Никогда не поздно

В воздухе витало остро ощущаемое напряжение. Марина чувствовала его каждой клеточкой своего тела, оно наполняло ее легкие, от чего она тяжело дышала, склонившись над своей тарелкой, и без особого энтузиазма разбираясь с кусочком куриного филе. Артем сидел рядом и, в отличии от нее, выглядел невозмутимым. Он усердно ужинал, отправляя в рот один за другим куски мяса и картофеля, не обращая внимания на гляделки, которые устроили за столом его родные. Но Марина заметила. Она улавливала, совсем не специально, эти моменты, когда мать вскидывала свои тоненькие брови и выразительно посматривала на отца, а затем на сына, и те в ответ лишь закатывали глаза или равнодушно пожимали плечами. Девушка все замечала, из-за чего кусок в горло лез с трудом и она чувствовала себя абсолютно чужим и явно нежданным гостем. Эти люди всем своим видом демонстрировали свою неприязнь, из-за чего Марина невольно окунулась в былые времена, когда пять лет назад она так же сидела в этой гостиной за столом, только в качестве невесты Макса. Обстановка была идентична, не считая интерьера комнаты и постаревшего вида родителей. Они невзлюбили ее сразу, с первой встречи, и чем это было вызвано - она не понимала до сих пор, но одной из догадок была мысль, что они просто искали для своего сына пару из высших кругов, подобно себе. Марина хорошо помнила их последние слова, что Максим слишком рано решил строить семью и это ему не нужно, что он, сам того еще не понимая, бежит впереди паровоза, и все равно у них ничего не получится, потому что он скоро уедет учиться заграницу. Тогда она послушалась и поверила, но теперь вновь сидит перед ними, по иронии судьбы будучи невестой Артема. Максим сидел напротив и едва заметно улыбался, покачивая головой. Очевидно, он тоже понял всю ироничность ситуации, и устало потирал глаза, откидываясь на стуле. - Салат? - предложил он, словно насмехаясь. Макс прекрасно видел аппетит девушки и почти заполненную тарелку. Марина отрицательно мотнула головой, утирая уголки губ белоснежной салфеткой, даже не думая смотреть ему в глаза. Ей и так тяжело, и еще эти насмешки и смеющиеся глаза она не выдержит. - Ты почти ничего не съела, Марина, - подала голос мама, откашлявшись. Дежурная фраза должна была излучать любезность и приветливость, но получилось как-то ровно и безразлично. - Я не голодна, - отозвалась Якушева, рискнув поднять глаза. Артем сидел, выпрямившись, с дерзко поднятым подбородком, и сжимал ее руку под столом. Это немного успокаивало, но недостаточно для того, чтобы облегченно выдохнуть. - Не стесняйся, девочка, будь как дома, - откликнулся отец, бросая на нее короткий острый взгляд. Максим вновь не удержался от нервного смешка, от чего получил укоризненный взгляд от Марины и озлобленный Артема. Девушка учтиво кивнула в ответ седовласому мужчине и сделала несколько маленьких глотков сока, чувствуя сухость во рту. Она ощущала себя загнанным в ловушку хорьком, которого вот-вот сожрали бы, если бы не блондин, сидящий рядом, излучавший непоколебимость и уверенность в своих словах и решениях. - Артем, почему не сообщил заранее о своем прилете? И с чего вдруг решил вернуться? - спросила мать, пытаясь перевести разговор в другое русло и отвести внимание от Якушевой. Слишком много чести для нее, думалось женщине. Блондин прочистил горло, прежде чем дать ответ. - Это было наше решение с Мариной, - на этом моменте мама кивнула, словно этого ответа и ожидала, и потянулась за бокалом красного вина. - Мы так и не смогли толком обустроить свою жизнь в Англии. Другая страна, другой менталитет. А здесь, как-никак, наш дом. Да и помнится, вы очень слезно просили меня вернуться и помочь развивать семейный бизнес. И вот я здесь. А не сообщил, потому что хотел сделать сюрприз, который, судя по вашим лицам, удался, - в конце Артем натянуто улыбнулся. - Следующий вопрос? Отец открыл было рот чтобы продолжить разговор, но неожиданно вклинился Максим, слишком агрессивно и грубо налетая на брата: - За