Конец?

Pov Мартина. Говорят, что время лечит, но это совсем не так. Проверила на своём опыте. Сколько лет прошло с того дня? Очень много. Шесть лет. Шесть мучительных лет. Шесть грёбанных лет я хожу по психолагам, шесть лет я лечусь от бесплодия, шесть лет я страдаю и проклинаю своего отца и Бланко. Вы скажите, что я дура, что я сумасшедшая, что я до сих пор помню этого Бланко. Да, я помню его, пускай я психованная, но я ничего не могу с этим сделать. Наверное он, уже забыл меня, забыл всё, что было связано со мной. Я знаю, что у него есть жена и он походу счастлив с ней. А я, так и не нашла своего счастья в Париже. Да кому нужна девушка, которая никогда не сможет родить? Правильно никому. Пять с половиной лет врачи пытаются вылечить меня от бесплодия, но всё бесполезно и я больше не хочу пытаться, всё напрасно. Никогда не прощу Бланко этого, он убил нашего малыша. Я переехала жить в Париж, к Мерси и Канделарии, они живут вместе, снимают огромную квартиру на двоих, так, что мне места там хватает. Девочки с радостью пустили меня к себе, чему я несказанно рада. Они, как могли поддерживали меня, но ничего не помогает. Так же я нашла работу, очень простую работу, я преподаю уроки танцев, в  школе. Зарплата небольшая, но на жизнь и прочие расходы хватает. – Тин, опять думаешь о своём будущем? — усмехнулась Канде, подходя ко мне. Они любят шутить по этому поводу, так, как я часто ухожу в себя. Бывало, что я три часа сидела и не реагировала ни на кого. Когда я переехала в Париж, девочки отправили меня к психологу, именно психолог прочищал мне мозги, на протяжении трёх лет. Я стала много думать о будущем, много читать и вообще задумываться о жизни.  — Очень смешно, — ответила я, смотря на вечерний париж, сквозь большое окно, в гостиной, — Я завтра еду в Буэнос-Айрес, — осторожно сказала я. Канде уставилась на меня, как на идиотку, а из кухни послышались вопли Мечи. Мне нужно в Буэнос-Айрес, моя команда едет на соревнование и почему-то именно в Буэнос-Айрес.  — Куда ты едешь? — переспросила Канде. Да, чёрт, что это за наказание. Не дай бог я встречусь с ним, не дай бог. А если всречусь, то пошлю его куда подальше. Он думает, что сломал меня, на самом деле это так, но я не хочу показывать свою слабину, пусть знает, что я счастлива без него. – Да, да я еду в Буэнос-Айрес, вы же знаете, что моя команда выступает там, не надо только накручивать меня, мне итак тошно, — отмахнулась я и вновь перевела свой взгляд на окно, завораживающий вид на ночной Париж. Это просто невероятно. – Эй, Марти хочешь мы поедем с тобой? Надеюсь Ксаби меня отпустит, — возможно было-бы лучше, еслиб девочки поехали со мной, но я еду всего на несколько дней и впутывать подруг в своё прошлое мне не хочется.  — Не надо, я не хочу впутывать вас, в свои дела, — ответила я, ибо совсем не хотелось смущать подруг. Да и не дай бог этого урода, любимого урода встречу.  — Ну ладно, смотри, во сколько у тебя самолёт? — спросила Мечи, она немного расстроилась. С Мечи и Канде я дружу очень давно, лет с семи точно. Раньше они тоже жили в Буэнос-Айресе, но потом переехали в Париж.  — В пять утра, — ошарашела я подруг. Я хотела уехать и оставить им записку, так не хотелось их беспокоить.  — Штоссель, ты вообще офигела? Ты хотела чтоб нас на скорой увезли? Ты ведь такая проблемная, — выдохнула Канде, смотря на меня. Хм, они самые лучшие подруги. Именно они помогали мне жить, наверное благодаря им я и жива до сих пор.  — Простите, пойдём спать, завтра вставать очень рано, идём, — проговорила я, обнимая девочек. Спустя час, я лежала в своей постельке и наслаждалась теплом своего одеяла. Что же принесёт мне эта поездка? Надеюсь только хорошее.

