Пусть Разговаривают Души

      Всю ночь девушку посещали странные мысли, и она, сама того не желая, отторгала сон.       Ада легла спать в три часа ночи, разговаривая с Анастейшей. Та, как бы то ни было, пыталась успокоить девушку, но, к сожалению, ей это не очень удавалось.       Грейн сидела на стуле, опершись руками о стол и держа ими голову. Буквально, ее голова была готова взорваться от количества мыслей в ее голове.       Кухарка, завязав на талии фартук, заварила чай, разогревая пару булочек с изюмом. Через несколько минут женщина поставила перед брюнеткой чай и булочки. Опечаленная Ада нехотя откусила булочку, запивая чаем. — Что будешь делать? — спросила женщина, присаживаясь на противоположной стороне стола. — Я не знаю, Анастейша, — горько ответила Ада. — Ты же знаешь моих родителей, а особенно мать. Уж она точно не допустит моего присутствия в доме. Насчет отца — без понятия. Спрашивать я даже не буду. Явно, они не желают меня видеть или слышать. — Милая, — обратилась к девушке кухарка, взяв ее за руку. — Твои родители хорошие. Вспомни, что только они для тебя не делали. Они любят тебя. Скорее всего, просто отведут к врачу. Он пропишет лекарства и твоя кожа станет нормальной. Не загружай себя разными мыслями, ведь они ни к чему хорошему не приведут. — Ты так думаешь? — неуверенно переспросила Ада. — Более чем, — улыбнулась Анастейша. — Как я всегда говорю: меньше знаешь— — Крепче спишь, — дополнила девушка, и легкая улыбка коснулась ее лица.       Утром Аделаида проснулась под звон будильника. Потянувшись и сбросив с себя одеяло, Ада устало протерла глаза — она ни капельки не выспалась. Как бы то ни было, но девушка решила встать. Девушка приняла душ, надела зеленое платье и, сделав легкий макияж, спустилась вниз.       Отец читал утренний выпуск новостей, закинув ногу на ногу, а мать мыла посуду, что крайне не свойственно для нее. — Мам? Где Анастейша? — спросила Ада, пройдя на кухню и присаживаясь за стол. — Ох, милая, мы дали ей выходной, — ответила мама, пожав плечами. Она выключила кран, домыв посуду.       Чуть позже мама поставила тарелки с яичницей на стол. Когда села мать, они взялись за руки, образовывая некий круг. — О Господь, отче наш, — начали родители, закрыв глаза. Ада же смотрела в окно и думала, когда это закончиться. — Благодарим тебя за эту еду, что ты даешь нам. Благодарим за то, что все живы и здоровы, а за окном мирное небо. Аминь!       После они приступили к трапезе, а Ада думала о вчерашнем вечере — неужели ей это приснилось.       Аделаида, закончив с едой, собиралась встать, как мама остановила ее. — Милая, сейчас мы поедем к дяде Кену и тете Мардж. Вещи не собирай, всего лишь на один день. Хорошо? — Да, — согласилась девушка, следуя за родителями в гараж, к их машине.

***

      Ада выйдя из дома вместе с матерью, направилась к машине отца, который в это время сидел уже за рулем. Расположившись на заднем сиденье Ада, облокотилась об спинку и повернула голову к окну. Мать села на переднее сиденье, рядом с отцом и мельком взгляну на свою дочь, которая в свое время смотрела на их дом.       Машина тронулась с места и выехала из обочины на трассу; направилась вперед.       За окошком, куда глядела Ада, не давая сфокусировать взор, промелькали одинокие деревья, дома, и жители города, которые мирно шли по улицам.       Пока ее родители о чем-то обсуждали, Ада, продолжала глядеть в окно машины, и тихо что-то напевать себе под нос.       Взгляд Аделаиды остановился на ярком синем небе, которое продолжала «стоять» невзирая на то, что машина ехала. Она ни о чем не думала. Она очень хотела, чтобы ей было все равно, все равно на все то, что с ней происходит.       Но почему ее все же посещают тревожные <мысли? Почему же ей страшно?       Машина перегоняла несколько автомобилей и продолжала свой путь к пункту назначения. Во время очередного поворота пути, Ада нахмурилась.       Она точно помнить, что дорога к дяде и тете ведет прямая в этой улицы, но почему-то отец завернул в другую сторону города, куда вовсе не ведет маршрут к дому родственникам.       Ада промолчала, но ее выражение лица продолжало оставаться нахмуренным. Ее взгляд бы устремлены в окно, где она успела прочитать на вывеске слова.       «Вы покидаете город Уэлс»       Аделаида взглянула на родителей, которые явно были чем-то обеспокоены.       Ада продолжала молчать, не произнося ни одного слова, ее взгляд метнулся на пальцы матери, которые нервно постукивали по сиденью, а руки отца изредка тряслись, что больше поставило Аду в тупик. Она не могла понять почему ее родители ведут себя странно, да и еще едут не по тому маршруту, который им нужен.       За окном уже мелькали одни деревья и луга, что означало, что они едут куда-то загородом. Деревья становилось все меньше и меньше, взору открывались однообразные луга, а вдалеке была одна пустота, лишь холмы, да луга. Но прежде чем, собраться спросить родителей, Ада заметила огромное, серое здание, огражденное трехметровыми стенами и колючками. Машина все ближе и ближе подъезжала к этому месту.       Руки Ада начали дрожать, а сердце стучать быстрее, чем прежде.       Через пару секунду промелькнула очередная вывеска, но Ада успела пробежаться глазами и прочитать содержимое.       «Психиатрическая больница имени Святой Изабеллы».