Пробуждение

Тобиас Я просыпаюсь от ярких лучей солнца, которые преследуют мои глаза. Я открываю их и сразу закрываю, потому что слишком яркий свет разъедает зрачки. Я переворачиваюсь на другую сторону, делаю еще одну попытку к пробуждению. Я лежу на широкой кровати, которая слишком удобная, чтобы хотелось просыпаться. Слева через большое широкое окно, рама которого спускается до самого пола, солнце проникает внутрь. Справа от кровати стоит большой комод, сверху над которым, на стене висит такое же большое зеркало. Меня окружают пастельные приятные цвета, и все в этой комнате излучает уют. Я замечаю прямо перед кроватью открытую дверь, должно быть это ванная. Я встаю и направляюсь туда, чтобы освежиться и насладиться прохладой воды, с надеждой, что она смоет с меня всю усталость, которая накопилась за последние полгода. Я приподнимаюсь, и к моему удивлению у меня это получается гораздо легче, чем вчера. Спустя секунду я уже иду по направлению к ванной, и голова моя практически не кружится. Выйдя из душа, я падаю на кровать, чтобы восстановить свои силы. Спустя какое-то время я поднимаюсь и одеваюсь. Я открываю дверь в коридор, и мой нос щекочет аромат чего-то вкусного. Я не выбираю себе путь мысленно, я просто иду на столь привлекательный запах. Поворачиваю за угол и попадаю в гостиную. Посреди стоит п-образный диван, на стене напротив него висит телевизор. Здесь, как и в спальне, большие окна и те же цвета. За диваном в комнате имеется ниша где-то вполовину гостиной, это кухня. Вот источник запаха, на который привел меня мой нос. Возле плиты стоит Трис, она что-то усердно "колдует" над плитой, поэтому даже не собирается поворачиваться. На ней узкие серые джинсы, черная футболка свободного покроя с широким вырезом, поэтому одно плечо оголено. Сзади на веревочки завязан фартук, который она одела специально для кухни. Все в ней такое домашнее, она так непринужденно двигается, что Бесстрашную Трис, которую я тренировал, сложно узнать в этой милой девушке. Я никогда не думал, умеет ли она готовить, у меня не было на это времени. И только сейчас я смотрю на эту картину и понимаю, что мне это безумно нравится. Я медленно приближаюсь к этой хозяйке, достигая ее, мои руки нежно обнимают ее талию, а мой нос ныряет в ее волосы, которые свободно ниспадают на плечи. Она явно этого не ожидает, поэтому, как только я к ней прикасаюсь, подпрыгивает на месте и издает вопль. - Тобиас!!! – она разворачивается и смотрит на меня растерянным взглядом, – Я чуть не умерла от страха!!! Разве можно так подкрадываться? - Извини, я не удержался, мне захотелось обнять мою хозяйку, – и я заключаю ее в крепких объятиях, вдыхая запах ее волос и того, что готовится на плите. Признаться, я серьезно проголодался, так как запах еды мне не дает покоя. Она отстраняется и разворачивается обратно к плите. - Я думаю, ты голоден не меньше меня, поэтому решила сообразить нам что-нибудь на завтрак. Выбора особенно не было, так как список продуктов, который купила нам Кристина, не сильно разнообразен, – в этот момент она переворачивает гренку на сковородке и смотрит на меня извиняющимся взглядом. - Я думаю, что это будет самый вкусный завтрак в моей жизни, – я улыбаюсь и целую ее, она явно не ожидает такого поворота событий, но спустя мгновение ее руки блуждают по моей спине и шее. Нас прерывает сковородка, которая издает шипящий звук, Трис резко отстраняется и снимает ее с огня. - Тобиас, было бы не плохо, если бы ты дал мне возможность доготовить завтрак, иначе мы рискуем остаться голодными, – она пытается восстановить дыхание, которое успело сбиться. Потом одаривает меня почтительным взглядом и дает дальнейшие распоряжения, – Возьми в том ящике тарелки и отнеси их на стол, – при этом она указывает на шкаф, который висит правее от плиты. Спустя пять минут мы уже поглощаем вкуснейший завтрак. Мои похвалы радуют уши Трис буквально каждый раз, как новый кусок отправляется в мой рот. На ее щеках даже выступил румянец. - А где Кристина? Она сразу же уехала? – мой желудок удовлетворен, поэтому я могу вернуться к более важным вопросам. - Нет, она переночевала здесь на диване, а утром уехала, так как опаздывала на работу, – при этом Трис странно опускает глаза, после чего пристально смотрит на меня. Я давно раскусил ее мимику, когда она собирается от меня что-то скрыть. - И? – я посылаю ей вопросительный взгляд. - И собиралась заехать к нам на неделе, – быстро проговаривает она, – Я вижу, тебе уже лучше? У тебя сегодня даже цвет лица более здоровый, – она улыбается. - Да, мне именно намного лучше, поскольку поход от спальни в гостиную почти не вымотал меня, – я даю ей надежду, что смена темы сработала, но это не так, – И что же такого опять произошло, что ты пытаешься от меня утаить? – я пристально смотрю в ее глаза, ожидая правды. - Тобиас, извини. Я уже привыкла, что тебя нужно от всего оберегать. Поэтому пытаюсь оградить от любой негативной информации, – она опускает глаза. После этого Трис мне рассказывает все подробности о нашей ночной поездке, и я ушам своим не верю, что в это время я мирно спал на заднем сиденье автомобиля. - Нам надо выяснить, кому интересна моя смерть, – дослушав рассказ, предлагаю я. - Тобиас, первое, что сейчас важно – это тебе окрепнуть, и неважно, сколько на это понадобится времени, – возмущенно возражает Трис, – Если мы выйдем из укрытия и начнем искать концы этой истории, у нас очень маленькие шансы на победу. - Да, Трис. Я не это имел в виду. Надо подумать, с чего мы можем начать, – я успокаиваю ее и беру за руки. После завтрака мы уже успели переместиться на диван. - Я думаю, что Тео точно знает, кто и за что его хочет убить, – вздыхает Трис. Этот вздох говорит о многом. Я понимаю, что она имеет в виду. Мы помним сон, который нам снился в коме, но мы не помним ни единого момента из нашей прошлой реальной жизни. Вернется ли память опять – не известно.

