Десятый хранитель

Мы шли без остановки до самого вечера, пока не нашли место, немного прикрытое деревьями. Я устроилась под деревом и, разложив свои вещи, подошла к костру, где Сэм жарил аппетитные сосиски, а Мерри и Пиппин что-то расспрашивали у Гимли. - О чем болтаете? – поинтересовалась я, усаживаясь рядом с ними. - Гимли рассказывает нам историю о том, как его отец участвовал в походе Торина Дубощита, – объяснил мне Мерри. - А ты откуда, Анариэль? – поинтересовался Пиппин. – Мы ведь про тебя ничего не знаем. Расскажи что-нибудь, – попросил он, и оба хоббита развернулись ко мне. - Ну, я родилась в Лориэне, - просто ответила я. - Сколько тебе лет? – поинтересовался Пиппин. - Мне две тысячи пятьсот сорок лет, – улыбнулась я, ожидая реакцию хоббитов Как я и думала, они широко раскрыли рты и уставились на меня, чем вызвали улыбку Леголаса, который сидел поодаль. – По меркам эльдар это не так уж и много. - А правда, что эльфы могут дышать под водой? – вновь поинтересовался Пиппин. Этот вопрос заставил меня рассмеяться. - Кто тебе такое сказал?- сквозь смех сказала я. - Это не так. - А сколько лет Леголасу? – поинтересовался Мерри и подал мне флягу с водой. - Я не знаю, – честно призналась я. - Вроде около двух тысяч девятисот . Я пожала плечами и отпила из фляги. На этом наш разговор закончился. После плотного ужина все уложились спать, только я, Леголас и Арагорн сидели у догорающего костра. - Я постою на страже, – сказала я, подбрасывая веток. – Ложитесь спать: я продежурю всю ночь. - Ты уверена, Анариэль? – поинтересовался Леголас. - Да, давай лучше мы, – согласился с ним Арагорн. - Нет, – возразила я и улыбнулась. – То, что я девушка, не значит, что я не простою на дежурстве всю ночь, – сказала я, чем вызвала их улыбки. – Идите спать! – настаивала я, и, в конце концов, эльф и дунадан, пожав плечами, ушли. Постепенно, все Братство погрузилось в глубокий сон. Вокруг было тихо, лишь изредка похрапывал гном. Я откинулась на спину и стала смотреть на звезды. Мне вспомнилось, как мама учила меня определять созвездия. И нахлынули воспоминания из далекого детства. «Светловолосая эльфийка, сидела в саду на скамье и занималась вышивкой. - Анариэль, я знаю, что ты здесь, - сказала девушка и, улыбнувшись, посмотрела в сторону небольшого куста. Куст зашевелился, и оттуда вышла маленькая эльфийка в голубом платье, вся измазанная грязью и с застрявшими в волосах листочками. Светловолосая эльфийка, которую звали Линдис, укоризненно посмотрела на дочь. - Анариэль, – с наставлением начала она, – сколько раз я говорила тебе не лазить по деревьям? Ты испачкала новое платье. Линдис подошла к дочери и, сев на колени, принялась доставать из её волос листья и ветки. Юная эльфийка лишь виновато опустила голову, но в её глазах плясали чёртики. Этим же вечером Анариэль выбралась из дома и, забравшись на дерево, всю ночь наблюдала за звездами». Очнувшись от воспоминаний, я поняла, что случайно задремала. «Ну да, ответственная, ничего не скажешь», - подумала я и, подбросив хвороста в костер, принялась наблюдать за языками пламени, что, словно в танце, то соприкасались, то отдалялись друг от друга. Над горизонтом забрезжил рассвет. Костёр давно потух, и я от скуки наблюдала за небом, как оно из темно-синего по-немногу светлело, приобретало лиловые и розоватые оттенки. Когда первые лучики солнца лениво осветили землю, проснулся Леголас, а за ним - Арагорн и Гэндальф. Спросонья все выглядели очень забавно: растрёпанные волосы и потерянный взгляд. Я невольно улыбнулась, глядя на них.

***

Через несколько часов, мы, сытые и отдохнувшие, отправились в путь. Все шли в молчании, никто не решался заговорить. На меня это молчание очень давило. Видать, не на меня одну: Мерри и Пиппин вышли немного вперёд и запели очень смешную (хоть и немного неприличную) песню. Когда они закончили, я рассмеялась, но, уловив на себе взгляд принца, опустила глаза и лишь улыбнулась. Следующие часы я наблюдала за горизонтом. Все о чём-то разговаривали, но меня это мало интересовало. Гондорец немного сбавил шаг и вот уже шёл наравне со мной. - Тебя ведь зовут Анариэль? – поинтересовался он, взглянув на меня. - Да. Я повернулась в его сторону и посмотрела в глаза. – А ты Боромир? - Ага, – он слегка улыбнулся, но спустя мгновение поинтересовался, устремив свой взгляд на горизонт: - Почему ты отправилась с нами? - Очень предсказуемо, – усмехнулась я. Уже в Имладрисе многие спрашивали меня об этом или же просто посылали недоумевающие взгляды. Девушка, эльфийка, и на войну? - Почему? Гондорец удивлённо посмотрел на меня, ожидая ответа. - Все удивляются, как это эльфийка решила пойти на войну, практически не имея возможности вернуться живой, – я улыбнулась. – Возможно, по их мнению мне стоит сидеть дома и тихо вышивать, напевая песни. Боромир широко улыбнулся. - А что твои родители?- поинтересовался он. Для меня это была не самая приятная тема. Мама пыталась сделать из меня настоящую леди, всегда учила этикету и прочей ерунде. Мне это было неинтересно, поэтому я часто сбегала из дома, за что потом получала соответствующее наказание. Когда мне исполнилось тысяча лет, отец нашёл мне жениха из знатного и богатого эльфийского рода и настаивал, чтобы я приняла его предложение, но я тут же сбежала из дома на целых три года. За это время я объездила Средиземье, посетила самые разные места. Когда же я вернулась, мой жених уже нашёл себе другую невесту, чему я была несказанно рада. С тех пор родители бросили попытки выдать меня замуж. - Они не в восторге, – усмехнулась я. – Но им меня не остановить. Я пожала плечами. Боромир отвёл взгляд и пошёл немного быстрее, оставляя меня вновь наедине со своими мыслями. Солнце уже было в зените и ярко освещало долины, распростёртые перед нами. - Устроим привал! – объявил Гэндальф. - Что? Зачем? – поинтересовался Арагорн. - Мы ведь выступили только сегодня утром. - Мне надо подумать, – сказал волшебник и, достав свою трубку, сел на один из камней.