Пока тебя ветер несет

Неделя прошла как в тумане. Утром в понедельник Бобби подловил Тома в школьном коридоре и начал пытать, где тот пропадал все выходные. Том промямлил что-то о ночевке у двоюродной сестры и поскорее нырнул в класс, заминая разговор. Они с Крисом переписывались дни напролет. Крис теперь работал в магазине запчастей. Он закидывал Тома вопросами: как прошел его день? Что на нем надето? Играл ли он с собой прошлой ночью? Весь красный, Том прятался в ванной или за трибунами стадиона, чтобы ответить. Ему было совсем не трудно молчать о Крисе. Пусть его и распирало от мысли, что теперь у него есть любовник – потому что Крис был ни кем иным! – но все же он хотел сохранить эту тайну как можно дольше. Нет, он не стеснялся Криса. Он шатался бы с ним в обнимку по городу и целовался у всех на глазах – если бы был уверен, что это сойдет ему с рук. Во всех школьных коридорах, в каждом углу и пустом кабинете разворачивались драмы первой любви. И ни одна душа не догадывалась, что тихий и застенчивый Том, постоянный объект насмешек, трахается с бывшим зэком тридцати шести лет от роду, покрытым татуировками с головы до пят. Он чувствовал себя отдельно от всех, избранным и особенным, как никогда прежде. Ему не нужно было одобрение одноклассников с их бесконечной болтовней о выпускном, с их памятными альбомами и планами на колледж. У него было одобрение Криса – и это все, что имело значение. В субботу утром Том как раз шнуровал кеды, когда услышал с улицы грохот мотоцикла. Он вскочил и подхватил свой рюкзак, в который заранее уложил две пары джинсов, пару футболок, белье и носки – а также ноутбук, зарядник от сотового и книгу в мягкой обложке. В небольшом кармашке были спрятаны лак и блеск, а также новая тушь – Том решил, что будет безопасней держать их у Криса. В общем, в рюкзаке уместились все его любимые вещи – и поэтому теперь он мог везде чувствовать себя как дома. Матери он сказал, что проведет выходные у Бобби. А Бобби, в свою очередь, наплел, что уезжает в гости уже к другой сестре. Оставалось надеяться, что за пару дней не случится ничего такого, чтобы обе стороны раскрыли его вранье. Джефф всю неделю вел себя тихо. За столом он сидел с каменным лицом, избегая смотреть на Тома, и сразу после ужина скрывался в спальне. Тома это более чем устраивало. Чем реже они виделись, тем меньше было шансов, что Джефф вспомнит, как сильно он ненавидит Тома, и попытается ударить его снова. Пробежавшись взглядом по комнате, Том убедился, что ничего не забыл, и вылез в окно. Крис уже держал наготове шлем. Том быстро надел его и запрыгнул на байк. Господи, как он скучал по этому телу, такому большому и теплому! Его жалкая подушка не шла ни в какое сравнение с этой твердой горой мышц, которую было так приятно обнимать! Крис мчал по пыльным улицам, все дальше и дальше вглубь бесплодной пустыни. Наконец они достигли его дома, и он быстро загнал мотоцикл в гараж. – А ты хорошо подготовился, – усмехнулся Крис, помогая Тому слезть с байка. – Ага, – Том поддернул рюкзак повыше. – Я взял одежду, ноут, ну, и кое-что по мелочи. – А белье? Продираясь сквозь дебри сада, Том обернулся к Крису со смущенной улыбкой: – Да, а что? – Да ничего, - пожал тот плечами, выуживая из кармана ключи, – просто спросил. В доме Том едва успел скинуть рюкзак, как Крис развернул его к себе и впился в губы – страстно, грубо, жаждуще, сразу проталкивая язык. Они рухнули на диван, барахтаясь и перехватывая друг у друга главенство в поцелуях. Сильные руки вцепились в томовы джинсы, дернули их вниз. – Я спал – блядь, Том, приподнимись! – с твоими трусиками под подушкой, – пропыхтел Крис торопливо. Том заскулил и заерзал, когда зубы Криса впились ему в нежное