Кровавый Цикл

XXXIII век до нашей эры Эдем       Белоснежные башни высились над бескрайним лесом тянущимся до горизонта. Место, где росли деревья и цветы коих нельзя было встретить на земле. Они были столь необычны и прекрасны, что намеренно скрывались от людских глаз, доступные лишь взору высших существ.       Эдемский сад на вершине мироздания. Белый Город в самом его центре. Выше шпилей его башен было лишь оно — древо Мира, что подпирало небосвод своими ветвями.       Девушка с огненно рыжими волосами сидела на самом краю башни. Свесив ноги вниз она созерцала игру солнечных лучей, что отражаясь от городских стен переливались всеми цветами радуги.       День близился к концу.       Услышав легкие шаги за спиной она прервала свою думу и обернулась, взглядом встречая маленького гостя.       Это был худощавый мальчик лет девяти на вид, с растрепанной копной пшеничных волос. Одетый в белую робу, он прижимал к груди большую книгу в твердом переплёте, украшенную золотистыми узорами. — Каин, это ты, — спокойно произнесла его имя, заставляя ребенка вздрогнуть и сделать шаг назад. — Мм, не стоит стесняться. Я вижу что тебя что-то тревожит, — голос Лилит сейчас звучал спокойно. Он завораживал. — Расскажи мне о своих волнениях. — Н-нет... Не то чтобы меня что-то тревожило, — вновь засмущался мальчик, пытаясь отвести взгляд в сторону. — Просто... Мне немного тяжело понять описываемое в этих книгах. — Всему свое время. Впереди тебя ждет вечность чтобы изучить архивы Эдемской библиотеки, — взгляд Лилит упал на книгу в руках Каина. — Что там у тебя? Спрашивай, может я смогу дать ответ на твои вопросы.       Мальчик сделал несколько неуверенных шагов вперед. Каин, вместе со своим братом, совсем недавно попали в Эдем, будучи ранее обычными детьми, выросшие в городе, что был стерт с лица земли "нелепой случайностью". Поэтому он вел себя очень скромно и боязливо, тем более находясь перед лицом высшего существа. — Смелее.       Наконец, пересилив неуверенность, мальчик все же нашел в себе смелость приблизиться. Сев на каменный пол он положил книгу перед собой и раскрыл ее где-то на середине. — Ах это, — Лилит сразу узнала текст. — Одна из трактовок Священного Писания. Ну, не самая моя любимая. С уймой глупых аксиом, и неоправданных изречений написанных лишь для украшения литературного языка, но не для передачи истины. Хотя некоторые мысли излагаются в весьма любопытной форме. — В одной из глав говориться о неком... Явлении... Оно описывается как... Первородный Грех. Мне-е... Не совсем понятно... — Ах, ясно. Так вот что тебя волнует, — взгляд Лилит внезапно стал более холодным. — А сам ты как думаешь, Каин? Что бы ты отнес к греху, что стоит над всеми остальными? — Я... Даже не знаю... — мальчик задумался. — Может убийство?       Лилит улыбнулась подобной открытости и прямоте. — Да. Конечно. Но убийство нельзя назвать грехом в полной мере. — Да?! — удивленно встрепенулся Каин. — Убийство лишь следствие. Итог ранее совершенных человеком ошибок. Итог ненависти, зависти, гнева. — Тогда... Тогда может гнев? — логически заключил ребенок. — Гнев не так опасен каким кажется. Гнев скоротечен и быстро улетучивается из разума людей. Он непостоянен. Чувство же, что способно преследовать человека всю его жизнь несет куда больше проблем. — Ай, я не понимаю! — замотал головой Каин, явно запутавшись еще сильнее. — Сдаюсь! Я сдаюсь! Что это? — Хм-хм...       Лилит поднялась с края и величественно посмотрела на сидящего на полу ребенка. — Суть самой страшной ошибки человечества. Истинный Первородный Грех коим был поражён даже величайший из когда-либо живущих людей, позднее прозванный прародителем всего нынешнего человечества... — Я читал, я читал, — затараторил ребенок, радостный, что понимает о ком идет речь. — Первый человек, А-адам! Адам Ришон! — Ха-ха, но он не был первым. Это все преувеличение, что вполне свойственно людям. Но однозначно именно Адам положил начало тому миру, что ты сейчас видишь, — убрав мимолетную улыбку, Лилит продолжила свою тираду. — Лишь раз сорвав запретный плод, лишь на мгновение ощутив его вкус, человеку никогда не отмыться от прожигающей его скверны. От желания, что он дарует. Он заставляет людей поступать иррационально. В противовес логике и здравому смыслу. Полностью поддавшись желанию! — И? И что же это? — Это любовь. Любовь — это и есть самый страшный грех человечества. Лишь познав ее однажды ты сможешь понять ее истинную суть.

