До встречи

      Руки дрожат, а скованное дыхание обрывками вырывается из напряженной груди. Маска на лице, закрывающая нос и рот, мешает воздуху свободно проникать в легкие через глубокие вдохи. Но, несмотря на волнение, парень остается спокойным. Его движения быстрые и четкие, а еще, конечно же, очень профессиональные. Он открывает ящик за ящиком в столе, стоящем в большом кабинете, и быстро копошится в них, пытаясь создавать как можно меньше шума. Его тонкие фарфоровые пальцы в узких кожаных перчатках пробегают по горам бумаг. Юноша старается не оставлять после себя следов, поэтому делает все умело, очень умело, ведь он далеко не новичок в этом деле. Никто даже и не заметит, что в кабинете был кто-то посторонний, тем более, что кто-то копался в ящиках. Парень засовывает в карман то, что кажется дорогим. Первое, что очутилось у него в кармане черных штанов, — это золотые часы, которые аккуратно лежали на столе. Дальше — всякие безделушки, за которые отдали бы немалые суммы денег. Коллекционные монеты, завернутые в бархатный кусочек бордовой ткани, которые он нашел в одном из шкафчиков, последовали в черный рюкзак, который юноша снял с одного плеча.       Закрыв очередной ящик в столе, парень потянул руку к следующему, самому нижнему ящику; взявшись за ручку и потянув её на себя, молодой человек обнаружил на дне ящика железный сейф. Ухмыльнувшись темноте, которая, кажется, ухмыльнулась ему в ответ, юноша попытался вытащить сейф наружу, но тот, кажется, был прикреплен ко дну ящичка или же просто был слишком тяжелым. Тогда блондин вытащил из кармана рюкзака специальный баллончик. Опылив клавиши с цифрами на сейфе, юноша подождал пару секунд, а затем протер цифры тыльной стороной ладони в перчатке. Четыре кнопки из девяти были выделены тонкой пленкой. — Один, два, пять, восемь, — проговорил себе под нос блондин. — Двести пятьдесят шесть комбинаций, — бормотал он с задумчивым видом. — Ну, что ж, поехали, — юноша уселся на мягком ковре, которым был застелен весь кабинет, султанчиком и потянулся рукой к клавишам.       Повезло Шуге не скоро: только после сто двадцатой комбинации дверца сейфа щелкнула и открылась. Светловолосый быстро поднялся на ноги и сел на корточки. Он был возбужден и взволнован. Резко открыв сейф, парень так же быстро его закрыл. Сразу за дверью была камера, которая срабатывала каждый раз, когда кто-то открывал сейф. К счастью, он сидел на корточках, поэтому в кадр попала лишь черная маска и шея.       Захлопнув сейф и схватив рюкзак, юноша подскочил на ноги. Вдруг на весь дом разразилась сигнализация. Блондин слегка вздрогнул, он должен был быть к этому готов, какой же он придурок. Он уже встречал такие замудренные сейфы: отпечатки пальцев или моментальная фотография, которая выявляет, тот ли ты человек. Если ты и есть владелец этого сейфа, то все отлично, а если ты кто-то незнакомый, к примеру, вор, тогда, не найдя схожести с тем человеком, который вбил свою фотографию в систему, механизм подает импульс в компьютер, через провода, и срабатывает сигнализация. Все слишком запутанно и отлично продуманно. Но Шуга решил, что оценивать все это нет времени, поэтому он подбежал к окну и попытался его открыть. Окно было какое-то странное; возможно, юноше так показалось, потому что у себя в доме он никогда не открывал окна: они были зашторены толстыми занавесками приятных цветов и не пропускали дневной свет, а балкон был не застеклен, поэтому у светловолосого никак не получалось открыть злосчастное окно, задвижка заела и, кажется, заржавела. В этом доме живут тоже не сторонники открытых окон. Поэтому после пяти минут стараний и никчемных попыток, Шуга плюнул на все это и, взяв в руки стул с мягкой обивкой, который стоял неподалеку, бросил его в окно. Послышался звон стекла, посыпавшегося на пол, и грохот стула, вылетевшего из окна и ударившегося о землю. Второй этаж — достаточная высота для того, чтобы деревянный стул разломался.

