Братья.

- Домовой! Я принесла тебе еды! - рыжеволосая девочка, радостно улыбаясь, ставит на невысокую скамейку хлеб и кружку с молоком. Гилберт, словно зритель в кино, наблюдает за всем глазами этой девушки. Вот позади раздаётся какой-то непонятный шорох, похожий на мышиный, и рыжеволосая, думая что это сестра, радостно оборачивается. Но то, что оказалось за спиной девчушки, является кем угодно, но не её сестрой. Это что-то странное. Какое-то бесформенное тело состоит из текущей по кругу жидкости, похожей на тёмную воду. Там, где у нормальных существ должна быть голова и шея, у него оказалась странная текучая морда. Прямо на этой непонятной субстанции горели адским безумным огнём золотые глаза, а рот оскалился сумасшедшей улыбкой, показывая длинные, острые, с жёлтым налётом клыки и капающую с них кроваво-красную слюну. Могильный ужас, удушающе холодными волнами исходящий от этого сюрреалистичного монстра, заставляет ноги девушки буквально прирасти к полу, а горящие глаза лишают её последней воли и способности сопротивляться. Кажется, будто под воздействием этого взгляда её разум буквально чернеет, обугливается и рассыпается на мелкие части, словно зола. Чудище ещё сильнее скалится и в голове девушки раздаётся оглушительный не то рык, не то нечеловеческий вопль. Она хочет закричать и в последнее мгновение сбрасывает это наваждение. Мозг тут же посылает сигнал к голосовым связкам, но в тот момент, когда девушка открывает рот, и в её горле начинают зарождаться первые ноты крика, в шею несчастной жертвы впиваются омерзительные клыки чудовища. Последнее, что видит девчушка перед смертью, это два золотых глаза, горящих безумной яростью... и болью.

