Глава 3
18 марта 2016 г., 00:09
Проблема со сном решилась быстро. Билл остался спать в кровати Тома, а он сам и не собирался там спать, так как еще не успел купить новую. Ведь старая была осквернена чужаком, а значит, Том не позволит себе остаться там ночевать. Трюмпер всегда был собственником, он даже не мог спокойно смотреть на то, как его лучшие друзья постепенно сближаются с другими людьми, отодвигая Тома на второй план, а уж что говорить о святом месте, где он спал и занимался сексом с любимой… Такого он потерпеть точно не мог.
На диване было удобно, хоть и заснул Том не сразу. Фараон постоянно что-то просил принести, укрыть его получше, то открыть форточку, то закрыть ее, то подушку поправить, то еще что-нибудь. В конечном итоге Том просто отключился, не отреагировав на очередной капризный стон Билла.
Проснулся Трюмпер рано, хотя прекрасно знал, что в университет сегодня не нужно. Но несмотря на то, что больше ему не спалось, двигаться совсем не хотелось, даже открывать глаза было лениво. Единственное, что он себе позволил – подтянуть чуть выше ногу, потому что стопа, выглядывающая из-под одеяла, немного мерзла. Том шумно выдохнул через нос, вспоминая, что сегодня его ожидает поездка к родителям, а вспомнив свой сон, он чуть слышно фыркнул, подавив зевок. Это же надо такому присниться. Тома и девушки бросают, и мумии во сне тоже оживают. Чертовщина какая-то.
Повернуться на другой бок удалось не сразу, но Том это сделал, все еще не открывая сонные глаза. Почувствовав теплое тело под боком, он радостно улыбнулся, сразу же размещая руку на изящном изгибе талии и чуть стискивая ее. Ткнувшись носом в шелковые волосы, он глубоко вдохнул. Пахнет не лавандой и привычными прованскими травами, которыми обычно благоухала Аника, а сочным апельсином, тем самым шампунем, что он купил ей на Рождество, но подарить не успел. Услышав тихий сонный вздох, Том недоверчиво нахмурился, нехотя открывая глаза так медленно, будто бы свет мог быть губительным для него. Первое, что он увидел, были тонкие черные прядки, разбросанные по подушке. Опасливо опустив взгляд ниже, Том несколько раз моргнул, увидев заспанное сонное лицо фараона, смотрящего на него бездонными глазами размером с блюдце.
– Томми, привет, – тихо пролепетал Билл, потеревшись носом о ключицы Трюмпера, до которого постепенно начала доходить вся эта дурацкая ситуация, в которую он сам себя и загнал. Пусть и в мыслях.
Все это не было сном. Его действительно вчера бросила девушка, а фараон действительно ожил.
Не зная, как поверить своим же воспоминаниям, Том посмотрел на свою ладонь. Вчера они с Биллом разбили вазу, Трюмпер порезался, а значит, на большом пальце должна быть небольшая ранка. И она там была.
– Какого хера ты так прижался? – отреагировал Том, когда Билл придвинулся к нему чуть теснее. Он слегка отклонил голову назад, пытаясь быть чуточку дальше от фараона. – Ты как тут вообще оказался? Иди на свою кровать, не мешай спать.
– Но ты ведь давно уже не спишь, – Трюмпер болезненно застонал, когда Билл уверенно нахмурился, придвинувшись снова и еще теснее. – Мне было холодно, я пришел к тебе. – Прояснил ситуацию Билл, который, на самом деле, перекочевал на диван тогда, когда Том смачно захрапел, тем самым давая Биллу зеленый свет на перемещение.
– Очень рад за тебя, а теперь, пожалуйста, уйди, – Том, наконец, убрал руку с талии Билла и потер переносицу. – Господи, я же теперь тебе как нянька. То подай, это принеси, завтрак приготовь, искупай.
Видимо, Билла это оскорбило до глубины души. Он болезненно насупился, с обидой смотря на стенающего Тома, а затем сел на кровати, ссутулив спину. Надев на каждую ногу по теплому носку, он сам себе удивился, как быстро он научился делать.
– Со временем я привыкну.