***

      Балаган в полицейском участке — это нечто похожее на воздух. Каждый присутствующий там уже привык к этому. Балаган как стиль жизни. Ну да, они ведь сами выбрали эту профессию, никто их не заставлял и не обязывал. Большой город — большая преступность. Много работы — мало отдыха.       Сегодня у полицейского Пак Чимина обычный вечер, как и всегда: куча бумаг и дела, куча жалоб и куча преступлений, куча работы. Недавно в их отдел сообщили о сигнализации и о попытке кражи. Также была показана фотография, на которой была видна лишь черная маска и шея. Бледная шея, кажется, светилась в темноте. Этот профессиональный сеульский вор, работающий сам по себе, опять объявился. Чимин потратил столько лет своей жизни в погоне за ним, и вот – это первое фото с ним. Он настолько профессионален, что никто даже не знает, как он выглядит и как его зовут, зато все знают его прозвище — «Шуга». Он, наверное, чертовски любит развлекаться, раз однажды нарисовал баллончиком свое рабочее имя на стене полицейского участка. Именно нарисовал, как граффити. Это смотрелось неплохо, можно даже сказать, красиво, даже цвета были подобраны правильно, по всем правилам живописи... Черт, неужели в полиции работают одни неудачники!? На камерах возле здания полиции была видна лишь щуплая спина этого парнишки. Чимин узнал ее, ведь ему так часто приходилось ее видеть.       Поймать этого сукиного сына было целью всей жизни для Чимина. Поэтому он вылетел из здания самый первый, даже не дождавшись приказа командира. Парень как всегда получит за эти вольности, которые всегда себе позволял. Но никогда никого не слушаться — это было в стиле Пак Чимина, самого лучшего полицейского города. Как ни крути, все равно ему попадало не так сильно, как всем остальным. И уволить его тоже не могли, ведь такие работники были на вес золота и рождались лишь раз в столетие. Чимин и сам осознавал это и хорошенько этим пользовался. Поэтому он делает, что хочет. Берется за дела, которые ему нравятся, и отказывается от тех, которые ему не по душе. А еще работает один, без каких-либо напарников. Волк-одиночка. Чем-то они с этим Шугой даже и похожи.       Запрыгнув в свою машину, брюнет поехал по адресу, где был замечен Шуга. Он включил сирены, чтобы все машины впереди него пропускали его, и проезжал на красный свет. В этот раз он точно пообещал поймать этого ворюгу. Разогнавшись до бешеной скорости, так что аж в ушах свистел ветер, несмотря на то, что все окна в машине были заперты, Чимин уже через пять минут был у дома, где сработала сигнализация. Сначала он осмотрел первый этаж, затем поднял голову на окна второго этажа. Как раз в этот момент из окна выпрыгнул человек в черном: приземлившись на землю и сделав кувырок, юноша, не оглядываясь, побежал куда-то вперед. Так близко к нему Чимин еще никогда не был; он тоже сорвался с места и помчался за парнем, в тот момент, когда другие полицейские машины только подъезжали и глушили моторы.

