Corpse Party.Chronicles - Kizami Yuuya

Спроси человека о том, что он знает о личности, о подсознании своего нутра? Он смутится, пытаясь придумать ответ на такой лихо выкрученный вопрос. Но ждать надоест, и ты ему растолкуешь, что нет смысла в том, что ты не скрываешь. Людям свойственна жестокость по природе их бытия и рождения. Ещё во времена библейского завета, данного господом всевышним, жили два брата «Каин и Авель». Братья были не разлей вода, но однажды один брат, убил другого. И неважно была ли на то причина или из личных побуждений каждый завет трактует эту историю по-своему. Важное другое — он сделал охваченный жаждой убийства, ничто так не подталкивает нас к этому как стремление убивать. Если вам хоть немного близка моя идеология, я рад и могу сказать только одно: Вы открылись миру, таким, каким он был всегда, вы сняли маску со своих очертаний. Вы стали настоящим, а не отражением в обществе безликих фигур, твердящих о морали и достоинстве. Пожалуй, на этой ноте я и продолжу свой рассказ, незаконченный как раскрытый лист бумаги, но имеющий открытый подтекст как книга в кожаном переплёте.

***

— Добро пожаловать в Прайм-тайм. СУКА! — более угрожающие вещи доносились из моей комнаты при просмотре очередного ужастика. Из техники был лишь самый модный DVD проигрыватель огромный телевизор, и навороченный компьютер. Я не понимаю баловства со стороны брата, неужели он не понимает, что эта роскошь меня не изменит и уж точно не разжалобит. Я мог долго и упорно хвастаться этим. Но я не стал. Это не то, что я хочу делать, перед теми, кто мне безразличен. Ведь друзей как таковых у меня не было. Да и зачем они мне, лицемеры, предатели, и обманщики. Единственный кому я мог верить был Куросаки, но и тот предал меня. После того инцидента прошло немало времени. Я поступил в «Старшую Школу Бьякудан. Если быть откровенным, а откровения мне не занимать, нечего не поменялось. Всё те же рожи, всё те же аббревиатуры незнакомых мне слов, смысл потерявшихся подноготных значений, и тому подобные вещи. — Юя, не поможешь мне с перестановкой мебели? — голос сестры заставил меня выйти из транса при просмотре фильма, и одновременно выкинуть мысли из головы о школе и «друзьях». — Сейчас спущусь, Харуна, — недовольно и монотонно ответил, оставляя на паузе сцену, где, огромные механически обтянутые проводами клешни, торчащие из телека, управляемые обтянутой мышцами головой, воткнули героиню прямо в кинескоп телевизора. Интересно, а сестрой прокатило бы такое? Усмехнувшись сто первому способу прикончить мою старшую, я спустился вниз, вдыхая аромат реальной жизни, полной забот и проблем. Сестра же занималась уборкой дома. Чистоплюйство у неё в крови. Мать и отец всегда были в разъездах. Брат же давно жил отдельно и периодически захаживал в гости. Посему она одна полноправно сражается каждый день с легионом пыли и прочей неблагодарной работой, не давая окружить себя микробам, прилипшим к стене. И замарать вымытый пол, полируя его каждый божий день. — Юя, прекрати меня так называть пусть я и твоя старшая сестра, но в тоже время, я тебе не чужая. Хотя так даже, мы похожи на молодожёнов! Это так смущает, — вновь безумные мысли королевы чистоты затмили разум, разрушая логику происходящего. В последнее время она все чаще стала проводить со мной время, но, не нянчась как раньше, а именно уделяя внимание как парню. Думаете это всё комплекс старшей сестры? Я тоже так думал, пока однажды она у меня насильно не выбила в детстве обещание жениться, несмотря на возраст. Из-за чего и сложилось сие мнение, но лишь догадками тут не обойтись — Будь я твоим парнем, Харуна, я бы, полагаю, повесился бы на месте, не дожидаясь бракосочетания, — холодно и наплевательски ответил я. На что сестра пуще прежнего начала выедать мне мозг. — Между прочим, Юя-сама, да будет вам известно, на меня заглядываются многие парни в академии. При том, что я далеко не идеал красоты, — принялась, было, восхвалять саму себя девушка. — Ага, это они ещё просто не знают, какой ты словесный