Конечно, он ждал не этого. Ночью Билл постоянно прижимался к Тому, незаметно касался его, проверяя, действительно ли он настоящий, что он не призрак из сновидений и не ошибка ощущаемой реальности. Он еле сдерживал подступающие слезы, утыкаясь носом промеж лопаток на сильной спине, глубоко вдыхая столь родной аромат слегка смуглой кожи. Ему казалось, что если он уснет, то все, что его окружает, пропадет в одно мгновение, и он снова останется в неосязаемой пустоте, вокруг не будет ничего, кроме вакуума и воспоминаний, которые медленно, одно за одним, будут пожирать сознание, словно черви пожирают сладкое яблоко. Снова ощутив рядом тепло того, кого так не хватало, Билл надеялся, что теперь они уж точно будут вместе. Потерять его снова значило потерять все, вычеркнуть и выбросить из головы, а как это сделать, он просто не представлял. Ведь это было так непросто – забыть все то, что было и чего еще не было, но обязательно должно было быть, Билл в это верил, Баст не могла ему врать. Она видела многое, но говорила не все. Давала надежды. Никогда их не отбирала, понимая, что возрождение и так перевернет все с ног на голову, а как Анпу может все это выдержать, не сдаться на полпути, если не будет знать, будет ли все хорошо в этот раз? Имея веру в светлое будущее, можно достичь многого, переступить через себя и даже изменить мир, а Билл верил, что если уж Том на секунду заставил планету вертеться в другую сторону, то и все остальное должно непременно случиться. Оставалось только ждать.
Пока Билл умывался, Том уже успел сделать им сносный завтрак, к которому фараон совсем не хотел притрагиваться, но голод и противно урчащий живот заставили.
Ели в тишине. Билл размышлял обо всем и сразу, а Тому было немного стыдно за его пламенное утреннее недовольство обязательствами. В конце концов, в тот момент, когда он читал ту самую страницу древней книги, никто не упирался пистолетом ему в висок, поэтому Том с горечью для себя отметил, что во всем виноват сам. Да и к тому же, жизнь его круто повернулась. Конечно, хуже она от этого не стала. Разве что убираться самому теперь нужно будет да и завтрак готовить. Пораскинув мозгами, Том понял, что, в принципе, для содержания Билла многое не потребуется. Деньги на еду и квартплату он будет тратить, как и всегда, зато Анпу можно будет брать с собой на работу и не скучать ночами напролет у телевизора или пыльного саркофага. Хотя теперь не было того безмолвного друга, которому можно пожаловаться на чертову жизнь.
Тряхнув головой, Том вдруг вспомнил об смс от мамы. Она просила приехать. Придется взять с собой Билла, только вот что родителям-то сказать, Том даже не представлял. Еще и с документами нужно что-то делать, ведь если Билл заболеет, Трюмперу придется везти его в больницу, как бы ни хотелось не делать этого.