♦ ♦ ♦

Наши дни Чэнду       Скорее всего в тот момент Шиноа уже и не понимала, что она творит. Перед глазами все плыло. В ушах звенело. Девушка видела как Крул, которая протягивала ей руку, обернулась в сторону вновь прибывших. Это был Юичиро, а рядом с ним, кажется, Акане. Цепеш что-то сказала и шагнула в их сторону. В тот самый момент взгляд Хиираги упал на клинок убранный в ножны закрепленные с правого боку у вампирши. Шиноа не думала... Она рванула вперед, схватившись за рукоять, быстро вытащила лезвие и произвела колющий удар, что достиг цели.       Этим своим действием она миновала точку не возврата.       Клинок угодил Цепеш в левый нижний бок пройдя насквозь.       Разве этого Шиноа хотела? Разве подобный шаг должен был стать кульминацией ее любви?       Младшая Хиираги в ужасе отшатнулась и выпустила меч из рук. Иштен Кардъя с глухим звоном ударился о землю. — Я-я? — глядя на дрожащие ладони прошептала Хиираги.       Уже в следующий миг перед ней возник знакомый силуэт. Глаза Юичиро горели алым, переполняемые гневом и ненавистью. Отливающее золотым цветом лезвие блеснуло в пробивающихся сквозь тучи лучах солнца.       "Что я наделала?" — упрекала сама себя Шиноа. — "Я... Монстр... Настоящее чудовище."       Она посмотрела на своего любимого и одарила того легкой, доброй улыбкой. Слезы проступили на глазах. Пусть, хотя бы, в этот последний миг ее жизни, он запомнит ее ни как врага, ни как бездушную марионетку "Тьмы", но как задорную девчушку с которой когда-то дружил.       Возможно, за мгновение, Хакуя и смог распознать в девушке свою старую подругу, и гнев в глазах сменился на растерянность...       Любовь — самый страшный грех человечества. Она толкает людей на безумные поступки. Заставляет полностью поддаться самым низменным желаниям... Однако...       Юи тяжело дышал. Юноша ошарашенно смотрел перед собой. Его меч — лезвие Экскалибура замерло в сантиметре от лица Шиноа. Рука Хакуи оказалась перехвачена чуть ниже запястья, и лишь это остановило удар. Крул приложила все силы чтобы не дать Юичиро совершить возможно самую страшную ошибку в своей жизни. — Придурок, — зло процедила Цепеш. — Раскрой глаза как следует! Иначе, потом будешь жалеть о содеянном всю оставшуюся жизнь! Бесконечную жизнь...       Юноша с ужасом посмотрел сперва на Цепеш, а после уже на Шиноа. Еще один древний клинок со звоном упал на землю. — Ш-шиноа? — дрожащим тоном прошептал ее имя Хакуя.       Младшая Хиираги не смогла долго смотреть ему в глаза. Ей было стыдно и мерзко от самой себя. От всего, что она натворила. Отвернувшись, девушка закрыла лицо ладонями, пытаясь спрятаться от взгляда парня которого полюбила. — Прости... — внезапно послышался тихий голос юноши.       Шиноа не сразу поверила своим ушам.       "Почему? Он извиняется?"       Уже в следующим миг Хакуя рухнул на колени перед девушкой. На его глазах так же блестели слезы. — Прости, прости, прости, прости!!! Я слепой, наивный и глупый идиот! Все это... Все что с тобой случилось... Это я виноват!!! — кричал во весь голос Юичиро. — Юи...       Он обхватил Шиноа обеими руками и крепко прижал к себе. — Я обещал защищать вас — свою семью. Но не смог ни черта сделать! Мне за всю жизнь не искупить грехов перед тобой! Прости меня, Шиноа! Обещаю!!! Я клянусь, что не позволю больше тебе страдать! — Ха-ах... — этот легкий смешок на выдохе. Как давно он его уже не слышал. — Дурак... Юи... За что... Ты просишь прощение?       