Глава 2
18 ноября 2015 г., 01:13
– Вааааау, – восторженно протянул брюнет, все еще сидящий на мотоцикле, оглядывая высокую многоэтажку, к которой они только что подъехали, – и весь этот дом твой?
В его глазах плескалось столько радости, что огорчить Билла считалось как минимум тяжким преступлением. Но и врать ему тоже не следовало: кто знает, владеет ли Анпу магией в этом мире?
Том улыбнулся, заправив за пазуху куртки фараона кошку, которая так же удивленно таращилась на уходящее в небо здание.
– Нет, только одна квартира. Но там целых две комнаты, и обе мои.
– Две?..– как-то разочарованно раздалось в ответ. – Я думал, мы едем во дворец!
– Никто уже давно не живет во дворцах, – Том усмехнулся, снова подхватывая брюнета на руки. – Лет так шестьсот.
Войдя в квартиру, Трюмпер даже ботинки скинуть не успел, как пришлось ловить Билла, рванувшего сразу в комнату, чтобы снять с него куртку. Тот что-то забурчал, а освободившись от верхней одежды, прошел в небольшую гостиную.
– У тебя коробка больше, чем там, – указав на телевизор, громко изрек он. – Тут больше людей вмещается?
Том застонал, слыша это. Мало ему дел, теперь еще нужно будет объяснять Биллу вещи, которые, казалось, он знал с рождения. Он понимал, что для Анпу все это в новинку, ведь когда он ходил в фараонах, источником света были лишь солнце и огонь, вода лилась на голову из кувшина, а песни исполнялись только тогда, когда фараон захочет.
Пройдя в кухню, парень включил плиту и, подождав, пока панель немного разогреется, поставил на конфорку чайник. Электрический он отнес на работу, да и не было нужды вновь покупать еще один такой же – Тому казалось, что когда чайник греется на плите, дома сразу становится уютнее. Возможно, это напоминало ему о доме, о маме и папе. Он не хотел рассуждать о причине подобных его заморочек, просто делал так, как ему нравилось.
Он вновь вспомнил об Анике. Его сердце тронула толика грусти, отчего он невесело улыбнулся. Он любил ее, но с ее уходом жизнь не обрушилась Тому на голову, а значит, не такие уж сильные были чувства. Скорее, они просто привыкли друг к другу, а разорвать отношения никто не стремился, потому что Тому было вполне комфортно жить с девушкой, а она… Том не знал, что она. Он упорно не хотел думать об этом. Ему была неприятна мысль о том, что все вышло именно так. Возможно, он и хотел этого разрыва в глубине души, но он не предполагал, что они расстанутся именно так, в его квартире.
– Тооооом, там что-то свистит, – послышалось из гостиной.
Ах, да. Чайник.
Вынырнув из кокона своих дум, Том составил чайник на подставку.
***
Весь оставшийся вечер Том отвечал на вопросы, которыми Билл заваливал его с завидной частотой. Трюмпера не тяготило такое времяпрепровождения, скорее, он выдавал пояснения автоматически, мыслями находясь где-то не здесь. Усадив Билла смотреть телевизор, он задумчиво пялился в дождливые сумерки. Что ему делать с внезапно появившимся в его жизни фараоном? Тома удивляла вся эта ситуация, но желания избавиться от парня, чье поведение было непредсказуемым, не возникало. Допив кофе, парень отправился в гостиную, где Билл увлеченно наблюдал за танцами по музыкальному каналу. Он смешно склонил голову в бок, слегка хмурясь и приоткрыв рот. На смешок, сорвавшийся с уст Тома, он неодобрительно зыркнул на него. Трюмпер покачал головой, а Билл снова перевел взгляд на экран. – Что смешного? – как-то немного обижено спросил он, опуская взгляд на Баст, лежавшую перед ним на кофейном столике. – Для тебя это все обыденные вещи, а я раньше никогда не видел такого. Том снова покачал головой и, пройдя в комнату, опустился на диван рядом с Биллом. Билл снова посмотрел на него. Щеки покрылись легким румянцем, но он, тряхнув головой, поспешно отвернулся и снова уставился в экран, выпрямив спину и положив ногу