Приманка

      Синцов который раз наворачивал круги по кабинету. Затишье с Мечом ему не нравилось, поскольку после тишины всегда следует гроза и если раньше он мог хоть как-то подготовиться благодаря знаниям Дёминой, то сейчас приходится идти как сквозь плотный туман – в слепую. И этого полковник не любит больше всего. Оставаться не у дел, оставаться где-то с краю и понимать, что ничего кроме как ждать, просто не выходит. Это злит, это раздражает.       В ближайшую стену летит одна из немногих папок на столе. Последнее время он только и занимался что Мечом. Фотографии и бумаги разлетаются вокруг подставки с цветами и, словно листья с деревьев, падают на пол. Плевать, что потом надо нагибаться и убирать. Плевать, что это бумаги из дела. На всё плевать.       Немного умерив пыл, в который раз взяв себя в руки, Андрей садиться за свой стол, окидывает взглядом полумрачный кабинет и подперев подбородок руками, принимается рассуждать.       Всё по сути довольно просто. Меч где-то затаился. Там же, рядом с бандитами и Дёмина, о которой он заявил начальству, что там мертва. Только вот вопрос: там, это где? Явно не сквозь землю провалился Калинин. Явно где-то рядом, может быть, под самым носом, но где? Вот главный вопрос и на него надо искать ответ. А заодно подумать над тем, как Меч выбирает своих жертв.       Первое, что приходит на ум: есть информатор. Ведь действительно, Меч нападает не на абы кого. Дела всегда резонансные, всегда много шумихи и не всегда есть подробная информация в прессе. Но бандиты находят своих жертв. Был бы жив Егоров, можно было бы спросить его. Но нет, он мёртв, а труп ничего не скажет. Его семья тоже не знала, чем он занимался.       Синцов слегка улыбается, а потом на лице проскакивает злость. Он мог остановить Дёмину, тогда, в лесу, он мог. Но не стал. Почему? Ответ на этот вопрос уже не имеет смысла. Впрочем, тогда полковник словно ощущал, что надо позволить Дёминой выстрелить, позволить завалить своего. Для чего? Чтобы подставить её, чтобы заставить думать Калинина, что она ни перед чем не будет останавливаться в поиске бандитов. Он дал выстрелить. И остался ни с чем.       В стену около двери летит ручка, с хрустом эта китайская гадость падает на пол и тут же, следом за ней летит кусок скомканной бумаги. Нет, надо определённо выпустить пар и собраться. Мысли о Дёминой надо убрать, засунуть в самый дальний уголок души, чтобы они ни на секунду не проскальзывали сюда, в голову, чтобы не сбивали с мысли.       Меч где-то прячется, надо найти – где. Это явно не простой гараж, это явно не простая квартира, или же квартира, но чёрт пойми где, с чёрт пойми каким входом в чёрт пойми каком доме. Нет. Иметь базу в виде квартиры это опасно и Калинин это понимает. Хитрый дьявол, хитрый дьявол. В мыслях повторяется фраза полковника Себстьяна Морана из советской экранизации Шерлока Холмса. А ведь какое совпадение: и Моран и он, Синцов, оба полковники. Только Моран лицо вымышленное, а он, Синцов – реальное и служит закону, а не против него.       А ещё Моран – самый умелый охотник на тигров в Африке, а он, Синцов, своего тигра поймать так и не может. А ещё он буквально сам своими руками отдал ещё и тигрицу. Надо было стрелять наверняка, не жалеть, не раздумывать. Отдавать приказ на ликвидацию.       Это бы разозлило Калинина и могло бы сыграть на руку. Злость – плохой спутник при свершении любых дел и достижении любых целей, особенно тех, которые требуют постоянной точности и не прощают ошибок.       Полковник плескает в стакан воды, залпом выпивает и снова принимается пересматривать папки с наработками, а заодно личное дело Дёминой, в котором подробно описана не только служебная биография.       Он просто не говорил, что за ней следили, он приучал её к себе, приучал к тому, что якобы доверяет. Он играл с ней в игру и даже добился частичного успеха. А затем всё перечеркнул одним глупым приказом. Калинин ошибок не прощает. Этой не простит уж точно.       Впрочем, всё это лирика, отступление от дел насущных. Меч затаился, переживает бурю. Надо искать это место. Отследить перемещение Дёминой оказывается невозможно, об этом сообщил техник, сказав, что почти что сразу, как началась канитель, сигнал её мобильного телефона исчез и больше в сети не появлялся. Значит, у Меча есть и переносная аппаратура, которая и денег немалых стоит. И они могут её себе позволить. Так что, ниточка с Дёминой оборвалась, да и непонятно, жива она, или нет.       Хотя в любом случае сюда, в центр, без Синцова ей проход «заказан». Благодаря сброшенной дезе капитан Дёмина была убита в ходе операции. Правда эта новость пока что жила в мелком кругу, среди своих. В новостную ленту Синцов этого не выпускал. Для простых людей она жива и на этом надо будет потом сыграть, объявить её в розыск, но так, тихо, без разглашения. Но это потом. Это – козырь. Сейчас надо совсем иное.       – Игорь, зайдите ко мне, быстро, – бросает полковник в трубку и тут же сбрасывает номер, в ожидании человека снова пьёт воду, старается успокоиться и вернуть слегка утерянный трезвый разум.       – Разрешите?       – Давайте, проходите, присаживайтесь. – Синцов барабанит пальцами по столу и после секундного молчания, продолжает, – у Вас же есть связи с чёрным рынком?       – Так точно, товарищ полковник.       – Славно. Значит так, Игорь, попробуйте поискать недвижимость. А если точнее, то огромное помещение, возможно склад, возможно – ангар, возможно – офис… Тут точно сказать не могу. Но! Меня интересуют здания, к которым: удобно подъехать, притом, незаметно, притом, недалеко от Москвы. Дальше десяти километров от МКАДа даже искать не стоит. Кроме того, одно здание, один покупатель. Как думаете, сможете найти?       – Попытаюсь, товарищ полковник. – В задумчивости ответил вошедший, который затем, после полученного разрешения, кивнув, вышел прочь.       Итак, шаг сделан. По крайней мере, других мест, где может быть база Меча, Синцов даже предположить не мог. Это явно не жилая квартира, явно не маленький гаражик в каком-нибудь захудалом кооперативе с пьяницей сторожем. Так что, стоило хотя бы обозначить участок поисков и аналитики начнут свою работу.       Главное – напасть на след и заставить действовать в спешке и ошибаться. Тем более, сейчас у Калинина есть большая проблема – раненная Дёмина, с которой он будет бегать, как с картиной Моны Лизы. И на этом надо сыграть.