сюрприз, конечно, твердая пятерка, - одобрительно закивал он головой, задевая беглым взглядом Марину, которая тут же отвернулась и тяжело вздохнула, принимая этот болезненный укол. - Но вот с возвращением ты опоздал лет так на пять. Тебя здесь никто уже не ждал и тем более не нуждается в твоей помощи. - А я, кажется, не просил твоих комментариев, Максим, - в том же тоне выплюнул парень, чувствуя, как медленно закипает. - Я не жду чьего-то одобрения чтобы высказаться, Артем, - нарочито громко выделил имя Макс, выпрямляясь на стуле. Блондин сощурился, складывая руки на груди. - Надо же, каким грозным директором ты стал. Вот только оставь свой командный тон для офисных щенков, ладно? - Артем! - попытался осадить сына отец, несильно стукнув кулаком по столу. Но Максим не собирался так просто отступать и оставлять без внимания последнюю реплику своего брата: - Да, я стал директором, а кто сейчас ты? Мечешься из угла в угол, места найти себе не можешь. Вдруг вспомнил о семейном бизнесе и просьбе пятилетней давности? Что, братишка, кошелек пустеет? Бабу свою содержать-то надо, да? Запросы, небось, у малышки выросли? - не выдержал он, плюясь нещадно ядом. Обезумевший молниеносно взгляд скользил от вытянутого лица Марины до Артема, который. сцепив зубы, смотрел в ответ испепеляюще. - Максим! - не выдержала мать, поднимаясь за стола. Якушева чувствовала себя так, словно ей со всей дури зарядили под дых, выбив весь воздух из легких. Слова Макса продолжали резать не хуже ножа, вызывая ноющее чувство где-то в груди. Она была, как выброшенная на берег рыба: бездумно хлопала ртом, пытаясь то ли вдохнуть, то ли запротестовать и плеснуть в ответ ядом, глаза растеряно бегали по полу, а мысли никак не собирались в кучу, разбежавшись по углам. Он вновь ее зацепил, унизил, втоптал в грязь еще сильнее. Так вот какого он мнения о ней? Что она здесь только ради денег? Девушка с характерным звуком отодвинула стул и хотела встать, чтобы выбраться на свежий воздух, убежать из этого гадючника подальше. И пусть хоть глотки себе порвут, доказывая что-то друг другу, ее это не волнует. Но Артем не дал Марине уйти, крепко обхватив ее кисть рукой и усаживая властным жестом обратно. Она больно плюхнулась на стул, но не подала виду, лишь шумно вздохнула. - Не уходи, Марин, - приказал ей жених, глядя при этом вызывающе на Макса. - Я думаю, Марине стоит пока оставить нас. Нам надо выяснить некоторые семейные моменты, - сложив руки замком перед собой, сказал отец. Артем хмыкнул в ответ, откинувшись расслаблено на стуле. - Марина - часть нашей семьи. Она останется, потому что у меня нет секретов от своей будущей жены, - непоколебимо оповестил всех блондин, демонстративно закидывая руку на плечо девушки и прижимая ее к себе. - "Будущей" жены, Артем. Ты верно подметил. Она еще не Брагина, - вставила свое слово мама, так и не садясь обратно. Она встала за спиной своего мужа, возложив руки на ободок стула. Блондин тихо рыкнул, чувствуя, что снова начинает терять самообладание. Он и не надеялся на теплый радушный прием и уж тем более не надеялся, что они примут Марину, но рассчитывал хотя бы на понимание и принятие его как сына в совокупности с его же решениями. - Тебя успокоит смена ее фамилии в паспорте? Если да, тогда предлагаю вернуться к этому разговору завтра вечером. Я все организую досрочно, - не отступал парень. Мать, задета подобным отношением сына, недовольно поморщилась и отвернулась, замолчав, а отец откашлялся в кулак, понимая, что препираться с ним бесполезно. Он принципиально будет стоять на своем, как упертый баран. Как и он сам. - Я подожду тебя на улице, Артем, - неожиданно подала голос Марина, сбрасывая руку жениха со своего плеча. Она проигнорировала тяжелый взгляд Артема, потому что вновь чувствовала себя как сегодня днем в конференц-зале. Он просто красовался ею перед Максом и махал, как красной тряпкой перед родителями. - Отличная идея, - прокомментировал Максим, за что удосужился еще одного убийственного взгляда от своего