Хиираги так же плакала в тот момент. Но она постаралась показать ту, старую себя, которой так дорожил Юичиро. — С ним точно все будет в порядке? — беспокоясь за психическое состояние Юи, взволнованно говорила Акане. — Это осознание своей былой глупости. Подобные момент и называют взрослением, — Крул улыбнулась. — Все когда-то проходят через это. Нет ничего зазорного в том, чтобы человек осознавал свои ошибки. Понимал глупость себя былого. Намного хуже, когда он напротив, не видит этого. Ты все делаешь правильно Юи, — Цепеш посмотрела в спину своего возлюбленного. — И всегда делал. Так что не вини себя, и оставайся все тем же наивным и вспыльчивым парнем, которого я когда-то полюбила. — Ухухух, — почесывая затылок, скривила ехидную ухмылку Акане. — Сколько воды в этих словах. Ты практиковала речь? — Гхх, — невольно просопела основательница. — Иди... Спрыгни с какой-нибудь высотки.       Еще один вампир появился рядом. — Ваше Величество...       Мигом оценив обстановку, Вальдо понял что слегка запоздал, и что весь конфликт уже урегулирован без его участия. В таком случае Джиллесу оставалось лишь докладывать. — Дворец Народного Собрания находится под нашим полным контролем. Руководство Чэнду капитулировало, и практически все вражеские отряды сложили оружие и сдаются. Верховный Председатель Ли взят в плен. — Хорошая работа, Вальдо. Разработанная тобой стратегия оказалась идеальной. Без твоего руководства нам бы не удалось взять город так быстро. — Служу Вашему Величеству и Империи! — возвышенно отозвался на похвалу вампир. — Что насчет "Тьмы"? — Как мы и предполагали лидеров организации не было в городе. Похоже они с самого начала планировали сдать Чэнду. — Тсс... Ублюдки... Ладно. Благо мы это предвидели.       Крул посмотрела в сторону Юи и Шиноа. — Эй! Я конечно все понимаю! И в связи с драматичностью ситуации закрыла глаза на минуту-другую. Но долго вы еще собираетесь липнуть друг к дружке?! Юи?!!       Услышав голос Крул парень было хотел освободить Шиноа из объятий, но девушка не позволила этого сделать. Обхватив его своими миниатюрными руками, она негромко прошептала. — Постой... Прошу... Я все понимаю, но еще одно мгновение. Позволь мне насладиться этим мигом еще хотя-бы несколько секунд. — Ш-шиноа...       Эта девушка была влюблена в него без памяти. Сейчас Юи был уже далеко не тем простаком, что год назад, и мог легко видеть столь очевидные вещи. И корил себя, что не понимал ее чувств раньше. — Так, а ну-ка! — Крул направилась в их сторону. — Сейчас по шее получите, оба! Гхахх!!       Неприятная колющая боль в боку вновь напомнила о сквозной ране минутной давности. Ранения оставленные Святыми Клинками так просто не заживают, и Цепеш стоило уже это запомнить, и не строить из себя неуязвимую. Девушка неуклюже пошатнулась и зло огрызнулась на столь глупую ситуацию. — Куруру!       Юи быстро рванул к девушке нежно взяв ее под руку. — Как ты? — Да ладно уж тебе, — зажимая рану которая начала медленно затягиваться, отмахнулась Цепеш. — Что тут теперь поделаешь? В нашем окружении вообще уже вошло в традицию протыкать друг дружку мечами. Гхах... Черт... Силы восстанавливаются медленнее чем я думала. Эй, Юи! Поможешь мне кое в чем? — А? Что?       Но не успел юноша сообразить, как Цепеш нежно обняла его, после чего произвела не менее нежный укус прямиком в сонную артерию. — Гхааах!!! К-к-куруру! — параллельно краснея и бледнея, заикался Хакуя.       Отпив крови сполна, Крул отлипла от парня, и вытерла губы краем рукава. — Так будет быстрее. Все же мы на поле боя еще, — пояснила Цепеш. — Ты хоть... Предупреждай заранее! — дрожащей рукой зажал место укуса Хакуя. — Ой, можно подумать тебе не понравилось?       