тиран и мозга копатель за территорией школы, а уж про домашний уют я вообще подавно бы не ручался, — на что та по новой начала меня пилить, как только я также холодно и безразлично, оборвал её диалог. Однако усмехнувшись и сняв с головы платок, она подошла ко мне, стоящему на первой ступени лестницы ведущий на второй этаж. Мне тогда уже стукнуло семнадцать лет. Совершеннолетний, все дела. — Юя, — внезапно девушка обняла меня, аромат её дорогих духов ударил мне в нос. Тут казалось можно замутить неплохую новеллу в стиле «сестра любит брата и наоборот». А потом и новеллу зарисовать и подавай в печать. Не спрашивайте откуда мне это ведомо. Это всё пагубные проделки Катаямы. Будь оно не ладно, все уши мне вынес о этих эроге-играх. — Почему ты так холоден ко мне? — Уткнувшись лицом в мою грудь, спрятанную лишь футболкой с изображением «Фредди Крюгера», сестра поглубже зарылась носиком. — Мне, правда жаль за тот случай, я прекрасно понимаю, что это произвело впечатление на тебя, и не самое лучшее впечатление обо мне, но я хочу все исправить. Если подумать, возможно жизнь того существа, была неоправданной…? - неуверенно и тихо проговорила девушка, обняв меня. Свят божий, моя старшая говорит абсурдные вещи! Никогда не подумал, что эта мерзость, с героизмом начнёт прислушиваться к моим словам. Ну, сестрёнка, измениться ещё никогда не поздно. — Ведь, — пытаясь придумать оправдание моему поступку, у девушки внезапно нахлынули слезы и начала тихонько плакать, ещё сильнее вжавшись в мою грудь, явно не желая отпускать. Боль, слезы, ненависть, отчаяние, отражение презренного холода в глазах. Все это были присуще мне и даже больше, как например, сейчас я не понимал, почему она плачет, но её перевоспитание спустя столько лет вызывает у меня радость пусть и ничтожную, Но всё же… — Я не хочу, чтобы был чёрствым и пустым Юя. Я хочу вновь увидеть твою улыбку, твоё веселое невинное лицо, пусть это и будет стоить многого. Прошу, стань прежним. — жалобно произнесла Старшая. — А что ты готова сделать ради тех счастливых дней, коими ты так дорожишь, Онэ-сан? — спросил я в открытую, на что та ответила незамедлительно. — Всё, что ты не попросишь они-тян, я сделаю все ради твоего блага, ведь я обещала, — ответила девушка, желавшая было отойти от меня. Как я тут же с новой силой, прижал её к себе. На что та ответила не сразу, но взаимностью обняв вновь мою спину, и явно дрожа то ли от волнения, то ли от страха перед неизвестным. — Прошло столько лет, и ты только сейчас заметила то, что ты была не права? — я посмотрел ей в лицо, пустым и холодным взглядом. — Юя, о чём ты говоришь? — Харуна схватила меня за плечи и посмотрела недоумевающим взглядом. — Я не понимаю тебя! - -"Сестрица, ты только сейчас пришла в себя, ты хоть смотрела за ходом времени?» - -Я понимаю твои чувства, но всё позади! Нельзя вечно оставлять горячие камни на своей голове! Прошу тебя, прости меня! Давай начнём отношения с чистого листа? — Харуна пыталась унять меня, своего младшего брата, поменять мое мировоззрение, но, похоже, она не понимала, что для всего этого, уже давно вышло время. Если бы была моя воля, я бы давно тебя зарезал. Именно в последние мгновения нашего диалога, эти мысли пронеслись в моей голове, но я их сдержал. После чего я тяжело вздохнул и сказал. — Хорошо, я прощаю тебя раз уж на то пошло. Мебель. Ты, кажется, меня из-за неё звала, — ответил я, вскинув бровь, ожидая дальнейших эгоистичных просьб. На что та, наклонив голов набок, вопросительно посмотрела на меня. — Мебель? А ты про табуретки? Да и сама передвину, ты лучше иди, отдыхай дальше, я скоро обед приготовлю, — ответила, все также улыбаясь, сестра продолжала работать, я же направился вновь наверх. Так и не поняв участок этой истории, в моей странной жизни. — А ты и в правду особая жертва на моём пути, сестричка, — молвил я тихо про себя и удалился. Не стоит расценивать это сцену как нечто, за рамки выходящего. Я просто уделил немного того внимания, которого она так желала. Ни больше, ни меньше.