брата. Только когда девушка исчезла из вида и хлопнула входная дверь, отец семейства тяжело уронил руки на стол, от чего часть посуды протестующе зазвенела. Мать присела аккуратно обратно на свое место, мучая в руках салфетку. Подобной встречи не ожидал не только Артем, но и родители. Увидеть вновь в своем доме Марину казалось каким-то издевательством судьбы. Злым роком. Она, как нависшее над ними проклятие, никак не хотела покидать их семью. Да и Артем никогда не отличался сносным характером и остался таким же упрямым, знающим свое, парнем. Но раньше он не позволял себе говорить в подобном тоне. - Этот цирк мне уже надоел, парни, - стальным голосом начал отец. - Давайте разложим все по полкам и больше возвращаться к этому вопросу не будем. - Вопрос моей личной жизни обсуждению не подлежит, - сходу заявил Артем. - Хотите вы этого или нет, Марина - моя невеста. Послышался удрученный вздох матери, которой подобный расклад явно не понравился. - Да поняли уже, Ромео. Достаточно петушиться на этот счет, - хмыкнул Максим. - Максим, пожалуйста, держи себя в руках, - попросил отец. - Артем, если ты действительно хочешь влиться в семейный бизнес, то должен уяснить некоторые вещи сразу: никто не будет плясать под твою дудку и перестраивать работу под тебя. Макс только-только выгреб из того дерьма, в котором мы в свое время увязли. Ты либо подстраиваешься и вливаешься в работу, либо стоишь в сторонке и не мешаешь. Максим поперхнулся соком, услышав речь отца. - Ты серьезно хочешь дать ему место в компании?! - удивленно воскликнул он. Глава семейства вымучено вздохнул, устало потирая переносицу. Как возможно было вырастить два совершенно разных человека? Ему раньше казалось, что два сына будут в будущем для него надежной опорой, поддержкой и прекрасными руководителями бизнеса в паре. Но позже понял, что ошибся, и отцовские надежды и мечты начали крушиться, как карточный домик. Родные братья росли как чужие. И выросли чужими. - Он такой же мой сын, как и ты, Макс, - выдохнул мужчина, скосив на него взгляд. - И я всегда хотел, чтобы вы вместе руководили компанией. Максим был обескуражен. Он говорил с отцом глаз на глаз буквально два часа назад и ему казалось, что они пришли к общему выводу насчет Артема. Он считал это нечестным по отношению к себе и своего рода обесцениванием его труда, ведь брат не вложился ни капли в их дело, а будет руководить уже всем готовым. - Раньше этого сына мало волновала судьба компании, - буркнул брюнет. - В чем-то он прав, Володя, - поддержала едва слышно мать, прикусывая нижнюю губу. - Может, это очередная скоротечная прихоть... Артем поднял на нее глаза. Слова родной матери задели, обозначив его как несерьезного человека. - Я вернулся окончательно, мам, - твердо произнес он. - И не собираюсь больше уезжать. "Лучше бы уехал и больше не возвращался" - пролетело в голове Макса, когда он смотрел на своего брата. Это решило бы сразу все проблемы. - Максим подготовит тебе кресло в компании. С этим, надеюсь, разберетесь без меня. Но, Артем, я хочу чтобы ты серьезно к этому отнесся. Бизнес - это не казино, где можно делать ставки, надеясь на удачу, - отец смотрел на блондина твердым решительным взглядом, словно внушая ему свои слова. - Да, я отписал тебе часть и ты имеешь полное право на свое место в компании и право голоса. Но не забывай, что пока я жив, я с такой же легкостью могу это право у тебя забрать. Артем сдвинул брови, потирая задумчиво подбородок. Его задевало подобное отношение родных к себе, нескрываемое недоверие и излишняя придирчивость. Но он же не мошенник в самом-то деле. Можно подумать, ему выгодно топить свой же бизнес, который его кормит. Макс заметил замешательство на лице брата и не сдержал победоносной улыбки. Очевидно, Артем невнимательно ознакомился ранее со всеми пунктами договора, из-за этого сейчас так недовольно кривит губы. Конечно, будучи еще подростком, его мало волновали все эти юридические и финансовые стороны вопроса. Ему было достаточно лишь одного