***
– Билл, веди себя спокойно. – Но мы едем в какой-то коробке! – Это не коробка, это автобус, – Том устало выдохнул, потерев лицо ладонями. – Коробка размером чуть больше моего саркофага! Том застонал. Как только они подошли к автобусной остановке, Билл стал спрашивать обо всем на свете. А заметив машины, проезжающие мимо них, Анпу растерялся. Он вцепился в ладонь Трюмпера мертвой хваткой, встав как остолбеневший. Тому пришлось слегка потрясти фараона, прежде чем тот посмотрел на него более-менее ясным взглядом. Затем снова последовали вопросы о том, что это, как это работает, кто этим управляет и кто вообще придумал это «чудовище». – Том. Билл потряс его за край рукава. Трюмпер недовольно выдохнул и посмотрел на фараона, который, как ему казалось, наконец, перестал задавать глупые вопросы обо всем, но нет. Билла снова что-то волновало, и, видя, как он дергает шнурок на рюкзаке, который Трюмпер поставил на колени, Том сделал вывод, что Билл не решается спросить его об этом. – Ну? – поторопил его Том. – А почему те люди не склонились передо мной? Салон наполнился громким хохотом Трюмпера. Том схватился за живот, пытаясь успокоиться. Даже согнулся пополам, но, вновь видя выражение лица ничего не понимающего Билла, начинал смеяться с новой силой. Пару раз вдохнув, он резко и продолжительно выдохнул, прикрыв глаза и уверяя себя, что как только он посмотрит на Билла, новый приступ адского ржача не скрутит его. – Забей, Билл, – Том похлопал его по колену. – Многие из них не знают тебя. К тому же, сколько лет-то прошло с момента твоей смерти, – он пожал плечами, – фоток тогда не было, а по обелискам ничего не знающим людям трудно определить, каким ты был на самом деле. Билл смотрел в окно нечитаемым взглядом. Он действительно не думал о таком варианте. Конечно, он не ждал того, что, как только они выйдут из дома, люди станут крутиться вокруг него одного, угождать ему, помогать во всем и везде. Он думал, что хотя бы некоторые узнают его, ведь он относил себя к фараонам, в корне поменявшим политику своей страны, заставив ее процветать. Но такого не произошло. Все проходили мимо, не замечая друг друга.***
Они приехали в дом семьи Трюмпер, где Том провел все свое веселое и озорное детство, только в обед. Как только родители парня представились, они тут же усадили парней за стол. Симона, мать Тома, долго косилась на черноволосого мальчика, пытаясь понять, зачем сын привел его в родительский дом, но в конечном итоге была очарована фараоном и его мимикой, которою находила крайне забавной. Глава семьи Трюмпер, Йорг, улыбался и шутил с Биллом, рассказывая смешные моменты из детства своего единственного сына, а Билл кивал и улыбался, не понимая и половины из того, что упоминал мужчина в своем рассказе. После традиционного обеда Том отправился в строительный магазин вместе фараоном, который завалил Трюмпера очередной порцией вопросов обо всем окружающем. Том уже порядком устал от нескончаемого потока слов, поэтому на все отвечал лениво и не всегда развернуто, а порой и заставляя Билла самого предположить, для чего нужна та или иная вещь. По возвращении назад Том искупал Анпу, который после был отправлен в комнату Трюмпера отдыхать, в то время как сам парень решил осмотреть камин, кладку которого ему предстояло переложить сегодняшним вечером. Отсутствие бубнежа Билла над ухом расслабляло его, давая мыслям и небесконечному терпению прийти в норму. Пару раз к нему заходил отец, помогая и подсказывая, с чего лучше будет начать, но когда в комнату вошла Симона и присела на диван, Том понял, что сейчас его ждет очередная серия ответов на вопросы. – Том, – обеспокоенно начала мама, – откуда этот мальчик? Он не похож на твоих друзей. – Да, – подхватил отец, – я даже сначала подумал, что Аника перекрасилась и сменила стиль, – он издал тихий смешок и присел на край дивана, куда до этого опустилась Симона. – Аника больше не приедет, – сказал Том, шумно выдохнув. Он знал, что родителям она нравилась. Мама постоянно говорила, какая они замечательная пара и как они подходят друг другу, что Аника хорошая хозяйка, и ее драгоценный сын точно не пропадет с такой прекрасной девушкой. В некоторые моменты, когда