Торговец телом

— Ну! — Аомине каменным стояком коснулся сжатых губ Кагами, размазывая по ним смазку.  — Ублюдок… — прошипел в ответ тот, когда за волосы вновь с силой потянули. — Или ты просто… Аомине не закончил. Он ожидал чего угодно, но не того, что Кагами так быстро сдастся. Тот лизнул потемневшую головку, а затем взял её в рот, сильно пососав, снова выпустив, обводя языком по кругу. — Чёрт, да… — Аомине врезался лопатками в стену, шипя от удовольствия. Кагами охрененно сосал. Заглатывал почти полностью, плавно и медленно выпуская и играя языком с уретрой. Медленно вёл вниз, посасывал яички и снова брал полностью член в рот. Но не это было самым восхитительным. Самым потрясающим было ощущение того, что перед ним, на коленях, с его членом во рту стоял Кагами, сука, Тайга. Непробиваемый Кагами Тайга, который подчиняется властной руке в его рыжих волосах. А Аомине никак не мог насладиться зрелищем: как его крупный член охватывали распухшие красные губы, блестевшие от слюны и смазки. С коротким рыком Аомине кончил Кагами в рот, бессильно откидываясь на стену. — А ты не так уж плох, Бакага… Аомине проглотил слова, встретившись с яростным взглядом. В них горел неукротимый огонь, непокорённый. Кагами был вынужден подчиняться. Всего лишь вынужден. Аомине вновь схватил рыжие волосы, вздёрнул их хозяина вверх и впечатал лицом в стену. Кагами шипел и поливал его матом, но подчинился рукам, которые загибали его раком. Ещё один плюс в шлюхах — их не нужно растягивать. Многие не прочь подолбиться в очко, но вот ковыряться там пальцами мало у кого есть желание. А потому парни-проститутки приходили уже растянутыми и смазанными, для удобства клиентов. Аомине стянул джинсы Кагами вместе с бельём, любуясь влажной, блестящей от смазки дыркой, которая пульсировала и сокращалась, выдавая волнения её обладателя. Аомине видел, как сжимались кулаки Кагами, как напряглись его плечи. — Расслабься. Тот лишь глубоко вздохнул и действительно расслабился. Аомине достал из кармана резинку, но, немного подумав, отбросил её прочь. Этого непобеждённого хотелось почувствовать на всю длину, каждым миллиметром вновь возбуждённой плоти, заполнить своим семенем. Хотелось, хотелось. Кагами Тайга был проституткой, продажным мальчиком с упрямым взглядом. Ещё никого Аомине так не хотел трахнуть. Жёстко, грубо. Просто вставить по самые яйца и ебать, пока от рваных толчков не появятся цветные пятна перед глазами. Одним резким движением Аомине вошел в разработанную дырку и на мгновенье замер, наслаждаясь тем, как сжимали стенки кишечника его член. Узкий. Кагами был всё ещё узкий, умопомрачительно узкий. Видимо, работал не так давно. Пока Аомине тяжело дышал, сдерживаясь, чтобы позорно не спустить через пару толчков, Кагами глубоко вздохнул и опустил голову ещё ниже, упираясь взглядом в пол. Ему хотелось провалиться сквозь землю, лишь бы не переживать этого унижения. Мечтать нужно осторожнее. Когда-то, ещё в старшей школе, он был влюблён в Аомине и о подобной близости мог лишь мечтать. Мечта сбылась, но от этого лишь тошнило. Хотелось то ли расхохотаться, то ли разрыдаться от подобной подставы. Но он не собирался сдаваться. Раз так, то он не собирался доставить Аомине удовольствие своей реакцией или позволить ему понять, насколько это мерзко, низко, больно и… неужели по-прежнему желанно? Аомине вышел почти полностью, немного двигаясь одной лишь головкой, а затем снова резко вошёл на всю длину, до пошлого хлопка бёдер о ягодицы. Кагами выгнулся, сжимая кулаки и зубы, до боли зажмурившись, давя стон. Аомине вбивался в него размашисто, резко, ускоряясь всё больше. Когда Кагами уже думал, что не выдержит и, наплевав на гордость, прикоснётся к собственному члену, Аомине с глухим рычанием, до синяков сжимая бледные бёдра, кончил, заполняя проход своим семенем. Кагами же, до хруста сжав челюсти, кончил вслед за баскетболистом, но абсолютно беззвучно, лишь рвано выдыхая. Аомине вышел из него, и он медленно осел на пол, уперевшись лбом в стену. Через несколько секунд его вновь дернули за волосы, заставив поднять голову и смотреть в шальные синие глаза. — А ты неплохая шлюшка, Бакагами! — от этой детской клички сердце болезненно сжалось. — Я возьму тебя как-нибудь ещё. Аомине отпустил его и ушёл, хлопнув дверью, полностью довольный. Кагами ещё некоторое время сидел на полу, пустым взглядом смотря плинтус, а затем поднялся, оделся и отправился в общую комнату, чтобы принять душ до следующего клиента. Тот самый холёный мужик, что советовал Аомине не брать Кагами, пристально всматривался в монитор, передававший сигнал с камер в коридорах. Вот вышел Аомине-сан, на лице кровь и синяк на скуле. Управляющий сжался в ожидании скандала, но звезда NBA покинула бордель без каких-либо претензий. Сутенёр облегчённо вздохнул. Но вот вышел и Кагами — лицо было тоже в крови. Мужчина хмыкнул: шлюху стоило снова наказать, а наказывать этого гордеца он любил. Этот зверь был послушным, пока знал, что его брат и подружка в любой момент могли стать трупами, если он не будет отрабатывать долг. Но лишь до той поры. Этого парня, похоже, сломать не мог никто и ничто. Он пока что в клетке. Но обязательно выберется из неё.

