Ты свободна

- Она в Америке. - В Америке? - Она попала в программу защиты свидетелей. Громкий глубокий выдох, и углекислый газ, переработанный легкими доктора, со свистом вырывается наружу. Вслед за секундным облегчением сознание затопляет чувство вины. Это оказалось намного труднее, чем он думал, и ложь, сорвавшаяся наконец с его губ, кажется абсолютно неуместной. С другой стороны, он всего лишь оберегал достаточно ранимое, но никогда в этом не признающееся сердце друга. - Я не знаю, как она это... Устроила, но... Вот. - Что - вот? - Ты ее больше не увидишь. - А зачем мне её видеть? - Ну, да, - понуро соглашается Уотсон. Виновато мнется, мечтая поскорее слинять с кухни. - Я бы взял её телефон, - спокойно заявляет детектив после нескольких секунд раздумий. Решительно вытягивает руку, не отрываясь от окуляров микроскопа. Рука повисает в воздухе. - В нем ничего нет, все стерли... - неубедительно начинает Джон. - Я знаю. Всё равно дай. Длинные музыкальные пальцы выжидающе тянутся за телефоном. - Пожалуйста, - просит детектив, полностью пропуская мимо ушей причитания Джона о том, что это государственное дело и он обязан отдать его Майкрофту. Джон сдается и нехотя протягивает Шерлоку мобильный. Когда детектив стоит на своем, с ним бесполезно спорить. Трубка мягко ложится в раскрытую ладонь и в следующий миг исчезает в кармане брюк. - Она тебе писала? После всего... - Один раз. Уже давно. - Что она написала? - "Прощайте, мистер Холмс." Джон кивает, понимая, что разговор окончен. Шерлок провожает его взглядом, а затем неспешно идет к окну, нащупывая в кармане мобильный. Он знает о том, что Джон лжет. Это понятно по пунцовым кончикам ушей, нервному подергиванию пальцами и чуть хрипловатому голосу. Но нужно отдать должное - доктор стойко держится, и практически ни один мускул на лице не выдает Джона. Никто бы не заметил. Никто, кроме Шерлока, потому что тот уже давно научился читать друга, как книгу, и теперь с легкостью распознаёт любые эмоции Уотсона - от плохо скрываемой ярости до тщательно охраняемого вранья. Еще одной причиной, которая выдала ложь доктора, самой, пожалуй, весомой, было то, что Шерлок знает, что стало с Той Женщиной. На самом деле. Это было два месяца назад.

***

Прощайте, мистер Холмс. Это сообщение должно было стать последним в её жизни. Трясущимися ледяными пальцами набирает текст. Ну вот и всё. О чем обычно думают перед смертью? Сожалеют. Прощают. Благодарят. Просят прощения. Но в голове, как назло, пусто. Не о чем сожалеть. Что было, то было. Простить? Давно прощены. Благодарить? Некого. Она одна выживала в этом огромном мире. Просить прощения? Пр... Кажется, все вокруг вздрагивает после того, как раздается чей-то громкий стон. Она узнала бы этот стон из тысячи. Резко поворачивает голову, глядя на высокого мужчину в черной одежде с лицом, закрытым так, что видны лишь глаза. Эти глаза она тоже узнала бы из тысячи. Пронзительно голубые. - Когда я скажу: "Беги!", беги! Секундное замешательство, а затем срабатывают инстинкты, приобретённые в самых опасных для жизни ситуациях. Ирэн резко сгибает локоть и со всего размаху бьет в пах стоящего рядом наемника. Тот сгибается от боли, невольно подставляя лицо под следующий удар. Без сознания, скоро очнётся, нужно спешить. Их здесь пятеро - выдает разум. Один был Шерлоком, одного она оглушила, осталось трое. Вскакивает на ноги, слегка пошатываясь - от долгого сидения на земле затекли колени. Озирается и находит глазами того, кого искала. Детектив ловко оглушает двоих наемников, хватая последнего под руки и прикрываясь им. Как оказалось - ужасно вовремя, потому что в следующую секунду раздаются крики, затем - выстрелы автомата, но пули, к счастью, не достигают Холмса, оставаясь уже в безжизненном теле пакистанского мужчины. Ирэн выхватывает пистолет у лежащего на земле бандита и пару раз наугад стреляет туда, где предположительно находится пятый наемник. Она не знает, попала или нет, но её неожиданная выходка заставляет бандита на некоторое время прекратить стрелять, выигрывая тем самым драгоценные секунды. Шерлок бросает на землю ненужный теперь кинжал, который до сих пор держал в руке, стремительно подлетает к Адлер и забирает пистолет. Стреляет в пакистанца, цепляет его пулей, и