Трюмпер и его девушка спорили и били посуду, родители нередко вставали на защиту девушки, уговаривая Тома успокоиться и понять ее. Временами ему даже казалось, что в собственной семье его девушку любят больше, чем его самого. – Вчера вечером мы расстались. Симона тихо охнула, хватаясь за сердце, а Йорг нахмурился, давая понять, что не одобряет такого решения сына. Пару минут в комнате царила тишина, и Том понял, что стоит прояснить ситуацию. – Вчера я застал ее в постели с другим, – твердо произнес он, а затем продолжил. – Я не намерен выяснять подробности, мне было достаточно голого мужика в своей квартире, чтобы сделать определенные выводы. Мама пораженно выдохнула, уставившись на сына. Она никак не могла понять, как Аника могла так поступить с Томом, ведь у них все всегда было хорошо. Да, они ругались и ссорились иногда, но кто не ссорится? Симона была уверена, что через год-два они обязательно поженятся, ведь девушка Тома была именно такой, которую и хочет любая мать своему сыну: заботливая, неглупая, хозяйственная, порядочная и любящая. Собираясь задать сыну вопрос, она посмотрела на него, но была остановлена его решительным и колким взглядом, который говорил сам за себя: Том не собирается обсуждать свое решение. – Ладно, хорошо, – кивнул Йорг, – мы поняли. Вы расстались. А Билл откуда? Том, уже было понадеявшийся, что из-за новости о холостятском статусе своего сына родители как-то забудут вопрос о Билле, ответ на который Тому пришлось сочинять на ходу. – Он троюродный брат Георга, – Том уповал на то, что родители не вспомнят, что у Хагена никогда не было брата, на что он неоднократно жаловался всем подряд, мол, как так, не с кем играть на сборищах большой семьи. – Так вышло, что сейчас ему негде жить, поэтому он перекантуется у меня до поры до времени. Георгу особо некогда с ним, он же работает днем, вот Билл и тусуется со мной. Услышав тихий смешок отца, Трюмпер чуть улыбнулся. Обычно это означает то, что все худшие опасения Йорга не оправдались. – Мы уж с мамой решили, что ты влез в какую-то переделку и взял себе заложника, как тогда со Стиви, – облегченно выдохнул мужчина, проведя рукой по волосам. Это было в те времена, когда Том заканчивал школу. Он со своей командой «случайно» испортил машину одного нудного завуча, а Стиви стал случайным свидетелем, и ничего более умного, кроме как притащить парня домой и наблюдать за ним все время, пока идет расследование, Том не придумал. Конечно же, вскоре история вскрылась, но в полиции дело замяли, так как родители одного из парней работали в участке и не хотели портить будущее своим детям, но Йорг тогда здорово навалял Тому, так что впредь таких поступков Трюмпер старался не совершать. Или же совершать, но так, чтобы уж точно никто и никогда об этом не узнал. – Ну, нет, пап, такого больше не будет. Обещаю. Родители добро улыбнулись ему, хотя в глазах мамы все еще читался вопрос о расставании Тома и Аники, но она его не стала задавать, прекрасно понимая, что если Том не хочет, он ничего не скажет. Вместо этого она посмотрела на вошедшую в комнату Бастет и улыбнулась, когда кошка запрыгнула на ее колени и начала мурчать, ластясь к рукам. Том улыбнулся. Он был бесконечно рад, что его родители такие понимающие.***
Спустя пару часов к Тому присоединился сонно зевающий Билл, который абсолютно ничем ему не помогал, но, стоит отдать должное, и не мешал. Он нарезал круги вокруг дивана, играл с кошкой и мурлыкал себе под нос какой-то одному ему известный мотив, а когда Симона пригласила его принять участие в сервировке стола, обрадовался и с рвением принялся помогать женщине, которая расспрашивала Билла о его любимой кошке. – Ну, все, я закончил! – радостно изрек Том, появившись в дверях кухни. Он завел руки за голову и потянулся во весь свой немаленький рост, а Билл улыбнулся, видя, как смешно Трюмпер морщит нос, когда зевает. – И мы закончили, – улыбнулась фрау Трюмпер, ставя на середину стола салфетницу. – Зови отца, и будем ужинать. Том поцеловал в щеку женщину, которая улыбнулась и тут же легко шлепнула сына по рукам за попытку обманом скрыть кражу пирожка со стола, а затем заливисто рассмеялся, направляясь в кабинет Йорга. – А