факта, что он такой же наследник, как и Максим. Но отец поступил умнее, каждый год наблюдая, как братья отдаляются друг от друга и совершенно не ладят. Решение перестраховаться оказалось просто отличным, потому что если в брюнете он был уверен, то в Артеме - не очень. - Какой тогда толк в этой доле, если я, по сути, буду чертовой марионеткой? Простой офисной крысой? - раздраженно выпалил блондин. - Никто не будет тобой управлять, Артем. Не передергивай. Это всего лишь своего рода страховка, которая аналогично распространяется и на Максима. Пока я живой, я не допущу хаоса в своей компании и в дальнейшем полного крушения, - поспешил объяснить глава семейства, положив руки на стол. - Пойми, Артем, тебя слишком долго не было... Максим не мог скрывать своей радости. Конечно, этого немного не тот итог, на который он рассчитывал, но факт, что отец знатно попустил брата и указал на его место, парня очень потешил. Он молчал, наблюдая за их диалогом, и скрывал довольную ухмылку ладонью, для вида почесывая кончик носа. В конечном итоге, у него есть значимая привилегия - заработанное годами доверие папы, ведь он, как никто, видел его труд все это время. Артем пока оставался для всех темной лошадкой, не смотря на родственные связи. Он явился спустя пять лет затишья, если не считать дежурного звонка раз в месяц и зазубренных фраз, и сразу занять должное место как в компании, так и в семье не получится никак. - Я понял, - удрученно произнес блондин, дернув плечами. Он согласился, потому что другого варианта нет. Либо так, либо никак, и он отлично понимал, что пока обстоятельства играют не в его пользу. - Отлично, - облегченно выдохнул мужчина, даже немного удивившись такому спокойному соглашению сына. - Не против, если мы поговорим с тобой наедине? Артем мотнул головой, поднимаясь вслед за отцом. Он проигнорировал цепкий взгляд своего брата и прошел мимо прямо к лестнице, ведущий на второй этаж. Тем временем мать начала суетиться за столом, складывая тарелки, не проронив ни слова. Сегодняшний вечер выдался для нее настоящим потрясением и сердце матери было обеспокоено происходящим. - Лидия все уберет, мам, - наблюдая за ее действиями произнес Максим. - Иди лучше отдохни. Выглядишь плохо. Женщина смиренно бросила свое занятие и села напротив, лениво откидываясь на бархатную спинку. Она смотрела на сына из полуопущенных ресниц, пытаясь привести сбивчивое дыхание в порядок. - С вами отдохнешь, - протянула она. - Час от часу не легче. Макс шумно выдохнул, закидывая ногу на ногу. - Я не думаю, что он надолго здесь задержится. Ты же знаешь Артема. Наиграется и бросит, - двусмысленно сказал он, имея ввиду не только компанию, но и Марину. - Да я не о том... - женщина скосила глаза на девушку, стоящую в окне. Она стояла к ней спиной и с кем-то разговаривала по телефону. Максим проследил за ее взглядом и вздохнул. Заартачились родители на ней, и причины он до сих пор не понимал, лишь отрешенное "Она тебе не пара" слышал в свое время. Ничего не изменилось по отношению к ней и он не знал, радоваться этому или нет. Как и не знал, что ответить матери и как отреагировать на ее жирный намек. - Может, стоит ее уже принять? - неожиданно для самого себя сказал Макс. Но мать в ответ лишь опять издала вымученный вздох и поднялась. Махнув на сына рукой, она скрылась на кухне, оставив парня наедине с собой в полной тишине, перебиваемой тиканьем дорогих антикварных часов. Он наблюдал за силуэтом Марины, который теперь уже маячил в окне из-за нервной походки девушки, слушая ее приглушенный голос. Даже спустя долгое время он чувствовал необъяснимое влечение к ней и никак не мог понять почему. Возможно, потому что первая любовь самая сильная и никогда не забывается? Потому что все еще обиженный мальчишка живет в нем и греет мнимые надежды? Почему он не может оторвать от нее взгляд, жадно осматривая повзрослевшее тело? Почему он пытается уловить аромат ее нежных духов, вдыхая полной грудью? Почему от ее взгляда у него внутри все теплеет, и тот