он падает на землю, хватаясь за раненую ногу. - В машину, быстро! И не дожидаясь ответной реакции, Шерлок силком тащит Ирэн к стоящему рядом пикапу. Нужно уезжать как можно скорее - к наемникам уже спешит подкрепление. Шерлок видит, как из плоской кирпичной хибары, расположенной в двухстах метрах от места казни, суетливо выбегают мужчины с автоматами наперевес. Чуть ли не выдирает дверь машины с корнем, забираясь на водительское кресло. Пальцы лихорадочно соединяют провода, пытаясь высечь искру и завести автомобиль. После пятой - о, господи, сколько же времени прошло! - попытки машина послушно фыркает, урча мотором. Шерлок остервенело переключает передачи и что есть силы вдавливает педали в пол. - Пригнись! - орёт он. И в тот же миг заднее стекло разбивается, осыпая их осколками. Ирэн послушно закрывает голову руками и зажмуривается. Автомобиль болтает и мотает из стороны в сторону, пока Шерлоку не удается выехать на более менее ровную дорогу. До упора выжимает газ, унося себя и Адлер из лап пакистанских наемников. Только спустя пятнадцать минут, убедившись, что они оторвались, позволяет себе шумно выдохнуть и стянуть с лица маску, смахнуть прилипшие ко лбу мокрые кудри. Сердце колотится, в крови бушует адреналин. Только сейчас Шерлок замечает, что вывихнул плечо и рассек бровь. Запоздало накатывает липкий страх, но они здесь, они живы, и детектив прогоняет прочь ненужные эмоции. Хладнокровный, чистый рассудок - вот, что нужно в данный момент. Чуть морщится, с любопытством глядя на соседнее сиденье. Ирэн выглядит абсолютно нормально, никаких видимых повреждений нет. Разве что, может, шок или сильнейшее потрясение, но это быстро пройдет. Срывает с головы платок, затем снимает черную рубаху, под которой оказывается тонкая белая кофта. Раскрасневшаяся, немного потрепанная, с лихорадочно мерцающими серыми глазами, которые в ночном полумраке выглядят почти чёрными. Так же, как и он, пытается восстановить дыхание, делая глубокие жадные вздохи. - Я оставлю вас в доме, там найдете все необходимое - одежду, еду. Он абсолютно безопасен. Не знаю, когда именно, но с вами на связь выйдут люди Майкрофта и сообщат о дальнейших действиях, - голос Шерлока звучит ровно и даже несколько деловито. - А что будете делать вы? - спрашивает Адлер после некоторого молчания. - Уеду сразу же, как только это станет возможным. - И даже не останетесь на ночь? - похоже, она всерьез удивлена. Шерлок смеряет её скучающим взглядом и погружается в свои мысли, не отрываясь от дороги. Добраться до Карачи не составило никакого труда, тем более Майкрофт был в курсе, куда и зачем отправляется его младший брат. Недовольство и возмущение быстро сменились учтивым, но довольно сухим контролем и незамедлительно выдвинутым условием, что Холмс-старший лично распланирует спасение Адлер и полностью проконтролирует происходящее. Шерлок был не в восторге. Ну, если можно назвать "не восторгом" проникновение в клуб "Диоген", яростный спор с братом и попытку в тайне уехать из страны. Он не собирался её спасать. Его вообще бесило это слово. Спасение. Он просто помогал ей не умереть. И даже не понимал до конца, почему делает это. Дальше их пути расходились, и нужно было, наконец, сделать то, что напрашивалось уже давным давно - выбросить её из головы. Пару раз съезжает с дороги, проверяя, нет ли за ними погони. Слава богу, темнота им на руку. Они едут ещё около часа, молча, погружённые в свои мысли. В салоне жарко, и Шерлок то и дело щёлкает кнопками кондиционера, пытаясь усилить поток воздуха. Не помогает. Наконец, машина останавливается у небольшого старого одноэтажного дома с покосившейся крышей. Солнце давным давно село, и несколько голых кустов, торчащих у входа, освещаются лишь двумя огнями фар и отбрасывают на стены причудливые тени. Шерлок сжимает руль, не поворачивая головы и не глядя на соседнее кресло. В ушах все еще стоят крики наемников, и тишина, обволакивающая все вокруг, неприятно давит на слух. Детектив напрягается, пытаясь различить хоть какой-нибудь шум, но не слышит ничего, кроме собственного прерывистого дыхания и немного сбитого дыхания мисс Адлер, которая все никак не может унять колотящееся сердце. Ему необходимо было лишь довести Ирэн до этого дома, а дальнейшая её