***

Следующую неделю мы живем безвылазно в нашем новом доме. Мне все здесь нравится: и обстановка внутри, и удобная терраса, и клумбы возле нее. С крыльца и из окон дома не видно цивилизации, мы окружены большими увесистыми деревьями, которые словно оберегают нас от опасности, которая ждет там. Это мне напоминает Чикаго, который обнесен забором, и мы здесь внутри в безопасности, даже не зная, что за ним. Я вижу, как заботлива Трис. Она носится со мной, как с ребенком, хотя я уже чувствую, что силы мои вернулись, и готов приступить к тренировкам, но она, моя Трис, хмурится и убедительно просит подождать еще хотя бы недельку. Я не могу ей отказать, я хочу видеть ее улыбку каждый день. Радоваться жизни вместе с ней. Если бы не опасность, которая подстерегает нас, я бы остался в этом доме навсегда с ней. Мне не нужен внешний мир, чтобы быть живым. Мне нужна только она. Она та, которая заставляет меня дышать и наслаждаться каждой минутой, каждым мигом нашей жизни. Я думаю, что мой пейзаж страха изменился. Я уверен, в нем я точно найду один лишь страх – страх потерять ее. Мы бесстрашны, пока у нас нет дорогих и близких людей. Как только эти люди входят в нашу жизнь, единственное, что может тревожить и беспокоить – это как уберечь их от беды. Я сижу на террасе и мягкий летний ветер ласкает мою кожу. Вечернее солнце приятно ложится на плечи. Я позволяю себе закрыть глаза, чтобы насладиться этим мгновением. Трис крутится на кухне, скоро мы будем ужинать. Все как у обычных людей. Ах если бы это никогда не заканчивалось! - Тобиас!! Тобиас!!! Быстрее иди сюда!!! – голос Трис на столько взволнован, что от этого я даже подпрыгиваю на месте. В следующее мгновение я уже несусь в дом на ее голос. Я вбегаю в гостиную, Трис сидит на диване и сосредоточенно смотрит в телевизор. Заметив, что я уже здесь, она поворачивает голову, указывая рукой на экран: - Смотри. На экране я вижу диктора, который берет интервью у знакомого мне человека. Я не сразу понимаю, откуда я его знаю. Но когда он начинает отвечать на очередной вопрос, я узнаю в нем нашего лечащего врача Джона Стивенсона. - Эта вакцина разработана специально для того, – начинает он, – Чтобы люди, которые находятся в коме, смогли из нее как можно быстрее выйти, а также в минимальные сроки вернуться к обычной жизни после нее. - Как это происходит, расскажите поподробней, доктор Стивенсон, – перебивает его диктор. - Да, конечно. Начнем с проблемы: человек впадает в кому вследствие того, что его мозг серьезно поврежден. С точки зрения физиологии, мозг специально «усыпляет» тело, для того чтобы заняться более важным делом – это своим восстановлением. После восстановления тело просыпается, но существует один очень не хороший момент при пробуждении – человеку приходится заново учиться жить, словно он младенец, только что родившийся на свет. Он учится говорить, управлять своими конечностями, читать, писать и так далее, – он прерывается, чтобы глотнуть воды из стакана на столе, после чего продолжает: - Таким образом наша вакцина направлена на то, чтобы научить мозг выполнять все забытые им функции еще во время комы. - Расскажите, каким образом вакцина это делает, – опять вступает в разговор диктор. - Мы живем в двадцать первом веке, поэтому ни для кого не ново понятие нано-технологий. Вакцина обогащена такими нано-частицами, которые передают запрограммированную информацию в мозг. Если объяснить проще: когда вводится данная вакцина пациенту, в его мозг передается информация, будто бы тело, которым он управляет, это младенец, который только что родился. Плюс программа несет в себе еще дополнительную информацию на счет того, где он находится, как его зовут, какие у него родители. Далее мозг сам развивает эту историю, и, таким образом, родившись заново, он заново начинает учиться говорить, ходить, познавать мир. То есть на момент пробуждения мозг уже обучен всему, поэтому на полное восстановление требуется совсем немного времени, – он смотрит на диктора, пытаясь понять, понятно ли он объясняет. - Это захватывающе!!! – ведущий восторженно хлопает ресницами, – Я бы не подумал, что такое вообще реально. Подскажите, многим ли пациентам вам удалось помочь выйти из комы, и каковы результаты? - В эксперименте участвует двадцать пять человек, десять из них уже вышли из комы, и были выписаны из больницы через две-три недели после пробуждения. - Ну что же, спасибо за столь интересную беседу. Наше время истекло. Напоминаю, что с нами был профессор Джон Стивенсон, который поведал нам о новых открытиях в области медицины. Остальное я уже не слышу, так как Трис делает тише и поворачивается ко мне с широко распахнутыми глазами. - Ты думаешь о том же, о чем и я? – в ответ на ее взгляд спрашиваю я. - Надо поговорить с ним, – она взволнованно смотрит на меня, – Ведь, если это было сделано искусственно, значит есть надежда восстановить память. И ты сможешь вспомнить свое прошлое, чтобы понять, кто тебя хочет убить. - Я завтра же начинаю тренировки, – я говорю это таким тоном, что Трис не пытается противоречить.