лед, который в свое время нарос на самом сердце, начинает оттаивать? Разве так должно быть? Он отвернулся и поднес ко рту руку, сжатую в кулак, предаваясь мучительным раздумьям. Смешанные чувства терзали его, потому что сердце с головой решили затеять настоящую борьбу. Не выдержав такой пытки, брюнет резво подорвался с места, вылетая на свежий воздух. Он вдохнул полной грудью теплый летний воздух, спрятав руки в карманы прямых брюк и обернулся. Марина стояла всего в двух шагах от него. Так близко и в то же время так далеко. Она вначале не заметила его, продолжив разговаривать с кем-то по телефону, а он стоял, наблюдая за ее фигурой и улавливая тонкие нотки любимых духов, которые навевали не самые приятные воспоминания. Когда-то он упивался ее запахом, сносящим напрочь крышу, но сейчас он служил не больше чем отсылкой в былые времена. Так пахло его прошлое. Цветочные духи с едва уловимой кислинкой. Свежий радостный аромат больше не радовал, а противно щекотал ноздри, так, что он вынужден был отвернуться, чтобы перевести дыхание и выбить из легких ее запах. Он так быстро заполнял его, туманил рассудок, что на миг Макс растерялся и негромко кашлянул. Марина вздрогнула. Телефон чудом не выпал из рук. Она бегло сбросила звонок, даже не попрощавшись, поворачиваясь к неожиданному гостью. Сколько он здесь стоит? Как много слышал из ее разговора? И почему она не услышала его шаги? Девушка замерла, таращась на бывшего любимого огромными глазами. Она учащенно дышала, ее сердце грохотало так, что кажется слышно было даже ему. Несколько минут ей понадобилось чтобы успокоиться. Максим все так же молча стоял, позволяя ей это сделать, но не сводил с нее прищуренного взгляда. Маленький загнанный зверек. Именно такой он видел ее за столом и видит сейчас. Ей здесь неуютно, она чувствует себя чужой. Как раньше. Как тогда. Но ему ее не жаль. Ни капли. Она сама выбрала этот путь, так пусть проходит его из гордо поднятой головой. Или не проходит вообще. - Где Артем? - сипло выдала Марина, прижимая к себе мобильный, как щиток. Максим хмыкнул, делая небольшой шаг вперед. Он раньше и подумать не мог, что они с братом поменяются местами. Жизнь - коварная штука. - На ковре у отца, - коротко ответил он. Девушка нахмурилась, опуская голову. Присутствие мужчины напрягало ее, заставляя чувствовать себя не в своей тарелке. Он видел ее голой, видел не накрашенной, видел заспанную с самого утра, видел опухшую от слез и хрюкающую от смеха, но самым тяжелым оказалось увидеться после разлуки спустя года. - Ты можешь подождать в доме, Марин, - произнес он, заметив, как она мелко вздрогнула, обхватив себя руками. Не смотря на то, что на улице лето, ночи были слишком прохладными для тонкой шелковой рубашки. Она отрицательно мотнула головой. Заходить обратно в то логово желания не было. Кроме того, она почти не замечала прохладного летнего ветра. По большей части ее волновало нахождение в опасной близости Максима. Из-за этого по ее телу совались мурашки, вызывая мелкую дрожь. - Могу, но не хочу, - выдавила девушка, упираясь поясницей в перила. Максим усмехнулся, забавляясь ситуацией. Потому что аналогичная была и тогда, когда он знакомил ее с родителями. Марина тоже в то время трусливо пряталась на улице, якобы дыша свежим воздухом. Как и ранее, он вновь просил ее вернуться в дом, и она опять мотает головой и сжимается. - Мало что изменилось, правда? - сказал он, с интересом поглядывая на нее. - Разве только мы с Артемом поменялись местами. Она сдвинула свои тонкие брови, стреляя в ответ колючим взглядом. - К чему ты это говоришь, Макс? - зашипела девушка, подобно змее. - Хочешь еще со мной рассориться? Брюнет вытаращился на нее, скептически осматривая. - Да у нас и до этого как бы не особо дружеские отношения были. Эти слова прилетели острой иглой прямо в сердце Марине. Она понимала, что первое время любая перепалка будет сопровождаться подобными двузначными фразами, но в реальности переносить это было трудно. - У нас вообще не было никаких