***

      Это чертово окно... Кто знал, что блондин так лоханется на нем? Но это была его первая вылазка за три месяца. Все лето он не высовывался из дома, так как не было особой нужды, ведь в первый день лета он обокрал один дом, где была куча бабла. Рисковать лишний раз не хотелось, хоть он и любил это чувство, когда в висках закипает кровь, а сердце от волнения бьется так, словно сто ударов в секунду. Ему нравилось ощущать этот адреналин. Любил, когда на его хвосте сидели копы, которые никогда не могли его поймать. Все это для него было не только способом выжить. Еще это был отличный способ развлечься. Но, черт возьми, не суметь открыть окно! Серьёзно? Нда... Трехмесячный отпуск дает о себе знать. Но даже так он был в себе слишком уверен.       Услышав вой полицейских сирен, блондин подбежал к окну. Под ногами хрустели осколки разбитого стекла. Он взял в руки какую-то статуэтку, стоящую на подоконнике, и сбил ею оставшиеся стекла в оконной раме. Запрыгнув на подоконник, Шуга боковым зрением увидел одну полицейскую машину, но где-то вдали слышались еще сирены. Юноша выпрыгнул из окна и помчал, куда глаза глядят, даже не заметив, как кто-то побежал за ним.       Светловолосый плохо знал эту местность. Здесь, в этом районе, ему еще бывать не приходилось, поэтому он не знал, куда ему бежать. Забежав в очередной переулок, которым он хотел сократить путь, Шуга ускорил бег. Как вдруг остановился: перед ним был тупик. Блондин быстро обернулся и решил быстрее выбраться отсюда, но, сделав один рывок, он остановился на месте. Перед ним стоял парень в полицейской форме: он держал двумя руками пистолет, направленный прямо на Шугу. В переулке было так темно, что Шуга не мог разглядеть ни его лица, ни цвета волос, ни даже силуэта.       Плечи светловолосого быстро поднимались и опускались, а парень, стоящий напротив, словно ничуть не устал и не запыхался. Он так уверенно держал в руках пистолет, руки ни разу не дрогнули, они были полностью выпрямлены. У блондина даже пробежали мурашки по спине, но не от холодного осеннего ветра, а от этих хладнокровных жестов, от того, как быстро незнакомец перед ним вытащил пистолет, а еще от того, как он его держит.       Конечно же, Мин Юнги понимал, что у него сейчас нет ни единого шанса. Ведь у него самого нет никакого оружия, и вообще, он загнан в угол. А этот полицейский выглядит довольно-таки уверенным, но вот сам он растерян. И дрался Шуга не очень хорошо. Все, что он мог — это обокрасть кого-то: в этом он был просто непобедим.       Сирены полицейских машин все еще звучали где-то вдали. Шуга пристально смотрел на полицейского, пытаясь разглядеть в слепой темноте хоть одну черту на лице парня, а полицейский наверняка пристально смотрел на него.       Стук. Оружие летит куда-то в сторону. Чимин выбросил пистолет и выпрямил спину. Грёбаное благородство! Он ненавидел его. Ненавидел свою честность, но по-другому не мог. Он, просто-напросто, не мог нападать на безоружного человека с оружием. Не важно, кто этот человек. Пусть он гоняется за ним пол своей жизни, но выстрелить сейчас в него, пустить ему пулю в ногу или в плечо сейчас было бы так подло. Да, он преступник, но он ведь живой, живой человек. Со своими чувствами и мечтами.       Блондин, конечно же, несказанно удивился... и обрадовался. Он никогда еще не видел такого: полицейский выбросил пистолет, чтобы сразиться с преступником на равных? Что? Страж закона на то и страж, чтобы ловить преступников любыми способами, но он выбросил пистолет. Почему? В этом есть какой-то подвох? Не может такого быть. Шуга почему-то растерялся еще больше. Он стоял на одном месте, словно прирос к земле, и просто смотрел на нечеткий силуэт парня напротив. Он ничего не понимал. Благородство? Кажется, так это называется. Так... оно и вправду существует? И это не сказки для детей? Шуга на миг понял, он осознал, что он бы выстрелил на месте незнакомца. Или будь у него сейчас в руках пистолет, тогда он бы тоже выстрелил. И он бы точно не посмотрел на то, что у противника нет оружия. Главное спасти свою задницу... значит, сам он был далеко не благородным.       Бледнокожий оценивает этот поступок полицейского. Ведь теперь выбраться из ловушки намного легче и больше шансов. Он ухмыляется и поправляет капюшон на голове.       Чимин же делает пару шагов к парню в черном и пытается сорвать с него маску. Заломать руки преступнику за спину оказывается очень легко, намного легче, чем он себе мог представить, поэтому брюнет смог даже обхватить два запястья юноши одной рукой: они были какие-то по-девчачьи тонкие и хрупкие. Второй рукой Чимин пытается сорвать с Шуги маску, но тот как-то выворачивается и меняется с брюнетом местами, так, что забитым в угол оказывается Чимин. Теперь путь перед блондином полностью открыт. Вот почему Шуга не благороден. Благородство и честность — это не его. Потому что они приводят к поражению. А блондин ох как не любил проигрывать.       Бледнокожий парень в капюшоне и маске делает резкое движение головой назад, тем самым ударяет брюнета головой в нос. Чимин ослабляет хватку и Шуга вырывается и, делая резкий рывок, бежит, так что аж земля под ногами скользит. Даже на таком близком расстоянии он всё же не смог рассмотреть лица полицейского. Он почему-то оборачивается назад, на полицейского, который обхватывает руками нос, из которого хлещет кровь. Смотрит на него так продолжительно и внимательно.       Что-то есть в этом парне. Не будь он преступником, а незнакомец в темноте копом, тогда Шуга хотел бы узнать его поближе: узнать его любимый цвет и любимое блюдо, его имя и что-то еще. Шуга смотрит на него так не аккуратно, что даже не замечает, как порыв ветра срывает с его головы капюшон, до тех пор, пока полицейский не поднимает на него глаза. Тогда Шуга быстро накидывает капюшон обратно, придерживая его руками, и бежит что есть силы, на бегу перепрыгивая ящики и все, что стоит и лежит на его пути. Он мысленно удивляется тому, что парень не бежит за ним. Но это не сильно его расстраивает, блондин больше не оборачивается. Он сегодня слишком часто тупит. Сейчас главное выбраться отсюда. Поэтому он хватает с земли пистолет, который Чимин выбросил, и выбегает из переулка.       Брюнет обещал, что сегодня точно поймает его. Но он сам виноват в том, что снова его упустил. Хотя парень ничуть не жалеет. Он узнал цвет его волос, и это уже многое: теперь он еще на шаг ближе к его поискам, теперь он хотя бы знает, в какую сторону ему податься, и вскоре юноша поймает его так, что тот больше не сможет убежать.