******

- Вот и всё... - Гилберт и душа той девушки вновь пребывали в белоснежном пространстве. Голос рыжеволосой стал грустнее. - Это сильный противник, но в нашей семье хранится оберег, удваивающий все способности своего владельца. Его давным-давно подарила моей прапрапрабабушке одна цыганка, которую старушка спасла от голодной смерти. Этот оберег уже много раз спасал нашу семью. Но, видно, пришёл тот, кто оказался сильнее наших, усиленных оберегом, способностей. Надеюсь, что твоя сила, удвоившись при помощи этого талисмана, всё же возьмёт верх. Та цыганка, отдавая волшебную вещицу, говорила, что оберег вспыхнет во всю свою мощь лишь в руках легендарного сереброволосого путника, навсегда покинувшего свой истинный дом. Поскольку я призрак, я могу видеть знаки, что присутствуют на аурах каждого человека, и я вижу, что ты давно потерял свой истинный дом среди сплетений дорог и миров. Ты одинок. Большинство тех, кого ты любил и кому ты доверял, теперь мертвы. Их убил кто-то из твоей семьи. Но не волнуйся, они все счастливы в Мире Духов. Я знаю, что ты думаешь: "я несу всем только горести и беды. Я не должен никого подпускать близко к себе". Это не так. Ведь не подпуская своих друзей близко к себе, ты наносишь им страшные удары. Недоверие хуже предательства. Попробуй открыться и давать себе чуть больше поблажек. Ведь это не ты убиваешь своих друзей, а тот, кто охотится на тебя. Такова твоя Судьба. Лучше бы тебе рассказать о своей истории всем тем людям, что постоянно находятся возле тебя. Тогда они будут готовы к нападению, и, кто знает, может и смогут отбить эту атаку. Гилберт, я вижу, что если ты продолжишь жить жизнью отшельника, то ты просто сойдёшь с ума. Подпусти к себе хотя бы ту же Аню. Она, на самом деле, смертельно нуждается в том, чтобы кто-нибудь показал ей волшебство. Прости... Наше время подходит к концу... Помни про оберег, он лежит в шкатулке в дальней комнате. Удачи тебе в твоём жизненном пути. И помни: добро не может жить без зла, так же как и зло не может без добра... Прощай. - Спасибо за всё. Я обязательно спасу ваши души. Прощай. - Улыбнувшись, парень закрыл глаза и почувствовал, что куда-то уплывает. Это чувство свидетельствовало о том, что он возвращается в обычный мир. - Нам нужно уходить, Анна. - Поднявшись на ноги и снова одев перчатку, парень уверенным шагом прошёл в дальнюю комнату за оберегом. - Но надо же обойти все дома и собрать любую мало-мальски ценную информацию! - Анна, удивлённо глядя на своего напарника, осторожно перешагнула через труп и пошла за Гилом. - Поверь мне, нам тут делать больше нечего. Оставаться здесь опасно! - зайдя в комнату и достав из шкатулки оберег, Гилберт резко повернулся к девушке и его глаза на пару мгновений стали неотличимы от глаз того монстра, что посеял смерть в этой деревушке: тот же безумный огонь, та же ярость в золотых глазах. Хищно оскалившись, парень придвинулся к девушке поближе и выдохнул ей на ухо. - Не волнуйся, я найду этого ублюдка и проведу его по всем кругам Ада... - отстранившись, Гил взял себя в руки и, взъерошив волосы Ане, обошёл её и вышел на улицу. Его глаза цвета жидкого золота перестали гореть яростным пламенем, в них сейчас, казалось, была только печаль и тоска всего мира. - Я расправлюсь с ним. Обязательно расправлюсь. Прости меня, девчушка, но я не могу его простить за всё, что он делал, делает и сделает в будущем... Пойми меня. - Вздохнув, беловолосый посмотрел на оберег: он был сделан в виде трёхглавого коронованного орла с драконьими крыльями, в лапах птица держала ленту, на которой слабым светом мерцали старинные руны, значения которых Гилберт не понимал. Но даже без этого парень чувствовал ту силу и магию, что исходили от оберега. Прикрыв глаза, беловолосый аккуратно повесил его себе на шею. - Надеюсь, ты поможешь мне. - Я его когда-нибудь убью... - покраснев и теребя ухо, Аня, почувствовав себя неуютно в доме, когда напарник его покинул, поспешно вышла во двор и удивлённо замерла, увидев, что Гилберт стоит под дождём, подставляя каплям своё лицо. - Ты чего, Гил? - Ничего... - парень хотел, как обычно, отшутиться, но, вспомнив слова той девчушки, решил попробовать последовать её совету. - Просто... Знаешь, иногда мне кажется, что я слишком стар для этой работы... Разъезжать по миру в поисках всяких чудовищ и аномалий... Эх, это удел молодых. - Повернувшись к девушке, беловолосый грустно улыбнулся, глядя ей прямо в глаза. - Когда я вижу такие сцены, я понимаю, что всё равно бессилен перед Ним. Он постоянно будет жить. Так же, как и Зло. В принципе, так и должно быть. Без Зла не будет и Добра. Без Него не будет меня и Нас, тех, кто очищает от Него мир и делает его лучше. Без Смерти не будет Рождения, но, всё равно, каждый раз, как я вижу умерших, я хочу... Нет, я молю Бога о том, чтобы поскорее умереть самому, лишь бы все эти бессмысленные бойни прекратились... Год за годом... Он, преследуя меня, убивает всех и вся на своём пути, чтобы приманить меня. Но... Всевышний глух к моим мольбам. Прости, Аня, что вывалил это всё на тебя, но я так устал... Я хочу умереть, но понимаю, что тогда станет лишь хуже... Наверное, я проклят той бессмертной жизнью. Таков мой рок... - Гил! Гил, ты что?! Что за е*анистику ты себе в голову вбил?! - нахмурившись, девушка подошла к напарнику и только вблизи заметила, что по щекам мужчины текут слёзы. - Ты плачешь? Ты совсем о*уел? Быстрее, чем поражённый словами Анны Гил смог отреагировать, Смирнова прикоснулась к его щеке, чтобы стереть слезинку и, как только их кожа соприкоснулась, в голове девушки вспыхнул яркий свет.