отношений, - притихшим голосом добавила девушка, прикусив губу. Но эта казалась простая фраза заставила Максима буквально в минуте полыхнуть огнем. Его глаза предостерегающе сверкнули в ночной темноте и он дернулся в ее сторону, но сумел вовремя себя тормознуть и просто сжать руки в кулаки. Сучка. Холодная стерва. Как она может настолько обесценивать их отношения? Отзываться, как о чем-то неважном, почти несуществующим? Ее слова задели Макса до дрожи. Он шумно вздохнул и сосчитал до десяти прежде, чем высказаться. Простой трюк, но какой действенный. - Не было отношений? А что тогда было, Марина? - спокойно поинтересовался он. Отмечая ее замешательство, нахмуренные брови и отведенный в сторону взгляд, он продолжил: - Знаешь, если бы я раньше знал, какой дрянью ты окажешься, я бы даже не посмотрел в твою сторону, - горько хмыкнул брюнет, качая головой. В глазах защипало, а сердце сжалось от осознания того, с какими мыслями все это время жил Макс. Как и что думал о ней, какими матерными словами обзывал.. И имел на это полное право, хоть и она этого не заслужила. Ей тоже было нелегко, но вот только справляться должна была одна. Со всем и всеми. Потому что в один момент весь мир обернулся против нее и помощи ждать было неоткуда, а чувство долга, обязанности перед близкими людьми... Все тогда играло против. Даже сейчас, как бы она не хотела, не может поделиться своей болью, которая до сих пор накрывает ночами с головой, заставляя рыдать навзрыд и глушить свои стоны подушкой. Не может. Не готова. Она не уверена в этом городе и не уверена в том, что он готов ее принять обратно. - Мы были школьниками, Макс. Это сложно назвать отношениями, согласись, - в итоге пояснила она, крепче обхватывая себя руками. Тяжелый взгляд брюнета вновь прокатился по ней, обжигая, заставляя сжиматься еще пуще, прикусывая губу почти до крови. Ему было больно, как и ей, но показывать это сейчас - немыслимая глупость. Зачем? Былое не вернуть. Но копившаяся все это время злость упрямо искала выход. - То есть все наши ночи, проведенные вместе, знакомства с родителями, разговоры о будущем, ночевки друг у друга, слова о любви - это не больше, чем школьное баловство для тебя? - он вздернул бровь, неосознанно подходя к ней ближе. - Жестоко, - резюмировал он, решив не дожидаться от нее ответа. - Зато правдиво, - сглотнув, сказала девушка. - Хотел бы я тоже так просто ко всему относиться, но что-то не получается. Наверное, я просто не такой черствый, как ты, раз для меня ты была не просто школьной подругой, приятно разбавляющей мое свободное время, - он повел плечами, кривясь от своего же высказывания. Насколько же мерзко прозвучало. Ну, зато правдиво. Опять острый укол. Опять в самое сердце. И хочется вырвать самой себе язык за эти слова, но по-другому нельзя. Поздно объясняться. У обоих уже другая жизнь, а лишняя правда может лишь навредить им обоим. А чувства... Они утихнут. Как раньше. - Ты ничего не знаешь чтобы судить меня, Максим, - осмелевшим голосом произнесла девушка. В конце концов, не может же она позволять так открыто унижать ее все время. Она тоже человек. Максим завелся вновь от ее слов. Он издал едва слышный рык, в одно мгновение подлетая к Якушевой и зажимая ее между перилами и своим телом в своеобразную ловушку. Безумные глаза всматривались в ее бесстыжие в поисках ответов на несказанные вопросы, но он видел там лишь страх. И ничего кроме него. Она от неожиданности выпрямилась, стараясь максимально держать расстояние, но получалось плохо. Его грудь почти упиралась в ее, аромат одеколона заполонил весь воздух, а тепло его тела ощущалось слишком остро чтобы трезво мыслить. Но, тем не менее, она заставила себя держаться ровно и не отводить взгляд, хоть и учащенно дыша. - Так расскажи мне, Марина, - завлекающим тоном произнес Макс, сжимая перила руками. Он сам не заметил, как ворвался в ее личное пространство, но про себя отметил, что едва сдерживается, чтобы не впиться в ее соблазнительные губы страстным поцелуем, размазывая эту блядскую помаду. Просто чтобы вспомнить, какая она на вкус. И ничего больше. - Расскажи мне все. Почему ты сбежала? Почему вы уехали? Почему ты мне ничего не сказала? - завалил ее вопросами он, но последний добавил едва слышно: - Что я сделал не так? Каждый вопрос - новый нож в сердце, от чего она зажмурила глаза и покачала головой. Если так пойдет и дальше, она не знает вынесет ли все это. Вынесет ли близость Максима, если одно его присутствие кружит голову и заставляет сердце бешено стучать? - Твоей вины нет, Макс. Просто...