судьба, как сказал Майкрофт, должна была мало его волновать. Шерлоку действительно было всё равно. Свою часть работы он выполнил. Спас её. Теперь они квиты. В расчете. Оставить её и уехать, а уже завтра утром он будет в Лондоне. На любимой Бейкер-стрит. Нужно только дождаться звонка от Майкрофта и получить дальнейшие указания. И как бы не претило ему вмешательство брата, он понимал, что без Майкрофта вряд ли бы смог все это провернуть. Сидеть в машине не имеет никакого смысла, и Шерлок, как бы не было велико его желание остаться тут, вынужден пройти в дом. Ирэн неслышной тенью выскальзывает из машины и идет в дом, оглядываясь и осматриваясь по сторонам. Волосы собраны в хвост, лицо без макияжа, бледные губы обветрены, а круги под глазами в ночной темноте выглядят еще более жутко. Шерлок безэмоционально пробегает глазами по стройной фигурке, отмечая, что черная юбка в пол и белая, чуть мешковатая кофта делают девушку абсолютно непохожей на властную доминантку, когда-то так искусно манипулировавшую людьми. Небрежно оттесняет её плечом, проходя мимо и направляясь в гостиную. Мечется из угла в угол, на автомате изучая обстановку дома, а пальцы тем временем порхают над клавишами телефона. Майкрофт на связь пока не выходил. Что же, придется подождать. Тишина вокруг такая звенящая, что хочется что-нибудь сказать или крикнуть, чтобы убедиться, что слух все еще при нем и вовсе не отказал. Щелкает выключателем на стене, и комнату освещает тусклый свет одинокой лампочки, свисающей с потолка на проводах. Обходит комнату, и гулкий отзвук собственных шагов приятно проникает в уши. Небольшая гостиная, диван, протертое кресло, на полу ковер, изъеденный молью, такой старый, что почти невозможно определить его цвет. Воздух затхлый, словно помещение давным давно не проветривалось, а бархатные коричневые шторы выглядят такими тяжелыми, будто в них собралась вся пыль, какая только есть в окрестности. Резко останавливается, заметив в дверях Ирэн. Она стоит твердо, даже немного величественно, серые глаза наполнены решимостью. Обновить информацию - даже в мешковатой кофте она выглядит намного женственнее и сексуальнее, чем остальные. Так, стоп. Не обновлять. Вообще об этом не думать. Лучше решить, что делать сейчас. Что нужно сказать? И нужно ли говорить вообще что-либо? Как ведут себя люди, которые еще час назад висели на волосок от гибели, а теперь, каким-то чудом выжив, оказались вдвоем в вонючем пыльном доме? - Очередная встреча - и вы опять избитый, мистер Холмс. Хотя я даже рада. Шрамы мужчин украшают. И эта кровь... Не думала, что это настолько сексуально. - Хватит. - Устало трет переносицу, чуть морщится, когда задевает разбитую бровь. Левое плечо заунывно тянет, разнося по телу волны тупой боли. - Вас больше не существует. И я попросил бы прекратить играть свою роль. Он ждет абсолютно чего угодно - едкого комментария, попытку возразить, но сталкивается с тем, что вызывает в нем глубокое недоумение. Адлер вздыхает, и её плечи, всегда такие уверенно расправленные, устало опускаются. Проходит вглубь комнаты, занимая оборонительную позицию у окна. Она прекрасно знает, что он не поведется на её уловки. Она даже не уверена до конца, для чего ему нужно было её спасать. Ведь даже сейчас его глаза наполнены легкой дымкой презрения. Да, Шерлок презирает её. Как и всякого, кто проиграл, положившись на сантименты. Хотя бессмысленно скрывать, что оба что-то чувствовали. Была ли это любовь? Нет. Он не любил её. Он вообще никого никогда не любил. В том смысле, который вкладывают в слово "любовь" обычные люди. Он по-своему любил Джона. Был привязан к миссис Хадсон, неплохо относился к Лестрейду и (в этом не хотелось признаваться даже себе самому) терпел брата. А в ней... Он был заинтересован. Блестящий незаурядный ум. Находчивость и хитрость, присущая сугубо женщинам. Коварство и фальшь - тоже имели место быть. А еще - храбрость. Невероятная, сумасшедшая отвага - взвалить на свои хрупкие плечи такую ношу и стать игроком в такой игре. С такими ставками. Этим риском, опасностью. Шерлок любил опасность. Любил риск. И именно этим, наверное, она привлекала его. - Я и не играла, - тихо произносит она, отвернувшись к окну. - Ваша разбитая бровь действительно выглядит очень