на ногу. Том хмыкнул и снова качнул головой. Все-таки было забавно наблюдать за Анпу. Еще полчаса назад Билл спрашивал его, что такое форточка, смотря на окно огромными удивленными глазами, словно ребенок, впервые видящий фейерверк, а сейчас сидит с гордо поднятой головой и надменным взглядом, всем своим видом показывая царственность и принадлежность к правящей династии. Том скользнул взглядом по голым плечам и худеньким рукам, остановив свой взгляд на кольце, в котором не было камня. Он так и не понял, что Билл имел в виду, когда просил Тома починить его. Его взгляд уцепился за острую коленку, на которой покоилась тонкая кисть. Казалось, что Билла морили голодом в этом чертовом Египте, настолько он был худой, а смотря на бедро фараона, Том подумал, что даже его бицепс будет потолще этой ноги. – Я думаю, тебе нужно переодеться, – сказал Том, так внезапно заметив, что Билл все еще в схэнти. – Во что? – не понял тот, резко повернув голову к Трюмперу. Он чувствовал, что Том внимательно рассматривает его, но не решался показать этого. Ему было приятно внимание парня, поэтому в душе Билл ликовал, что все-таки заинтересовал своего освободителя. – Я принесу тебе что-нибудь из своего, – усмехнулся Том, – не думаю, что тебе удобно во всем этом. – Он поднялся и ушел в комнату. В шкафу в горах шмоток Том отыскал более-менее приличные вещи, которые уже не носил достаточно давно. Все же он занимается спортом, набирает мышечную массу, многие вещи, само собой, становятся малы. Но Том ничего не выкидывал по причинам, не ясным даже ему самому. Он просто все складывал на верхнюю полку, полагая, что однажды наступит день, когда вся эта куча станет настолько большой, что свалится на него, и вот уж тогда Трюмпер подумает, что делать со всем этим добром. Уже выходя их комнаты, Том вспомнил про трусы. Эта вещь гардероба всегда тщательно подбиралась парнем, а по мере испорченности выкидывалась. Вспомнив Билла и его худощавую комплекцию, он пришел к выводу, что на фараоне в любом случае его белье будет болтаться, как на вешалке. Вздохнув, Том подхватил еще не распакованную упаковку с набором из трех брифов и уверенно двинулся в гостиную, где Билл все так же смотрел музыкальный канал, но уже не сидел напряженно, а подмахивал ногой в такт звучавшей мелодии. – Ты же не думаешь, что я стану переодеваться, не искупавшись? – Усмехнулся он, посмотрев на вошедшего в комнату Тома. А об этом Трюмпер действительно не подумал. Слегка нахмурившись, он посмотрел на Билла, а затем кивнул в сторону ванной. – В чем проблема? Иди да мойся, – он пожал плечами и положил стопку одежды на спинку дивана, проходя мимо него. – С ума сошел? – Билл тут же вскочил со своего места, враждебно уставившись на Тома. – Ты за кого меня принимаешь? – гордо изрек он, насупившись и слегка вздернув нос к потолку. – Я же понятия не имею, как всем этим пользоваться, Том, ты говорил, что там можно как-то сделать поток теплее, а если я ошпарюсь? Ты об этом подумал? И вообще, где это видано, чтобы наследник правящей династии сам мылся? Пфффффффф, – закончил тараторить Билл, возведя глаза к потолку, а затем посмотрел на Тома как на идиота, скрестив руки на груди. Том смотрел на Билла, высоко подняв брови и судорожно думая, что же ответить, чтобы Анпу не обиделся. – И что ты предлагаешь? Я уже говорил тебе, у нас не средневековье. Слуг у меня нет, так что придется тебе самому справляться. – Трюмпер усмехнулся и отзеркалил позу Билл, взгляд которого говорил о том, что дитя Солнца точно будет стоять на своем до последнего. – Ты будешь меня мыть, – спустя паузу, длинною в несколько секунд, оповестил его Билл, непринужденно взмахнув рукой. Он двинулся в сторону ванной, пройдя мимо Тома, глаза которого грозились вывалиться из орбит. Он понимал, что от сего процесса ему не