так получилось, - ответила девушка, буквально выдавливая из себя по слову. Говорить становилось труднее, горло плотно сжималось, в уголках глаз постепенно копились слезы. Но Максима такой ответ не устроил. Он схватил девушку за предплечья, от чего она широко распахнула глаза, уставившись на него. - Я хочу знать. Я, блядь, имею право знать, Марина! Не заставляй меня вытряхивать из тебя по слову! - брюнет больше не сдерживался. Эмоции вперемешку с оскорбленными чувствами отчаянно рвались наружу. Он держал ее и отряхивал как куклу, а она молчала. Даже не скулила. Сцепила зубы, чтобы не завыть от нахлынувшей моральной боли. Сегодняшний день ее убил окончательно. Выжал эмоционально так, что она чувствовала постепенно заполняющую грудную клетку пустоту. Вот только глаза по-прежнему предательски блестели от слез. - Мое исчезновение из твоей жизни не было добровольным. Это все, что я сейчас могу тебе сказать, - бросила она, отвернувшись. Его шумное, но теплое дыхание опаляло шею, но она держалась, потому что чувствовала - еще немного. Она на исходе, да и он тоже держится с трудом. На сегодня достаточно получили оба и нужно справиться с нахлынувшими эмоциями. Она и так слишком много сказала. Огонь в глазах Максима потух. Конечно, ему было недостаточно этих слов, но он видел в глазах Марины твердую решимость и понял, что она, правда, больше ничего не скажет. Пусть он даже станет ее пытать, трясти, орать диким криком... Хоть и выглядела она довольно слабой сейчас, внутри девушка была крепким орешком. Он ослабил хватку, переводя задумчивый взгляд на сад вокруг дома. Марина этим воспользовалась и мягко отступила, сбросив с себя теплые руки брюнета. - Я склоняюсь к тому, что если человек не хочет - он не делает, - говорил он, скептически хмыкая ее словам. - У нас, вроде как, демократия. - Иногда обстоятельства играют не в нашу пользу, и демократия здесь ни при чем, - проглатывая ком в горле, ответила девушка. - Я для тебя был пустым местом, что ты даже не соизволила мне сообщить? - он старался, видит Бог, старался не плескаться ядом, но его настолько поглотила злость, что он с трудом мог контролировать это. Марина беспомощно опустила руки, закатывая глаза. Он никогда не поймет, а она не может все объяснить. По крайней мере, сейчас. - Я не могла, Максим! Ты взрослый человек, а ведешь себя, как обиженный ребенок, - выпалила она. - Ты должен понимать, что порой, чтобы спасти то, что тебе дорого - надо чем-то пожертвовать. - Я так предполагаю, героическому спасению подлежали родители? - он обернулся к ней, недоверчиво вскидывая бровь, наблюдая, как она молча стоит и смотрит на него своими огромными глазами, восполненными отчаянием. - Пока я не верю ни единому твоему слову, Марина, - твердо подытожил брюнет. Он так и не сумел получить ответы на свои вопросы, но Макс был уверен, что это лишь вопрос времени. На сегодня с него достаточно и он, окинув ее беглым снисходительным взглядом, развернулся на пятках, потому что больше не видел смысла в этом разговоре. Они ходили вокруг да около, и ему это уже осточертело. Поэтому Максим намеревался зайти обратно в дом, оставив ее наедине со своими мыслями, но неожиданно ему в спину прилетела приглушенная фраза Марины, которая заставила его замереть на месте, так и не открыв входную дверь: - Очень жаль, потому что самое дорогое, что у меня было на тот момент, это ты. Он был сбит с толку. Напрочь. Потому что последние ее слова совсем никак не вязались