «ушёл» колобок. Впору было расклеивать объявления в стиле: «Пропал мальчик. Под два метра росту, глаза карие, блондин. Особые приметы — усы, борода. Откликается на имя Бредлинг. Нашедшим просьба вернуть роханской принцессе за разумное вознаграждение». Ну, в самом деле! То он бегает за мной, как курсор за мышкой, то прячется, как выпускник от военкомата. А ещё говорят, что женщины нелогичны! Да по сравнению с такими вот представителями сильного пола мы просты и предсказуемы, словно таблица умножения на десять!       — Воин с Севера! Это воин с Севера! Он жив! — послышался нестройный гомон голосов.       Решив, что в вареве Леголаса были какие-то «чудесные» травы, вызвавшие у меня слуховые галлюцинации, я остервенело потёрла уши. Не может этого быть! Бессмыслица какая-то. Я знаю только одного воина с Севера, и около сотни человек видели, как он погиб. А тем временем из внутреннего двора, перекрывая остальные голоса, уже радостно басил Гимли:       — Арагорн! Пустите, я сам его убью!       С лицом полуобморочного лемура я наблюдала, как мимо меня проходит грязный и потрепанный (но живой!) Арагорн, пытающийся разъяснить счастливому донельзя гному, что ему срочно, вот прям сейчас, нужно к Теодену. Как навстречу воскресшему воину выходит сияющий эльф. Приветствие. Пара ничего не значащих фраз. Опять эта наглая ухмылочка, будто бы знал, что вернётся, будто и не было вчера той тоски в глазах. Просто трое друзей радуются новой встрече, но не слишком, им же, кажется, к королю нужно на аудиенцию ─ без доклада, как можно скорее. Секунда, и видно только их спины, удаляющиеся в сторону главной залы.       Я тряхнула головой ─ наваждение не спало. Пришлось ущипнуть себя, и ещё раз — эффекта ноль. В то время как мозг переваривал новую информацию и пытался поверить в невозможное, Арагорн и Ко уже скрылись за высокими дверьми.       — Не глюк, — наконец, уверенно постановила я.       А потом меня буквально затопило волной радости и любопытства, вытесняя из головы все мысли о пропавшем Бредлинге. Арагорн жив! Неважно, как, неважно где он шлялся целые сутки. Главное, он явно узнал какую-то стратегически важную (и страшно секретную) информацию, и прямо в эту минуту делится ей с Теоденом. Они будут строить планы по защите крепости, расстановке воинов, лучников, линий обороны, тактики-стратегии и что там ещё положено учитывать в таких ситуациях...       А мне, как обычно, ничего не расскажут! Нет уж, не в этот раз.       — Ваше Высочество, туда сейчас нельзя, — взмолился один из стражников, стоящих у входа в залу, прекрасно понимая, что если я решила попасть куда-то, то меня и танком не остановишь.       — Тсс! — шикнула я на воина, прикладывая ухо к прохладной, терпко пахнущей дубом двери.       Тишина... Благородное дерево не пропускало ни звука. Пришлось, рискуя быть пойманной, слегка приоткрыть створку.       — Говоришь, несметные полчища? — узнала я голос Теодена.       — Около десяти тысяч — все, что были в Изенгарде. Будут здесь к вечеру, — ответил ему Арагорн.       — Пусть приходят, мы будем готовы, — уверенно парировал король.       — Эовин, ты что, подслушиваешь? — заставил меня подскочить на месте удивлённый голос Бредлинга.       В какой школе для юных ниндзя его учили подкрадываться? Ну нельзя же так людей пугать, в самом деле. У меня чуть сердце не остановилось.       — А на что это еще похоже? — возмущённо зашипела я, оттаскивая этого дуболома в сторону, подальше от ушей любопытной стражи. — Где тебя черти носят целый день? Я с ног сбилась, разыскивая, уже собиралась морги с больницами обзванивать!       — Кто носит? — непонимающе переспросил Бредлинг, сделав на всякий случай невинное лицо.       Только я собиралась разъяснить парню, кто и куда его будет выносить, если он ещё раз вздумает меня так пугать, нас прервал Теоден. Видимо, совет закончился, и теперь дядя деловито раздавал распоряжения направо и налево. Следом за ним, словно три молчаливые тени, следовали Арагорн, Леголас и Гимли. По встревоженным лицам было ясно, что итогами собрания они совсем не довольны. Бредлинга тут же отправили в восточный дозор с каким-то поручением. А мне вообще досталось больше всех.       — Всех мужчин и юношей, способных держать меч — собрать в оружейной. Эовин, проследи, чтобы женщины и дети укрылись в пещерах, — приказал король.       — А потом можно, я тоже выберу себе какой-нибудь кинжал? — чуть ли не пританцовывая в предвкушении, спросила я.       — Нет! — жёстко отрезал Теоден. — Надвигается война. На твои игры нет времени.       Арагорн сочувственно покосился на меня, но промолчал. Под аккомпанемент приказов, раздаваемых королём, они зашагали в сторону главных ворот. А мне было так обидно. Дяде жалко, что ли, простого ножика для любимой племянницы? И потом, сам же говорил, что через эти стены никто не прорвётся, значит мы в безопасности. К чему все эти «пещеры», «мужчины, способные держать меч»? Да и напряжённый он какой-то. Перестраховывается?       — Скажи мне, милый ребёнок, — тоном фрёкен Бок обратилась я к стражнику, так и замершему у распахнутых дверей в залу, — сколько человек насчитывает гарнизон крепости?       — Около тысячи воинов, Ваше Высочество, — бодро отрапортовал он.       — Всего? — удивлённо пискнула я. Мне почему-то казалось, что их тут тысяч пять, не меньше. — А если, чисто умозрительно, представить, что крепость осадят десять тысяч до зубов вооружённых орков, как долго мы продержимся?       Стражник не ответил, но по его вытянувшемуся и побелевшему лицу сразу стало ясно — нам хана. Эх, кинжальчиком тут не отмахаешься, мечи тоже можно выкидывать к эльфийской бабушке. Мне как минимум требовались карманная базука и гранатомёт, а лучше — эскадрилья истребителей. Знать бы ещё, как выглядят эти орки. Хотя, возможно, это будет последнее, что я узнаю...