* * *

— Смотри на меня, — приказал Аомине, тут же получив обжигающий взгляд. — Хороший мальчик! Теперь во взгляде читалось и крайнее возмущение. Аомине сидел в кресле, широко расставив ноги, а между них усердно работал ртом Кагами, вырывая у него хриплые стоны. Аомине вцепился в подлокотники, чувствуя скорую разрядку и плавясь от умелых ласк языка и пронзительного взгляда. Задумываться над тем, какого чёрта парень, чьё тело продают лишь вторую неделю, отсасывает получше любой прожжённой бляди, абсолютно не хотелось. Аомине сдержал своё обещание и пришёл на следующий день. И на следующий… Уже в течение недели он, как на работу, являлся в бордель. И за эту неделю они так и не дошли до кровати. Аомине сразу же опускал Кагами на колени, хватая за волосы и трахая в рот. Минет в самом начале стал чем-то вроде их традиции и заводил Аомине так, что он драл Кагами раза три кряду. Да и не собирался Аомине отказывать себе в удовольствии смотреть сверху вниз на то, как старательно Кагами вылизывал его член. Аомине кончил с протяжным стоном. Не отрывая глаз от того, как Кагами вытирает губы от белёсой жидкости, он резко наклонился вперёд и коварно прошептал: — А трахну-ка я тебя сегодня на кресле. И снова пошлые шлепки и тяжёлое дыхание. Но Аомине начинало грызть некое чувство: что-то было не так.

* * *

— Чёртова Сацуки со своей фотосессией! Недовольный до крайности Аомине залпом выпил очередной коктейль и спихнул со своих колен обсасывающего его шею мальчика: — Свали на хрен! Он не был в своём любимом увеселительном заведении четыре дня. Всё из-за съёмок для спортивных журналов и передач, куда ж без них. И проходили они, конечно же, в соседнем городе. Ехать ради секса обратно было просто лень. Аомине опять хотелось трахаться. Нет, не так. Ему опять хотелось трахать Кагами. До ломоты в яйцах хотелось засадить ему, прикусить лопатки, оставить синяки на бёдрах и входить в него, входить, входить так глубоко, как только возможно. Аомине недовольно цыкнул. Что за хрень он несёт? Все дырки одинаковы. Главное присунуть. Синие глаза Аомине впились в мальчика лёгкого поведения, которого он только что спихнул с колен. Тот определённо знал своё дело и никуда не свалил. — Смазка есть? — грубо спросил он. Мальчик аж засветился, выудив из кармана висевшей на стуле куртки тюбик с любрикантом. Аомине без разговоров разложил его прямо на столе. Он фальшиво извивался и громко стонал, пока его трахали. Не помогло. Захотелось засадить Кагами ещё больше. И теперь Аомине понял, что не так. Кагами молчал. За полторы недели, что его снимали, он не издал и звука. Тяжёлое дыхание, скрежет зубов, но ни одного стона. Интересно, а Кагами хоть кончал? Не в правилах Аомине интересоваться удовольствием шлюх, но теперь стало любопытно. Даже он, Аомине Дайки, стонал, а Кагами, значит, нет? Это что, Аомине не умеет трахаться? Ну ничего, заедет он сейчас в один интересный магазин. Новенькая иномарка сорвалась с места, покидая город в направлении Токио.

* * *

— Господи, Тигр, что с тобой? — Деким едва успел подхватить падающего Кагами, когда тот, качаясь, вошёл в общую комнату. Штаны парня пропитала кровь. — Что же с тобой делал этот урод?! Я ведь растягивал тебя! Но Кагами уже потерял сознание. Через несколько часов заглянул сутенёр и приказал ему быть готовым. — Он не может, — вступился за друга Деким. С этим блондином Кагами познакомился уже здесь, в публичном доме. Деким также отрабатывал долг, но уже гораздо дольше, чем он сам. — Не волнует. Его требует Аомине-сан. — Но… — Всё хорошо, буду. Дек, помоги встать.

* * *

Кагами едва успел войти, как дверь за его спиной захлопнулась, и низкий, с хрипотцой, голос прошептал из-за спины: — Скучала, моя блядь? Кагами дотащили до кровати и с силой бросили на мягкий матрац. Сильные руки грубо стянули штаны и бельё, схватили за бедра, ставя на колени. От резкой боли перед глазами поплыли тёмные пятна, и Кагами зашипел, кусая губы. Аомине приставил уже стоящий колом член к желанной дырке и резко вошёл. Нет, Аомине, конечно, намеревался сегодня выбить из Кагами звуки, но явно не такие. От его действий тот ранено и резко вскрикнул, комкая простынь и глубже утыкаясь лбом в подушку. Аомине поражённо застыл. Аккуратно вышел и только тут понял, в чём дело. Весь его член был в крови. Взгляд затравленно метнулся к чужому анусу, и, к возрастающему ужасу, Аомине увидел, что он перепачкан кровью. Отпрянув от кровати, Аомине на ходу схватил салфетки со стола и вытерся. — Чего ты? — вдруг раздался хриплый, болезненный голос Кагами. — Я потерплю, делай то, зачем пришёл. — Я брезгую пользоваться потрёпанным товаром.