Вы все сами готовите? – тихонько спросил Билл, усаживаясь на свое место. – Наверное, тяжело это. – Брось, милый, совсем не тяжело, – Симона по-доброму улыбнулась, накладывая овощное рагу ему в тарелку. – С опытом все приходит, у меня руки сами уже все делают, на автомате. Билл расплылся в улыбке, склоняясь над тарелкой и вдыхая пряный аромат приправ. Сегодня он впервые попробует такие загадочные продукты, именуемые овощами. Анпу и представить себе не мог, какие они по вкусу. Все, что он пробовал в своей новой жизни – лапша и пирожные, которыми Том закупился накануне вечером, поэтому, как только все сели за стол и пожелали друг другу приятного аппетита, Билл осторожно подцепил первую порцию рагу и отправил ее в рот, с удивлением отмечая, что ему нравится этот пряный вкус.***
Веселые разговоры за чаем прервал дверной звонок. Билл уже знал, что так звонит именно он, и поэтому, проходя мимо двери, держа в руках блюдо с новой порцией пирожков, открыл ее. На пороге стояла девушка примерно одного с ним возраста. Она заправила русые волосы за ухо и улыбнулась под ничего не понимающим взглядом Билла. – Добрый вечер. Я Лора, а Вы ..? – она чуть склонила голову в бок, подтянув лямку спадающей с плеча сумки. – Билл. – Очень приятно. А можно Тома? – она привстала на носочки, а затем перекатилась на пятки, все так же лучезарно улыбаясь. – Билл, кто там? – тот, кого спрашивала девушка, появился в проходе. – А, Лора, привет! – растянул губы в улыбке Том. – Проходи. Какими судьбами? Билл отошел от дверного проема, впуская девушку в дом. Она прошла и присела на пуфик возле вешалки, перед этим крепко обняв Тома. – Увидела, как ты заходил в дом, когда шла в магазин, на обратном пути решила зайти. Ты к нам надолго? – Не особенно, думаю, завтра вечером уеду обратно в столицу. Учеба не будет ждать, сама знаешь ведь, я не люблю прогуливать. – О, да, – она понимающе покивала и взяла пирожок с тарелки, которую ей протянул Том. Билл не понял такого жеста, поэтому не стал выпускать блюдо из рук, а лишь крепче сжал его край пальцами, но все же поддаваясь заданной Томом траектории. – Я зашла спросить, знаешь ли ты про вечеринку у Греты? – У Греты? – Том хитро прищурился, вспоминая весело проведенные вечера дома у названной девушки. – Нет, не слышал ничего об этом. Приглашаешь? – Конечно! – Лора всплеснула руками, хлопая ладонями по своим коленям. – Сегодня ночью. Все будут собираться часам к одиннадцати, как и всегда, если хочешь расслабиться, приходи. – Она снова улыбнулась, чуть склонив голову набок. А услышав тихий вздох Билла, добавила: – И друга своего бери! Места там всем хватит. Надеюсь, и Биллу не будет скучно. – О, нет, у Греты никому не будет скучно! – весело хохотнул Том. – Только не у нее. – Вот уж с чем не поспорить, – поддержала его девушка заливистым смехом. – И, кстати, если не планируете сверкать прелестями, берите плавки. Отец Греты, наконец, починил бассейн! Будем плавать и отдыхать. – Даже так? – Том присвистнул, складывая руки на груди и опираясь плечом о стену. – Тогда мы точно придем. Сто лет не плавал уже. А ты, Билл? – он глянул на парня, который несколько дернулся от того, что к нему обратились. – Да, я тоже давненько не плавал. – Что ж, отлично. – Девушка снова хлопнула себя по коленям и поднялась. – Ну, тогда передам Грете, что ее любимый баскетболист по удачному стечению обстоятельств примет участие в веселье. – Так и передашь? – фыркнул Трюмпер. – Так и передам, – Лора весело подмигнул парню. – Ну, встретимся там. – И что, даже на чай не останешься? – Нет, нужно помочь младшей с математикой. В другой раз, может быть, – она виновато пожала плечами и кивнула Биллу в знак прощания. – Ну, как знаешь. Не стану перечить, леди. – Том поцеловал ее в щеку и открыл дверь. – Леди, – передразнила его Лора и снова засмеялась. – Все, Трюмпер, я пошла! Пока, Билл. Анпу проводил девушку взглядом до калитки, пока Том не закрыл дверь. Трюмпер улыбнулся, издав веселую усмешку, слегка подпрыгнув в предвкушении предстоящей вечеринки. – Что скажешь, Билл? Готов веселиться? – А что такое бассейн? Том застонал, отбирая у него него тарелку с пирожками, и двинул обратно по направлению в столовую.
