Low

«Мы уехали праздновать день рождения Мейсона» Мое сердце провалилось. Мейсон мой младший брат, не по крови, конечно, и мне не стоило удивляться, что я не приглашен, но стало обидно. Эта мелочь нарушила мой баланс, приблизив к краю. Я имею в виду, я привык ко всему этому, но такие моменты напоминают о том, кто я в этом мире. Никому ненужный и одинокий. Этот поступок моей новой семьи заставил вспомнить свою старую, заботливую семью.Печаль взяла вверх, слезы покатились из глаз. Я подавлен. Как будто щелкнул выключатель и изменил мои эмоции. Ненавижу. Ненавижу это. Ненавижу чувствовать себя так низко. Я поплелся в свою комнату, сел на край кровати, открыл ящик тумбы и достал лезвие. Не было никаких колебаний и раздумий, я даже не вздрогнул, когда кровь из маленьких пузырьков превратилась в ручей, стекающий по руке. Почему я всегда возвращаюсь к этому? Не знаю, наверное, никогда не пойму. Это как искра, рождающаяся в течение дня и растущая на всем его протяжении. Я просто не перестаю думать об этом, пока не сделаю, а потом понимаю, насколько я запутался. Соскользнув с кровати и глядя на мою руку сквозь слезы, я вздохнул и попытая взять эмоции под контроль. Ненавижу. Ненавижу. Ненавижу! Что я получаю? Ничего! Но все равно продолжаю причинять себе вред. Может быть, это большое "Иди нахуй, мир!", как "Пошел нахуй, Келлин", которое я слышу от других. Вот что я хочу сказать. Но никого не волнует. Я был на эмоциях и не обращал внимание на все остальное, даже не услышал стука в дверь. Я понял, что не один, когда увидел тень на полу. "Что ты делаешь?" - спросил Вик. Он был в шоке. "Я-я.. что я делаю? Что ты здесь делаешь?! Ты всегда просто так заходишь в чужие дома?" - прокричал я, рыдая. Трудно сдержать себя, когда уже переступил край. "Твой телефон выпал из сумки, вот я и вернулся". Он был потрясен. Нужно было попытаться скрыть руку, но было поздно. В течение нескольких секунд Вик появился с горсткой бумажных полотенец, должно быть, из кухни. Он встал на колени и приложил полотенце к моей руке. "Почему ты делаешь это с собой?". Он был сердит. "Просто уйди". Я не мог остановить истерику. "Я не оставлю тебя в таком состоянии" - сказал он, надавив немного на мою руку. Я знал, что все будет в порядке, иногда раны бывали и глубже. "Ты даже не знаешь меня" - сказал я. "Это не значит, что я не могу позаботиться о тебе сейчас" Мое сердце подпрыгнуло на этом слове. «Забота». Никто не заботится обо мне. Особенно люди, которые меня не знают. Странно. Если бы он знал, насколько я жалок, то не помогал бы. "Тебе все равно. Всем все равно". Почему я говорю все это? "Зачем ты это делаешь?" - опять спросил он, убрав полотенец. Его лицо выражало боль или отвращение, может быть, даже смесь этих чувств. "Думаю, это не просто ради забавы". "Я не знаю" "Как ты можешь не знать? Ты знаешь!" "Я не знаю" - сказал я строже. Почему он просто не бросит меня здесь, как все? "Нужно промыть рану. Пойдем в ванную?" - спросил он, а я покачал головой. "Нет" Я открыл свой ящик и достал контейнер. Внутри были спиртовые салфетки и много бинтов. "Ты делаешь это часто?" Я просто пожал плечами и достал салфетку. "Дай мне". Он выхватил ее до того, как я успел ответить. Он аккуратно держал меня за запястье и обрабатывал порез. "Пожалуйста, не говори никому" - тихо сказал я. "Ты должен сказать родителям или школьному консультанту, чтобы получить помощь" - он ответил. Я быстро покачал головой. "Нет, нет, не могу. Пожалуйста, просто пообещай мне, что ничего не скажешь" - умолял я. Он выглядел беспокойно, ему явно не нравится это. Но Вик все-таки кивнул. "Хорошо. Это твоя жизнь. Я не буду вмешиваться". Он, взяв бинт из контейнера, обернул его вокруг запястья и завязал. "Спасибо" - тихо сказал я. "Но ты должен уйти... я серьезно" "Будешь ли ты в порядке, если я сейчас уйду?" Нет, я никогда не буду в порядке. "Да" - сказал я. Он еще немного посмотрел на меня, встал и направился к двери. "Хорошо, увидимся в школе" "Да, пока" - пробормотал я. Он оставил меня в желанном одиночестве, но страх того, что этот незнакомец собирается делать теперь, когда он узнал мою тайну, не покидал меня. Я долго думал об этом, пока не заснул, свернувшись клубком. Слезы все еще текли по моим щекам.