местечко над ключицей. Но Крис держал его крепко. Он расстегнул свои штаны и перевернул Тома вниз лицом. Округлый маленький зад тут же нахально приподнялся. Том услышал звук открывающегося колпачка на флаконе со смазкой, и тут же почувствовал, как скользкие пальцы ощупывают его вход. Он слегка дернулся. – Тихо-тихо, малыш. – Я так скучал по тебе, папочка! – И я по тебе скучал. Я сберег для тебя всю свою сперму. А ты? Ты трогал себя хоть раз? – Нет, папочка, – Том помотал головой, возя носом по дивану. – Это совсем не то, что с тобой. – Мой хороший. Именно это я и хотел услышать. Они даже толком не разделись. Крис трахал Тома, перекинув через подлокотник дивана, и томовы вопли неслись по всей комнате. Член его подпрыгивал, пачкая смазкой кожаную обивку. – Блядь, – прорычал Крис, сжимая Тома за бока, – ты будто стал еще уже. – Отдай мне свою сперму, папочка, пожалуйста… И Крис накачал его до отказа. Яйца пульсировали с каждым выплеском, так долго, так сладко, и Крис замирал от ощущения, как жадно юное тело засасывает его в себя. – Папочка-а-а, – выдохнул Том, переворачиваясь. Ресницы его трепетали, щеки алели, и взгляд был совершенно хмельной. – Все хорошо, детка. Иди ко мне, – он сел и потянул Тома к себе на колени. Того лихорадило от желания кончить – он обвил шею Криса руками и захныкал. Крису понадобилась всего пара движений кулака, и Том выгнулся в его объятиях, содрогаясь и пачкая майку брызнувшим семенем. – Вот так, мой хороший, – прогудел Крис, любуясь тем, как меняется лицо Тома в оргазме: как открывается рот, как закатываются глаза и заламываются брови, как румянец заливает острые скулы. – Ты такой красивый, Том. Тот припал к нему, прерывисто дыша, и нежно поцеловал в шею. – Тебе было хорошо со мной? У меня хорошая писечка? Крис утробно застонал и вцепился в его взмокшие кудри: – Самая лучшая, малыш. Только о ней и мечтал всю неделю. Пока тебя не было со мной. Мой ангел. Том счастливо вздохнул, млея от этих слов. Отлепляться друг от друга не хотелось ни на минуту – и все же в душ пришлось идти по очереди, потому что кабинка была слишком мала для двоих. Помывшись, они голышом упали на постель. – У меня для тебя кое-что есть, – сказал Крис, поглаживая Тома по бедру. – И что же? – взгляд Тома загорелся детским любопытством. – Закрой глаза. Том послушался и сел на кровати. По его лицу блуждала улыбка предвкушения. Крис что-то положил на покрывало, и потом разрешил Тому смотреть. Перед ним стояли два бумажных пакета, розовый и фиолетовый, и большая белая коробка. – Папочка!!! – Том привстал на коленях, и его беззащитная нагота вдруг особенно ярко бросилась Крису в глаза – и полоснула по сердцу. – Что мне сперва открыть? – Что хочешь, – Крис присел на край кровати. Склонив голову набок, Том потянулся к белой коробке и поднял крышку. Внутри были две пары обуви – черно-серые кроссовки и высокие черные «гриндерсы» на шнуровке. Он рассматривал их с открытым ртом, вытаскивая сначала одну пару, затем другую. – Я посмотрел твой размер, – пояснил Крис, – когда ты спал в прошлый раз. Думаю, они будут охуенно смотреться с твоими узкими джинсами. – И особенно на мотоцикле, правда? – Том облизал губы. – А то. Можешь надевать хоть те, хоть эти, когда поедем кататься. Только сначала немного разноси. Том прижал ботинки к груди, а потом уложил их обратно в коробку, бережно обернув каждый мягкой тонкой бумагой. Закрыв крышку, он подскочил к Крису и повис у него на шее. А когда отстранился, то не без удовольствия заметил, что щеки Криса зарумянились. – А теперь открой пакеты, – сказал тот нарочито грубым голосом. Развернув розовую упаковку, Том, не веря глазам, вытащил пять пар кружевного белья. Трусики были разных цветов, кое-где с