***

Что касаемо отдыха то да, последние дни каникул перед возвращением обратно в это место, прогнившее до мозга костей людьми, чьё существование уже презренно. Конечно, не все они были достойны кары, но именно большинство предопределяло их судьбу. Я вновь лег на диван, и, решив полностью отключить кино, ушёл мир грёз. И мне некоторое время назад, начал сниться странный сон. Длинный коридор, прогнившие половицы, и множество коридоров. Свет надо мною горел то ярко то, то тускло издеваясь надо мною. Идя по этому коридору, невзначай оглядывался в окно, за ним мощный ливень. А тёмные мрачные тучи намекали, что прекратиться он не скоро. Двигаясь по этажам, я никого не находил кроме силуэтов напоминающего язычок красного пламени. То уж более странно маленькую девочку, в красном платье. Она смотрела как-то по-особому, как располагая к общению с ней. И как только я делал шаг, то тут же просыпался. Весь в поту, и ошеломлённый увиденным. Который раз уже раз его вижу, и всё отчётливей и яснее. Интересно к чему бы он мог быть? Вещие сны — сны, которые ознаменовывают ту часть подсознания. Где приблизительно я мог оказаться как в прошлом и забыть, или мне только предстоит оказаться в этом сне. В любом случае не один из вариантов не подходит. Может какие-то другие варианты? Так Кизами Юя, хватит думать о всякой чепухе, и отвлекись на что-то более реальное и объективное. Как, например… И тут позвонил телефон, ну надо же, Куросаки Кёнске собственной персоной. Ответить или не ответить? Что ж в любом случае мне заняться нечем, посмотрим, чем на этот он будет мне прижучивать мозги. — Хей, Кизами! В такую погоду погулять не особо получается то, согласись? Дождь за окном просто озверел мне даже с командой на тренинг не выйти на поле, а ведь нас игра на днях, после каникул намечается. Кстати, ты придёшь посмотреть на нашу игру, там будут многие отличники и…- — Кёнске, то, что ты обалажался, я уже понял. Мне обязательно там быть? Ну, то есть баскетбол, конечно, круто, но это не моё, — на что юноша явно усмехнулся с лёгкой издевкой. — Там будет Тохо. Это имя… Почему оно мне кажется знакомым? — И что с того, я, по-твоему, похож на того, кто мог бы знать её? — прикрыв лицо рукою в половину, я поднапряг немного мозг. Тохо. Знал ли я её…? Да, это имя всплывает в моей голове. В прошлом я помог девочке с таким же именем, отбиться от «Крыс», забывших своё место. Ах да, Тохо Кирисаки. Глупо не запоминать имя девушки, учащейся с тобой в одной группе. Но одно, но всё же есть — я никогда с ней более не пересекался, и не разговаривал. Так бы и забыл про этот инцидент совсем, и тут Куросаки мне его напомнил. Но ничего не изменилось, помню ли её или нет. Я к ней нечего не испытываю и не питаю каких-либо чувств, и ничего ей не должен. Посему и помнить мне её не обязательно. — Допустим, и что с того? Вспомнить-то я вспомнил, но её присутствие никак меня не мотивирует на, — и тут голос на том проводе вздохнул, изменив тон просящий, как друга. — Кизами, прошу, мне это очень важно. Я не тот, кто привык упрашивать кого-либо, но твой приход и просто появление на той игре, они будет очень ценными для меня. «Ведь ты мой лучший друг…»- Вы не представляете, как у меня от этих слов, всё выворачивалось наизнанку. Этот парень считает, что я его друг, боже… Как же меня всё бесит, бесит, бесит! Куросаки, ты наивный пацан играющий в дружбу, что ж. Когда-нибудь я тебе втолкую, что означает слово «дружба». Прямо в твою тупую черепную коробку. Чёртов лжец. Что ж, сыграем на твоём поле боя, «Лучший друг». Вновь надев маску идеального друга, я ответил. — Когда ты меня так просишь, прям трудно отказать, такому идиоту как ты Куросаки. Хорошо, когда там игра намечается? — ответил я, с большой натяжкой, состоящей из раздражительности. Впрочем, Кёнске привык к такому тону поэтому, просто принял это одобрение как дружеский жест. — Правда? Ты, правда, придёшь? Чёрт, Кизами, ты лучший. Спасибо больше, я бы и правда не знал, что делать если бы отказал, — его искренность в мою наглую и чистую ложь, просто поражала меня до