привлекательно. Шерлок раздраженно крутит телефон. Он никогда не понимал, как люди могут считать его привлекательным. Особенно сейчас, когда он в мятом, наверняка грязном костюме и с разбитым лицом, покрытым запекшейся кровью. Он решительно выходит из гостиной и направляется в ванную. Почему-то пахнет кошками и каким-то травяным настоем. Запах вызывает тошноту, не позволяя Шерлоку долго находиться в маленькой комнатке. Торопливо умывается холодной водой, стирая кровь. Вода имеет противный металлический привкус. А может, это вкус крови. Бровь щиплет, и детектив старается лишний раз не прикасаться к поврежденной коже. О растяжении плеча (или вывихе? Был бы рядом Джон, сказал бы точнее) он вообще пытается забыть, надеясь, что этим как-то уменьшит боль. Досадуя на то, что вынужден опять торчать в гостиной рядом с Адлер, и еще больше раздражаясь из-за того, что испытывает рядом с ней чувство дискомфорта, Шерлок проскальзывает в гостиную и замирает, выбирая, какой из элементов мебели наименее грязный и куда можно, наконец, сесть. Его размышления прерывает вкрадчивый голос Ирэн. - Спасибо вам, мистер Холмс. Чем я могу вас отблагодарить? Недоуменно отрывает взгляд от дивана, моргает. - Ничем. - Вы уверены? Вы всё-таки спасли мою жизнь. - Мне ничего от вас не нужно, - отрезает детектив, в очередной раз проверяя телефон. Ничего. Ни одного звонка. Ирэн обнимает себя руками, плотнее закутываясь в кофту. Подходит к нему, чуть мешкает, а затем делает еще один шаг. Поднимает подбородок, заглядывает в глаза. - Спасибо, - едва слышно. Привстав на цыпочки, легко целует его в уголок рта. Одно - всего одно - невесомое прикосновение. Он даже не размыкает губ. Поэтому, наверное, поцелуй выходит холодным и пустым. Таким, будто целуешь каменное изваяние. Такой же прекрасный и совершенный. Ледяной. Шерлоку известны её методы. Его это абсолютно не волнует. Не трогает. Больше нет. И сейчас - не вызывает никакой реакции. - Мне ничего от вас не нужно, - цедит он сквозь плотно сжатые губы, но она вряд ли слышит - возвращается к окну и молча продолжает гипнотизировать темную улицу. На воздух, срочно. Вылетает во двор, крепко сжимая трубку в руке. Вспоминает, что где-то в сумке лежит упаковка никотиновых пластырей, но нет никакого желания возвращаться в пыльный дом и сталкиваться с ней. Недовольно поджимает губы, подносит экран к глазам, сдерживая яростный порыв швырнуть молчащий сотовый куда подальше. Делает вызов, лихорадочно прижимая телефон к уху - аппарат долго молчит, а затем выдает механическое: "Абонент выключен или находится вне зоны действия сети." Скрипит зубами, обещая себе хорошенько потрепать нервы Майкрофту, когда вернется в Лондон. Обходит машину, сердито пинает покрышки и тут же корит себя за несдержанность. Закрывает глаза, в какой уже раз прислушиваясь к тишине. Перед глазами мелькают недавние события, драка, побег на машине наемников. Отлично. Мало того, что пленника украл, так еще и машину умудрился угнать. Ну, зато теперь им никогда её не найти. Вдруг острая догадка прознает мозг и пробегает по позвоночнику, заставляя на миг застыть. А в следующее мгновение Шерлок судорожно кидается к машине, надеясь, что хотя бы сейчас, раз в жизни, он ошибся. Капот, места под сиденьями - пусто. Багажник, бардачок - ничего. Шины, глушитель, и тут на глаза попадается то, что он искал. Маленький маячок, прикрепленный к заднему бамперу. Детектив проклинает себя за то, что не подумал обо всем раньше. Выпрямляется, вглядывается в горизонт, и впервые в жизни хочет, чтобы глаза его обманули. Два приближающихся огня светящихся фар. Поздно. Лишь бы не было слишком поздно. - Что такое? - тревожно спрашивает Ирэн, когда Холмс врывается в гостиную. Он успевает лишь выключить свет и запихать сопротивляющуюся Адлер в маленькую кладовку между кухней и коридором. Время. У них слишком мало времени, чтобы попытаться сбежать. Возбужденные голоса, гудение мотора и скрежет шин о гравий, рассыпанный перед домом, на краткое мгновение парализуют тело. Шерлок не двигается, краем сознания наивно надеясь, что ему показалось. Однако голоса приближаются. Взгляд непроизвольно падает на причину всех бед - маленький черный жучок, беззаботно поблескивающий одинокой красной лампочкой. - Нас выследили.