атласными вставками, и все очень красивые, и тоненькие, и вкусно пахнущие новизной, и – только его. – Боже мой, – пролепетал он, зарываясь носом в пестрый ворох. – Тебе нравится? Вместо ответа Том спрыгнул с кровати и быстро натянул белую пару. Кружево плотно обхватило его член и так удачно очертило попку, что крепенькие ягодицы бодро подскочили вверх. – Господи Иисусе, – пробормотал Крис, касаясь его бедра. – Ты просто создан носить такое. Том просиял и вновь упал на кровать, ныряя в последний пакет. Там он обнаружил роликовые духи, которые незамедлительно нанес на шею. И, наконец, извлек последний подарок. Это была узкая футболка, всю переднюю сторону которой занимало черно-белое изображение американского флага. Треугольный вырез доходил до середины груди, что вызвало в Томе тайный трепет. Вся спинка была сделана из черного кружева. Без сомнения, эта вещь была женской. Но Тому было плевать, и он немедленно ее напялил, оторвав этикетку. Футболка облегла его торс, подчеркивая тонкую талию и плоский живот, в V-образном вырезе виднелась худая мальчишеская грудь. Он покрутился перед Крисом, слегка краснея от смущения – и в то же время чувствуя себя невероятно привлекательным и желанным. Он читал это у Криса в глазах. – Крис, я так счастлив... Спасибо тебе! Огромное! Никто и никогда не покупал мне такого... Мне нравится все. Все-превсе! Правда, – с жаром тараторил он, оглаживая свой торс в новой футболке. – Я хочу надеть ее сегодня на слет. Крис опустил глаза и вздохнул: – Малыш. Тебе не обязательно туда идти, если не хочешь. Мик думает, он может диктовать нам, что делать. Даже в личной жизни. Но, честно говоря – если это не относится к делам команды, то меня вообще не ебет. Том присел перед ним на пятки: – А ты будешь рядом со мной? – Каждую минуту. – Тогда мне все равно, – пожал плечами Том. – Я пойду. Он, конечно, напугал меня на прошлой неделе, но как только ты пришел, все стало хорошо. Я знал, что теперь он ничего мне не сделает, – Том помолчал. – Вообще, мне показалось, что он хотел. Обидеть меня. Он смотрел на меня почти как Джефф. Но я ведь твой. Может, надо ему об этом почаще напоминать? Крис засмеялся и чмокнул его в щеку: – Ты совершенно прав. И я всегда буду рядом, – заверил он, притягивая Тома к себе. – На самом деле, я думаю, тебе там понравится. Будет большой костер, и музыка, и море пива. – А когда начало? – Ближе к ночи. Так что, может, нам пока немного вздремнуть? Не хочу, чтобы мой котенок в полночь уже вырубился. – А уж как я не хочу, – Том ткнул его пальцем в живот, – чтобы мой старичок в полночь уже вырубился! Крис сграбастал его и защекотал под ребрами: – Ах, старичок? Я, значит, старичок, да? Том разразился хохотом, визгом и начал брыкаться: – Да! Ты – мой старичок! Крис повалил его на кровать. Сдвинув трусики в сторону, он принялся покрывать его тело поцелуями, смущать похабными шепотками и ставить любовные метки, распускающиеся на коже как цветы. Том проснулся, когда Крис уже насадил его на себя. Он трахал Тома, уткнув лицом в кровать, запустив пальцы в его волосы и слегка натягивая пряди при каждом толчке. Потом Крис пошел в душ, а Том решил поиграть с телефоном: кликнул на иконку камеры, навел фокус на противоположную стену и побаловался с зумом. Переведя взгляд на дверь ванной, он вдруг улыбнулся. И спустя мгновение уже проскользнул внутрь. Ванная комната полнилась паром, который медленно поднимался к потолку и оседал каплями на запотевшем зеркале. Крис шумно плескался за шторкой. Держа телефон с включенной камерой в руке, Том тихонько подошел ближе и отодвинул шторку. Крис намыливал лицо. Пышная пена стекала по его груди и животу, собираясь у основания члена, и затем медленно струилась по