***

      Шуга бежал всю дорогу без остановок. Он бежал какими-то кривыми улочками и дорогами. Что, если за ним хвост? А он не хотел привести их прямиком к себе домой. Он уже столько раз переезжал, столько раз, что уже тошнило от новых квартир и «дружелюбных» соседей. Так часто убегал, что даже не вытаскивал вещей из сумок. Поэтому он решил не возвращаться сегодня домой, что-то подсказывало ему, что лучше не стоит. Ведь ему так нравилась эта квартира, вид с балкона и удобная мебель.       Поднявшись по ступенькам на четвертый этаж, светловолосый торопливо постучал в дверь. Дверь отворили не сразу, кто-то за ней долго копошился и что-то бубнил. Наконец послышался щелчок замка, и дверь отворилась. — Юнги? Ты чего так поздно? На часы смотрел? — произнес сонный парень с русыми волосами. — Привет, — улыбнулся блондин. — Как дела? Что делаешь? Можно, я у тебя переночую? — Эм... привет. Ну, я, вообще-то, не один... — Да ничё страшного, вы мне не мешаете, — оттолкнул Юнги парня на пороге и вошел в дом. — Ну... ладно, проходи. Только, пожалуйста, не чувствуй себя как дома. И не кури, Джин не переносит сигаретного дыма. — Проговорил Намджун, скрывшись за дверью в спальню.       Блондин проводил глазами Намджуна, и, как только дверь в спальню закрылась, юноша стер с лица эту дебильную улыбку. Намджун был славным парнем, всегда готов помочь и поддержать своими умными советами. Это его друг еще со школы, когда-то давно они даже песни вместе писали. Читали рэп и были счастливы. Но все всегда меняется. А жизнь делит удачу не поровну.       Шуга решил сходить в душ. Сегодняшняя вылазка так измотала его, что ему хотелось расслабиться под теплыми струями приятной воды. Сегодня он чуть не попался. Невольно вспомнился полицейский без лица и то, как он халатно и смело выбросил пистолет.       Сняв черную пайту, блондин повесил ее на спинку стула и расправил ее от капюшона до самого низа. Рука наткнулась на что-то твердое. Он провел рукой по материалу пайты еще раз где-то внизу, как вдруг наткнулся рукой на маленький механизм. Что? Парень резко сорвал жучок и приблизил его ближе к лицу, чтобы хорошенько рассмотреть. Вот почему этот полицейский не порывался бежать за ним! Твою мать! «Шах и мат!» — думает в это время Пак Чимин, засидевшийся допоздна на работе, выслеживая Шугу.

***

      Шуга посмотрел вокруг. Завтра тут будут копы, которые перевернут это милое гнездышко с ног на голову в поисках его. Намджун не будет ничего понимать и, конечно же, сразу догадается, кого ищет полиция. Но ничего им не скажет, потому что он Намджун. Именно поэтому он пришел именно сюда. А еще... потому что его всегда сюда чертовски тянуло. А после посещения этого места было дохрена больно.       Юнги благодарен ему заранее, и блондину даже немного стыдно, что он своей несчастной жизнью портит счастье других. Но он готов подставить любого, лишь бы выйти сухим из воды. Поэтому, пока Намджун мирно спит со своим парнем в спальне, где всегда приятно пахнет, Шуга проделывает пару фокусов: как бы невзначай оставляет свою маску на письменном столе в углу и, проникая в комнату к Намджуну, прикрепляет жучок под его кровать.       У двери парень обернулся. Он обычно не позволял себе такого, оборачиваться назад ни к чему. Оборачиваются назад лишь слабаки. Но Шуге правда было жаль. — Простите, ребята, но благородство убивает, — прошептал блондин и тихо запер за собой дверь. — Я слабый, а в этом мире выживают сильнейшие, а я чертовски хочу жить, — шаг. — Намджун, за тобой давно тянется должок, наконец-то ты смог его выплатить, — Шуга вышел из подъезда и побежал в сторону своего дома.

***

      Слушать выговоры от начальника — это была вторая работа Чимина. Хоть полицейским и не разрешалось подрабатывать где-либо. Но он уже научился этому. Парень просто стоял у стены, сложив руки на груди, и думал о чем-то своем, например: «Что приготовить сегодня на ужин?» или «Йааа, сегодня новая серия моей любимой дорамы выходит!».       Его рабочий день давно закончился, но он не собирался домой. Несмотря на то, что дело уже шло к утру, спать совершенно не хотелось, перед глазами стоял Шуга со своими, как оказалось, белыми волосами. Его мысли прервал писк, доносящийся из телефона. Брюнет достал механизм из кармана и улыбнулся. Жучок отследил место жительства этого Шуги. — Шах и мат! — усмехнулся Чимин и, выйдя из-за стола, пошел собирать людей на задание.