глубины души. Но, в этом и был весь Куросаки. Наивный простофиля, дружащий с таким странным человеком, как я. И верящий, что я его друг, ну, а я лишь могу притвориться, подыгрывая его чувству веры в это. А парень же на том конце начал строить план, как бы мне роскошно заявиться. -Так это… ну из-за погоды, думаю, мы перенесём игру в спортзал. Благо он вместительный, а игра сама, будет завтра. Если у тренера, опять ничего не изменится. Вот как-то так. В общем, приходи пораньше. Пообщаемся, а то при Шимаде, не очень охота сильно выделяться- «Кай Шимада» Редкая сука и заноза в заднице, мечта каждой девки в нашей школе, и думаю за её пределами. Сестра даже что-то упоминало про него, в журнале топ-сто красавцев Токио. — К слову, а что он забыл на этой игре? — задумчиво спросил я, подойдя к окну и открыв его, вдыхал свежий воздух от пропитанной влагой, зелёной травой. — Его семья спонсирует всё капризы нашей школы, деньги решают всё, не так ли? — умозаключил голос на том конце, тяжко вздыхая. — Ах вот оно как, ну типичная ситуация ж. Гламурный сын хочет карьеры и славы. Девушки идут комплектом к дополнению «безграничный кошелёк». А дальше, отец семейства решает поставить сына на место и отправляет на перевоспитание в типичное, для таких как он, заведение- произнес я монотонным голосом, спать клонило неимоверно. — Вот только это явно не делает его дружным собеседником, и, учитывая, что он дышит неровно в твою сторону, а знаешь почему? — от такого подхода в вопросе, я вскинул левую бровь, увлёкшись от наслаждения дождевым бризом, и убрав правую руки намокшую от капель дождя, прижал мобильный телефон-раскладушку к уху, смачивая левую руку. Дождь, такой теплый и одновременно холодный… — Потому что я уступаю ему в харизме и успеваемости? — ответил я первое, что пришло в голову. — Не переоценивай себя, пытаясь мыслить, как он, — отсмеявшись, голос продолжил. — Нет, потому что он положил глаз на ту самую Тохо-сан. Которая в свою очередь, заглядывается на тебя. Я ж того гляди сам спрошу её, что она от тебя хочет. Ну, или пока она не подойдёт за советом любовным, ну, а я ж то, пропиарю твою личность как следует, что она за тобой в гроб сгинет в порывах страсти любви, ха-ха! — явно увлекшись, играя в купидона парень, уж там горы золотые сдвигал с Оси небесной. — Да мне как-то плевать, если честно на кого он там смотрит или заглядывается. А уж тем более на неё, — но тут его голос продолжил. — Кизами, не отвергай её чувств, если придёт этот момент. Девушки странные, но в тоже очень ранимые создания. Просто запомни это, — на что я вскинул уже правую бровь. Вы что с моей сестрой, медиумы-телепаты общаться посредством передачи мыслей друг другу? — Ладно-ладно. Я понял, посмотрим, нечего не буду обещать, — ответил я, почесав затылок и таки закрыв окно, я покинул комнату, спускаясь вниз. — Тогда до завтра, не забудь, прийти пораньше, а не позже, как это у тебя бывает обычно, до встречи, — закончив этот трёп, я решил проверить сестру, которая уже подготовила стол. — Кёнске звонил, завтра на его игру попросил припереться, — ответил я сестре, лениво перехватывая вопрос, написанный на лице — «А кто звонил?». — О как, ну прекрасно же. Хоть развеешься за все эти дни, а то никуда не вылезешь, кроме магазина с DVD, — С этими словами Харуна подала на стол обед, состоящий из рамен, на второе кари. — А вот что делаю и где, тебя не касается, — на что та лишь надула губы. Но вновь улыбнувшись, привстав из-за стола, подошла ко мне и поцеловала в лоб. — И всё-таки, я люблю тебя, Юя, и нечего не могу с этим поделать, а уж в какой степени сестринской или в чём-то большем, решать тебе. Ну что ж, приступим! — хлопнув в ладоши, девушка, прикрыла глаза, загадывая что-то. — Приятного аппетита, — с этими словами мы принялись есть. Рамен надо признать, будучи купленным, был неплохим… Ненавижу делать выбор между моралью и честностью перед кем-то, но все же иногда быть лжецом, и аморальным идеалистом неплохо. По крайне мере пока тебе это не наскучивает. А после вновь те же краски. Те же лица, и те же будни.