ногам. Том, приоткрыв рот, рассматривал не перестававшее поражать его мускулистое тело – и татуировки, которые выглядели еще таинственней под тонкой мыльной пленкой. Крис протер глаза и с удивлением уставился на Тома, а тот навел фокус и щелкнул кнопкой, фотографируя его от шеи и ниже. – Я сохраню это навечно, – улыбнулся Том, отправляя фото в альбом. Крис растянул губы в ленивой ухмылке, смывая с себя остатки мыльной пены: – Можешь сделать еще пару кадров, я не против. – Вообще-то… – Том положил телефон на раковину и теперь с интересом рассматривал Криса ниже пояса. Ему вдруг нестерпимо захотелось облизать каждую венку, каждую складочку крайней плоти, и почувствовать, как член оживает и крепнет у него во рту. – Я… эмм… хочу отсосать тебе. – Отсосать мне? – Да, – решительно кивнул Том, заходя в кабинку и опускаясь коленями на мокрую плитку. Крис закрывал его собой от прямых струй воды из душа, но легкая морось все же попадала на лицо, оседая на длинных ресницах. Том смотрел на Криса снизу вверх, и перед его глазами мелькали картинки из порнороликов. Он смутно помнил, как это делали другие парни – но сейчас, буквально уткнувшись носом Крису в пах, на уровне инстинктов понимал, что нужно делать. Подавшись вперед, Том провел носом по мошонке, покрытой легким пушком светлых волос. Затем прошелся по ней кончиком языка, описывая замысловатую кривую, и втянул одно яичко в рот. Сверху раздался протяжный стон: Крис, чтобы не упасть, уперся ладонью в мокрую стену. Том сморгнул и поднял лицо, покрытое мельчайшими капельками воды – и тоже застонал, перекатывая мягкий мешочек во рту, а затем с чавкающим звуком позволил ему свободно выскользнуть наружу. – Бля, – прокомментировал Крис внезапно севшим голосом. Ласково улыбнувшись, Том не спеша переместился на другую сторону, посасывая и играя уже с другим яичком. Он обхватил член Криса ладонью и провел пару раз вверх-вниз, обнажая блестящую головку. Невесомо поцеловал разбухшее лиловое навершие и, сдвинув кожицу назад, полностью накрыл его губами. Крис передернулся всем телом, его пальцы с громким скрипом скользнули по кафелю, тщетно пытаясь вцепиться в гладкую стенку. На вкус Крис был солоноватый с легкой горчинкой и напомнил Тому миндаль из пакетиков, что мать давала ему с собой, когда он учился в младших классах. Тогда она еще заботилась о нем в таких мелочах. Но думать об этом сейчас было не время. Том слегка потыкал кончиком языка в щелку уретры, как это делали мальчики на видео, и пропустил член в рот на пару дюймов, плотно обхватывая губами и постепенно привыкая к ощущениям и аромату. И тут он вновь почувствовал, как по телу Криса проходит дрожь: подняв глаза, Том увидел, что взгляд того стал тяжелым и бессмысленным. Вспышка возбуждения, словно удар молнии, прострелила Тома вдоль позвоночника. Он подполз ближе, садясь на корточки, и взял Криса за бедра. Открыв рот как можно шире, Том стал насаживаться так глубоко, как только мог – до тех пор, пока член не уткнулся ему прямо в горло. Том дернул головой, пытаясь сдержать рвотный позыв, и тут же закашлялся. Широкая ладонь накрыла его затылок: – Все нормально? – хрипло спросил Крис. Том кивнул и поспешил вернуться к прерванному процессу, снова забирая достоинство Криса в рот. Он хотел принять его целиком, до корня, так чтобы горло саднило и болело, и только теплая сперма могла его успокоить, омывая слизистую изнутри. Подаваясь вперед всем телом, Том то обсасывал головку, то выпускал ее изо рта, чтобы вылизать толстые вены, обвивающие ствол. Член Криса был совершенно не похож на его собственный, как будто его владелец принадлежал совершенно к другому виду живых существ. И Том отчаянно хотел сделать все правильно, чтобы Крис запомнил