Первая основательница подняла Иштен Кардъю с земли и вернула его в ножны. — Нет конечно! — мотал головой Юичиро. — И что тут может нравиться? — Ну... Меня если честно... — девушка заметно замялась. — Подобное немножко возбуждает. Все же... Такие укусы... — ее тон стал совсем тихим. — Вы совсем что ли озабоченные?! — раздался недовольный голос Акане. — Может вы прямо здесь еще и сексом займётесь, а? Почему нет?! Давайте. Мы же вас совершенно не стесняем. — Ладно тебе, — отмахнулась Крул. — Я вообще-то четвертый основатель если ты не забыла, Крул. И вампирские традиции и устои вызубрила идеально. Я прекрасно знаю, что подобные укусы означают! — Ты слишком консервативна, Акане. Ничего они не значат. — Ага, конечно-конечно. — Ну... Может, — Крул прикоснулась пальцами к губам, на которых еще осталось немного крови. В этот момент все ее тело обуяла легкая дрожь, а на щеках появился яркий румянец. — Совсем... Чуть-чуть... — Хе, хе, — ехидно похихикала Акане. — Извращенка. — Так, а ну-ка! Ты так хочешь поговорить об этом?! Хорошо. Но давай после сражения! — О-окей. Ведь подруги должны делиться своими фетишами. — Угх, как хочешь, — выдохнула вампирша. — Вальдо! — Ваше Величество? — Нам стоит перегруппировать отряды и провести более тщательную разведку. В некоторых районах города еще могли остаться враги. Я направлюсь во Дворец Собраний. Думаю, товарищ Ли не откажется ответить на несколько...       Слова Крул были прерваны оглушительным грохотом буквально в паре метров. Словно нечто очень крупное и тяжелое врезалось в землю на бешеной скорости.       Громадная фигура возникла за спиной Юичиро словно из ниоткуда. На деле же, враг которого они считали побежденным и погребенным под завалами небоскреба, выжил. Он преодолел все расстояние до своей цели одним мощным прыжком. Иронично, что заметить самое опасное оружие организации наши герои смогли лишь когда оно сотрясло землю своим появлением.       Юи только обернулся, а его рука машинально рванула к поясу, туда где обычно был меч. — Юи!!! — в ужасе закричала Акане.       Экскалибур лежал в нескольких метрах от своего хозяина.       Рука исполина, начиная от локтя, изменила свою форму. Кулак исчез, а на его месте возникло длинное неровное острие, которым "Первый из длани" уже замахнулся. — Дьявол! — в голос выругалась Крул, делая шаг в сторону врага, но понимая, что не успевает. Даже столь незначительная рана в боку, замедляла ее всего на мгновение, но сейчас и это играло роль.       Юичиро даже не успел придумать что-либо, только осознал, что верного клинка нет под рукой, когда исполин нанес свой сокрушительный и молниеносный удар пронзая тело насквозь. Миниатюрное, женское тело, с длинными пепельно-лиловыми волосами.       В последний момент она успела юркнуть между Хакуей и монстром желавшим его убить. Острие легко прошло насквозь, выходя из груди Хиираги Шиноа. Её сердце было разорвано, ровно как и большая часть легких и печени. Кровь хлынула на землю не просто легкой струйкой, но ручьем.       Юичиро смотрел на эту картину в ужасе, сидя на земле и вытаращив глаза. Несколько капель алой жидкости попали ему на лицо.       В последний раз Шиноа улыбнулась ему... Улыбнулась той самой улыбкой которой любила одаривать юношу в первые дни их знакомства. Милой и игривой. — Прости... Юи...       Последние сказанные ей слова...       Резко рванув конечностью вверх, исполин отшвырнул тело Шиноа далеко в сторону. Бездыханное, мертвое, с громадной окровавленной дырой в груди, оно упало в осколки разрушенного строения.       "Грех что заставляет нас вести себя иррационально. Безумно. В противовес логике и здравому смыслу. Даже в противовес инстинктам самосохранения. Его мы и называем Любовью!"