с тем, что она говорила несколько минут назад, то обесценивая его, то наоборот, сообщая о важности. Но он от чего-то поверил. Было в словах девушки то тепло, с которым она когда-то произносила его имя. Проскочила знакомая нежность и девичья осторожность. Но он все равно не понимал мотива ее поступка и то, что он когда-то был дорог ей, ничего не поменяло. Лишь погрело немного душу. - Тогда я совсем нихрена не понимаю, - он запустил пятерню в свои отросшие волосы. - Обязательно все так усложнять? - брюнет вновь подошел к ней, от греха подальше засовывая руки в карманы брюк. Якушева машинально заняла оборонную позицию, обхватывая себя за предплечья. - Всему свое время, Максим. Возможно, я когда-то расскажу тебе все, но не сегодня. Максим не любил слова "возможно", "может быть" и тому подобное. Они не обозначали ровным счетом ничего. Как пустышка. Не несли в себе никакого толку, поэтому он старался избегать их всю жизнь. А тут она говорит, что возможно расскажет. Да ни черта подобного! Брюнет, не до конца контролируя свои действия, подскочил к ней вплотную, обхватывая двумя руками тонкую шею. Его обезумевший взгляд бегал по ее напуганному лицу, жадно осматривая все знакомые родинки изгибы. Она внезапно оказалась настолько близко, что он чувствовал ее сбитое дыхание на своих губах. И это сносило крышу. Девушка пискнула от неожиданности и сжалась, не успевая за перепадами мужчины. - Какая разница когда, я не пойму? - спросил недоуменно он. Марина облизнула пересохшие губы, опуская взгляд на грудь Максима, которая часто вздымалась. Кажется, она даже слышит, как громко стучит его сердце. - Потому что сейчас ты на взводе и можешь наделать глупостей, - как можно спокойней объяснила она. От части он с ней согласился. Он, правда, сейчас слишком легко поддавался эмоциям и шел слепо за ними, вместо того, чтобы трезво думать головой. Но это не отнимало тот факт, что он имеет право на правду. Все имеют. - Обещай мне, - сузил он глаза, полушепотом обращаясь к ней. - Обещай, что расскажешь все в ближайшее время, Марина, иначе я тебя не отпущу сегодня домой. Максим опустил глаза на ее губы, которые заманчиво блестели от влажного языка, и тяжело сглотнул. Он вспомнил их горячие поцелуи за закрытыми дверями дома, по школьным углам и уютным дворикам и он почувствовал едва утоляемое желание ее поцеловать. Как и раньше, с былой страстью и нежностью, погружаясь в прошлое. Ну так, просто чтобы напомнить себе, какая она на вкус. Ничего больше. Марина уперла взгляд ему в шею, не в силах что-то произнести. Ее сердце выпрыгивало из груди, а рот словно заклеили скотчем. Он так близко, что она не могла даже ни о чем думать, кроме как о том, что его руки медленно сползли на ее талию, кончиками пальцев очерчивая грудь, а лицо неумолимо приближается к ее. Но она нашла в себе силы положить свои ладони на его грудь в легко протесте, и отвернула голову. Как бы ей тоже не хотелось вспомнить, она не может. Она - невеста Артема. Чужая девушка. Будущая жена. Она не может позволить себе предательство, потому что на дух не переносит его и просто ночами сожрет себя за это. Теперь это чужие губы. Запретные, хоть и очень сладкие. - Обещаю, Максим, - на выдохе произнесла она. - Я обещаю, что расскажу тебе все. Только отпусти меня. Последнее она проскулила, как побитый собачонок, что заставило его с шумным выдохом отступить. Он отошел на внушительное расстояние от нее, чтобы наверняка не поддаться соблазну и сжал пальцами переносицу, переводя дыхание. Рядом с ней слишком тяжело находиться и держать себя в руках. Его так сильно манило прошлое, что он совсем забывался о настоящем. И это ему не нравилось. Марина некоторое время потопталась на месте, взвешивая все "за" и "против", а затем поспешно скрылась за массивной входной дверью, оставляя Макса одного на растерзание своим мыслями и чувствам. Ей нужно было срочно бежать отсюда, потому что она находилась на грани, к которой Макс медленно ее подвел, и переступать которую ни в коем случае нельзя.