этот первый раз навсегда. – Расслабь ротик, детка, – пробормотал Крис. – Ты все делаешь просто охуительно. Можешь взять еще глубже? В отчаянном желании угодить Том открыл рот шире и снова скользнул к основанию члена. Когда головка уперлась в глотку, Том глубоко вдохнул через нос, расслабляя челюсти, и поднял взгляд. – Умница, – похвалил Крис. – А теперь замри. Одной рукой накрыв его макушку, второй Крис крепко обхватил Тома за шею сзади и начал медленно и аккуратно покачивать бедрами. Том стоял на коленях, послушно распахнув рот, обнимая Криса за бедра и не сводя с него влюбленных, почти боготворящих глаз. – Сомкни губы… Да. Вот так, хорошо… Том застонал и почувствовал, как Криса перетряхнуло. – Ты моя сладкая шлюшка… Том моментально вспыхнул, опуская слипшиеся ресницы. Он очень старался не давиться, но Крис толкался все глубже. Глаза предательски заслезились, и Том поневоле отпрянул и закашлялся, наполняя хрипами маленькую душевую. – Том… – позвал его Крис, но тот, глубоко вдохнув, снова накрыл ртом член, постанывая от ощущения твердости, тепла и запаха, слегка приглушенного водой. Скользнув рукой между ног Криса, Том нежно обхватил мошонку пальцами, продолжая упоенно сосать. Слюна стекала по его подбородку, смешиваясь со сбегающими вниз слезинками. – Ох, видел бы ты себя… – выдохнул Крис. – Такая маленькая голодная шлюшечка. Так хочешь мою сперму, детка? Хочешь проглотить ее, да? – Да, папочка, – хрипло отозвался Том, на секунду прервавшись, и тут же вновь принимаясь за дело. Крис вцепился в его кудри и быстро задвигал бедрами в рваном, сбивчивом темпе. Ничего не видя из-за слез, Том уперся руками Крису в бедра и попытался слегка отодвинуться – но тот уже слишком увлекся, сжимая его волосы обеими руками и грубо толкаясь в рот. Сила его движений и покалывание в затекших ногах заставили Тома откинуться назад, увлекая Криса за собой. Оказавшись прижатым к стене с ноющей челюстью, Том коротко дышал, впадая в полуобморочное состояние и чувствуя, как Крис уже сам насаживает его голову на себя. – Давай! Бери! – прорычал Крис, резко подавшись бедрами вперед. – Бери, что дарит папочка! – и вскрикнул, содрогнувшись всем телом. Член запульсировал у Тома во рту, изливаясь потоком спермы прямо в саднящее горло, которое тут же начало рефлекторно сокращаться. Том втянул щеки, обсасывая головку словно леденец, и слизал с нее последние капли. Голова его кружилась от новых ощущений, а собственный член давно и крепко стоял между ног. Но Том не смел даже притронуться к нему, сконцентрировав все внимание на Крисе. Судорожно выдохнув, Крис привалился к стене, и его обмякшая плоть выскользнула у Тома изо рта. Тот улыбнулся и утер губы: – Я все правильно сделал, папочка? В ответ Крис коснулся его щеки и прошептал: – Что же я сделал такого, господи, чтобы заслужить тебя... C замирающим сердцем Том взял его руку и по-щенячьи уткнулся носом в ладонь. Крис опустился на корточки, подставляя их обоих под мощный поток воды, и потянулся к промежности Тома. Когда его рука обхватила ноющий член и палец слегка потер головку, Том ахнул, запрокидывая лицо к потолку. Крис пристально следил за его эмоциями, жадно впитывая каждое мимическое движение, каждое закусывание тонких губ. Кончил Том непростительно быстро – и из-за того, что Крис направил член вверх, его щеки и лоб теперь украшали потеки собственной спермы. Крис покрывал его лицо легкими поцелуями, снимая губами еще теплые капли, а Том хихикал смущенно и счастливо. Вдруг Крис отстранился. Лицо его слегка порозовело и приобрело такое выражение, будто его переполняет нечто, не выразимое в словах. Том затих, гадая, о чем он задумался. – Я и правда люблю тебя, Том, – наконец выговорил Крис, уставившись