Судьбоносное желание

Наступил назначенный день дуэли... Эдик чувствовал, как его внутренности сжигает ненависть. Такого он давно не чувствовал, но, глядя на Артема, понимал, что не простит этому завравшемуся бизнесмену издевательств над его сестрой. Мужчина видел, как шевелятся губы Артема, как неприятно искажается лицо и каким визгливым становится разъяренный голос. А ведь господин Сокольский пытался указать на то, что сестра Эди любит не законного мужа, а совершенно чужого человека. И этот человек-его старый друг Арсений Чаркин. Эдя едва заметно ухмыльнулся, услышав это имя: - Сенька, стало быть...Да, он куда лучше тебя, а следовательно выбор сестры я осудить не могу. Она предала тебя, так ты сказал. Но если бы ты любил её, то в жизни бы не поднял на неё руки... Один раз я указал тебе, что такое поведение не допустимо. Мне показалось, ты меня понял. Как теперь вижу, я ошибся... Ты заплатишь за то, что сделал. Также мне известно, что ты куда раньше начал изменять Машке с другими женщинами, и не вздумай это отрицать! Я сам несколько раз видел тебя с разными партнершами и, хочу отметить, всем им ты обещал хранить верность и клялся, что любишь только их... -Да как ты смеешь?!- вновь сорвался на визг Артем и бросился в атаку. Конечно же, Сокольский забыл, что ярость – худший помощник в поединке. Наносимые им удары не отличались точностью, а потому Эдуард с легкостью отбивал выпады, так как он бился с пылающим сердцем и ледяным разумом. Но при этом Эдик умудрялся наносить короткие жалящие уколы. Он явно издевался над противником. Наконец Артем попросил передышки. Эдик согласился и направился к припаркованной неподалеку машине, чтобы взять флягу с водой. Он очень хотел пить, и не сразу заметил, что его противник достал пистолет и прицелился. К сожалению, рука Артема была точной, если дело касалось стрельбы. Послышался хлопок, и Эдю ослепила резкая боль в колене. Из-за боли мужчина упал и не мог даже шевельнуть ногой. Его противник же подошел и коснулся острием шпаги точки над сердцем брата жены. - Сдавайтесь, сударь...-пафосно усмехнулся он- Я ведь убью вас... - Так бейте!-отчеканил тот Артем нажал на рукоять шпаги, и та вошла в тело Эдика, но мужчина даже не поморщился, ведь чем больше его враг давил на рукоять, тем больше сам вгонял в себя шпагу, но будучи в аффекте, Артем этого не замечал. Но когда брат Маши неожиданно провернул шпагу в ране Сокольского, тот ошеломленно вскрикнул и отскочил. Эдик с трудом встал. В ногу будто впились тысяча жал, но граф это стерпел и приготовился к сражению. - Больше никаких перерывов, деремся, пока один из нас не свалится... Артем вновь бросился в атаку и начал наносить удары. Эдуард отражал все выпады, но уже не так легко, но в какой-то момент ему удалось сбить врага с ног. Артем коротко и яростно взвыл, не веря в своё поражение. Но это уже было оно. Здоровой ногой Эдик ударил соперника в бок, под ребра и явно что-то сломал. Сокольский перекатился на живот, довольно грязно ругаясь. Брат Маши поморщился и ударил Сокольского с ноги в лицо. Послышался хруст, кажется, этим ударом он сломал и нос, и челюсть. Ругань стала невнятной. Эдуард шпагой аккуратным почерком вырезал на спине противника слово «инкуб». Артем затих, когда мужчина вырезал букв «к», не выдержав такого унижения. Когда работа по вырезанию была завершена, Эдуард привел врага в чувство ударом ноги в живот. - А теперь слушай меня внимательно, мразь... Слово на твоей спине заживет, но рубцы останутся на всю жизнь. И больше ты не сможешь морочить женщинам головы... Они почти сразу будут знать, с кем имеют дело. И теперь, самое главное: Если я услышу, что ты приближался к моей сестре, или что еще хуже, увижу тебя в 20 шагах от неё... Я не стану больше жалеть тебя, я сразу убью... Ты меня понял? Артем слабо кивнул. Эдя нанес еще один удар эфесом в голову, и Сокольский остался лежать без сознания. Мужчина поднялся, но из-за боли в ноге чуть было не упал. Он тяжело выдохнул и подошел к машине, сев за руль и победоносно улыбнувшись, но эта улыбка стерлась с лица столь же быстро, как и появилась. Что же он скажет сестре? Она же ведь все равно будет беспокоиться за мужа, каким бы недоноском тот ни был. Но ведь она любит Арсения, значит, надо устроить им встречу... Но этим он займется, когда хотя бы обработает свою рану. Эдик понимал, что ногу ему теперь не вылечить. Это он понимал очень хорошо, ведь он выучился медицине и хорошо разбирался в подобном. За всеми этими мыслями мужчина даже не заметил, как доехал до особнчка. Ему навстречу выбежал Рома, который еще издалека заметил приближающийся автомобиль. -Дядя, ты приехал! Как я рад тебя видеть! Но что с тобой? Ты в крови! - Рауль, не беспокойся за меня, прошу тебя, помоги мне выйти из машины... Молодой человек исполнил дядину просьбу и помог ему дойти до его комнаты. На пороге комнаты Эдик улыбнулся. - Не беспокойся, ребенок... Дальше я справлюсь сам... Скажи маме, что со мной все в порядке, завтра утром я нанесу ей визит...Рома кивнул и с достоинством удалился. Мужчина восхищенно покачал головой вслед племяннику: мальчик явно станет великим, если судьба даст ему такой шанс. Войдя к себе, Эдик тут же осмотрел свою ногу и понял, что теперь ногу не восстановить, и он будет до конца жизни хромать. С грустью подумав о реакции сестры на это, он лёг спать и тут же заснул, открыв глаза только рано утром...