***

<b>Аэропорт Эсейс. 06:51. После перелёта. <b> Мы приземлились в моём родном городе. Чёрт, как же давно я здесь не была. Да, Париж это хорошо, но тут моя родина, жаль, что так получилось. Эх, ладно, хватит вспоминать, сейчас у меня новая жизнь, наверное.  — Мартина, куда нам дальше? — взади меня послышался женский голос. Моя команда будет жить в отеле с другими тренерами, а я же поеду в свой дом. Как же я по нему соскучилась.  — Вы слушайте главного тренера, я приеду завтру на первую часть соревнований, пока ребята, — попрощавшись с ребятами и некоторыми взрослыми, я выбежала из аэропорта. Как же здесь всё изменилось, много чего нового. Ладно, едем домой. Хотя нет, не едем, а идём. Хочу прогуляться по городу. После того, как Бланко выставил меня из дома, я чуть не замёрзла на улице. До сих пор от этих воспоминай у меня текут слёзы. Он делал так больно, что даже не представлял этого. Он ненавидел меня, ненавидел просто за то, что я его любила, люблю. Ненавидел за любовь, странно. Я так верила, что он одумается, верила, что полюбит меня, как Алексу. Кто такая Алекса? Алекса это, та девушка, которая всегда была на высоте, она была такой стервой, но она так любила Хорхе. После переезда Канде и Мерси в Париж, мне совсем не с кем было дружить, а Алекса предложила стать её помощницей. Она была самая крутая в школе, а я лишь её тень. Бланко и Алекса, безумно любили друг друга, я знала обо всех подробностях их жизни, Алекса доверяла мне. Я ещё тогда влюбилась в Хорхе, а он не замечал меня совсем, хотя нет, замечал. Он говорил мне привет и пока, когда встречал меня с Алексой. Спустя два года отношений, Алекса и Хорхе решили узаконить свои отношения, да, они решили жениться в шестнадцать лет, но им помешал мой отец. Он решил, что меня нужно спихнуть кому-нибудь, я ему надоела. Хорхе был в ярости, как и отец Бланко, но поделать ничего не могли, именно Хорхе был сыном папиного друга. Так вот, спустя год нашей свадьбы я узнала, что у Алексы рак. Даже после нашей свадьбы, Хорхе с Алексой жили вместе. С каждым днём состояние Алексы ухудшалось, в один прекрасный день она потеряла сознание, а вечером, ровно в семь вечера её не стало. Хорхе не пустили на её похороны, так, как он просто был не в состояние, он был уничтожен. Бланко так и не узнал, почему Алекса умерла. Она попросила меня заботиться о Хорхе, а я не сдержала обещание. Я не смогла сделать его счастливым. Я не смогла. Я должна была быть рядом с ним, должна была беречь его. Бедная моя Алекса. Прости. Прости за, то, что не смогла влюбить его в себя. А так хотелось, но по нему было видно, что он меня не любит, я ему противна. Ложась с ним в кровать, я чувствовала дискомфорт. Либо каждую ночь он насиловал меня, а я терпела, только потому, что любила, боялась потерять. Либо он просто бил меня, жестоко избивал. Были и счастливыё моменты, иногда ночью он прижимал меня к себе и шептал, что любит, только не меня, а Алексу. Это было самое приятной чувство. Сейчас мне двадцать семь, а я не знаю, как жить. Как существоввть в этом мире. У девушек в моём возрасте, есть семья, дети, муж, любящие родители, а у меня нет ничего. Единственные подруги. Господи, как никчёмна моя жизнь. Не заметив для себя, я пришла в свой дом. Старый, милый и родной дом. В этом доме я выросла, хотя детство у меня было ужасное. Ладно, нужно жить настоящем, а не прошлым.  — Красавица, ты, что здесь делаешь? — по моей спине пробежался холодок. Это его голос. Голос Хорхе. Нет. Нет, только не это, прошу. Господи, что я сделала? Зачем он опять? Моё сердце застучало с бешеной скоростью, будто вот-вот выпрыгнет из груди.  — Ну же обернись, я же знаю, что это ты. Я давно за тобой слежу, очень давно, давай, — шептал он, кусая мочку моего уха. Давно? Господи, сколько? Все шесть лет? Я прошу, пусть он уйдёт, пусть исчезнет.  — Мартина, повернись, иначе будет плохо, — с ноткой злости прошептал он. О, нет. Его хотите нельзя. Набрав воздуха в лёгкие, я повернулась. Его внешность идеальна, его зелёный глаза горели огоньком, он невероятен. Да, о чём ты думаешь, дура? — шипело подсознание. Заткнись — ворчало сердце.  — Я знал, что ты вернёшься, идём в дом, тебя ждёт много нового, наберись побольше сил, — прошипел он, толкая меня к двери. Неужели он опять меня будет бить? Опять, опять всё повторяется. Я идиотка, влюблённая идиотка.