в мокрый пол душевой. Том пробежался кончиками пальцев по его бархатистым вискам: – И я... очень тебя люблю. Они молча смотрели друг на друга и улыбались. Наконец Крис поднял Тома на ноги и тягуче поцеловал напоследок, прежде чем обтереться полотенцем и выйти из ванной. Том остался, чтобы ополоснуться и вымыть голову. Стоя под душем, он чувствовал приятную слабость в ногах. Уже в комнате он схватил телефон и открыл последнее фото. Целую минуту, а то и больше, он любовался на голого Криса, и только усилием воли закрыл альбом. – Я в гараж! Скоро вернусь, – крикнул Крис из гостиной. – Хорошо! – отозвался Том, копаясь в кучке своих вещей. Подождав, пока впитается крем для тела, он достал подаренный Крисом парфюм. Мазнул шею, сгибы локтей и чувствительные местечки за ушами. Выудил из кружевного вороха розовые трусики и надел их, а следом – любимые черные джинсы с низкой талией, тесно облегающие его длинные ноги. Потом одним движением скользнул в новую футболку и уселся на край кровати, чтобы зашнуровать «гриндерсы». Заправив в них джинсы, Том пару раз прошелся по комнате. Ботинки сидели удобно, хоть и были слегка жестковаты, но Том понимал, что со временем они разносятся. В довершение образа он нанес на губы немного блеска и щедро накрасил ресницы, отчего те потемнели и сильнее загнулись вверх. Оценив свой вид в зеркале, Том слегка поправил член в джинсах и проверил маникюр. Изумрудный лак нигде не облупился, так что подновлять его не было необходимости. Полностью довольный собой, он сунул телефон в задний карман и отправился на поиски Криса. Вечер медленно перетекал в ночь. Далекий горизонт горел светло-оранжевой полосой. Воздух был все еще теплым, но Том знал, как по ночам бывает холодно в пустыне. Он надеялся, что его согреет костер. А лучше – пусть это будет Крис. Подошвы ботинок громко хрустели по гравию, пока Том шел к гаражу. Из приоткрытых дверей пробивалась полоска света и раздавался шум, будто Крис тащил по полу что-то тяжелое. – А вот и я, – Том вошел внутрь. Крис и впрямь был занят тем, что толкал огромную коробку из центра в дальний угол. Он мельком взглянул на Тома, а затем, словно не веря увиденному, вернулся к нему взглядом и выпрямился. – Том, – глаза его округлились, а рот приоткрылся от изумления, – малыш... Охуеть, да ты выглядишь просто шикарно! – Спасибо, – пробормотал Том, заливаясь румянцем и засовывая руки в задние карманы. – Мне тоже кажется, я неплохо смотрюсь. Он крутанулся на каблуках, чтобы Крис мог оценить вид сзади. Кружево футболки мягко щекотало кожу, а попка, обтянутая тканью джинсов, аппетитно круглилась. Крис оставил в покое коробку и шагнул к нему. – Какое там «неплохо»! Черт, да ты там будешь краше всех. Включая девчонок. Он притянул Тома к себе и, взглянув ему в глаза, едва не задохнулся: – А ресницы-то... – Тебе нравится? – хихикнул Том. – Мне в тебе нравится все… – прошептал Крис, облапив его за бедра и подталкивая к столу. – Ты надел их? – спросил он, поглаживая его задницу. Том кивнул и опять захихикал. – Какого цвета? – Розовые… Застонав, Крис склонился к нему за жадным поцелуем. И тут же удивленно отстранился, облизывая нижнюю губу: – Клубника? Том, смеясь, дернул его за руку и потянул к выходу: – Поехали, папочка, а то ты мне всю тушь размажешь. – Слушаюсь, детка! Пока Крис запирал гараж и входную дверь, Том запрыгнул на Кросс Боунс и надел шлем. Когда Крис уселся за руль, Том обнял его покрепче и жарко прошептал на ухо: – Ты же оттрахаешь меня сегодня, папочка? Когда мы вернемся? Я хочу утонуть в твоей сперме. Крис провернул ручку газа, заставляя мотор взреветь. – Еще пара таких слов, и мы вообще никуда не поедем. Том ухмыльнулся и поджал губы, плотно захлопывая визор.