уйти, потому как Анпу, и правда, не умевши пользоваться элементарными вещами обихода, мог и ошпариться, и просто-напросто поскользнуться в ванной, случайно выдавив слишком много геля или шампуня. А уж про душ Том решил и вовсе не думать. Биллу он сразу показался не слишком безопасным предметом, и он оповестил об этом Тома тогда, когда они мыли руки, торжественно заявив, что он никогда бы не подумал, что орудия пыток могут быть расположены в купальных комнатах. – Ну ты долго там? – донесся до слуха Трюмпера голос из ванной. – Да иду-иду, – тихо вздохнул он, подхватив вещи, которые были приготовлены им для фараона заранее, отправился точно по зову. Билл стоял напротив зеркала и слегка вертел головой, рассматривая свое лицо в отражении. Он приподнял кончик носа пальцем кверху и фыркнул, тряхнув волосами. – Маленькая свинка, – усмехнулся Том, оставляя стопку одежды на поверхности стиральной машинки, – ты почему еще не разделся? – Ты совсем дурак? – как-то обиженно произнес Билл, протягивая Трюмперу руки так, чтобы он видел застежки браслетов. Том молча уставился на тонкие кисти. – Что стоишь столбом? Снимай уже. Чтобы подтолкнуть Тома к нужным действиям, Билл слегка пошевелил тонкими пальцами и радостно улыбнулся, когда Трюмпер все же приступил к действиям. Дальнейшие указания ему не понадобились, и он уже молча присел, освобождая голень фараона от достаточно тяжелых украшений. То же самое он проделал с ожерельем, попросив Билла развернуться к нему спиной и убрать волосы. – Схэнти сам снимешь, – сказал Том, положив все драгоценности на стеклянную полку перед зеркалом. Билл как-то неоднозначно фыркнул и стянул ткань, висящую на его бедрах. Том принял эту часть костюма и бережно сложил ее, оставляя на крышке корзины для грязного белья. Наверное, схэнти нужно будет постирать, но пока он и понятия не имел, как это делать. Почувствовав на себе взгляд, он снова обернулся к Биллу. Тот стоял, пристально смотря на Том и протягивая ее руку так, как делали это девушки, когда желали, чтобы Том поцеловал их ручки. Усмехнувшись, Том на секунду подумал, что не удивился бы, если Билл таким образом хотел выразить похвалу за бережное обращение с его вещами, но тут же откинул эту мысль. Он понял, к чему ведет Билл. Он взял его руку в свою, становясь позади Билла, а второй же придержал тонкое тельце за талию, пока юный фараон перелезал через бортик непосредственно в саму ванну. Как только Билл уверенно опустился ногами на дно, Том тут же убрал руки. – Ты же не думаешь, что мы сейчас будем купать тебя в молоке? – на всякий случай уточнил Том, регулируя температуру воды. Краем глаза он видел, что Билл покачал головой, чуть попятившись от неожиданного шума. – Вот и отлично. Когда же и напор, и температура потока удовлетворяли Тома, он повесил душ на стену и подтолкнул Билла к тонким струйкам, чтобы вода попадала ему сразу на голову. Тот закрыл глаза и улыбнулся, проводя по лицу ладонями. Пока Билл ополаскивал волосы и улыбался, подставляясь приятной воде, Том смог разглядеть его любимого правителя Египта. Тощее тельце не пугало, как показалось сначала. Том подумал о том, что Билл скорее строен, чем обладает болезненной худобой. Тонкие пальцы зарывались в длинные пряди черных волос, слегка нарушая их естественное положение, но затем поток воды разглаживал их, и кончики волос слегка били их обладателя по пояснице, когда Билл вынимал из них руку. Том последил за этим движением и опустился взглядом ниже. Небольшая, но вполне круглая задница заставила Тома непроизвольно улыбнулся. Все-таки его фараон не доска, и это неожиданно радовало, даже вселяло некую гордость за то, что Билл оказался именно таким привлекательным внешне, каким Том его себе и рисовал, хотя, казалось бы, должно быть все равно до того, как выглядит парень, который попросил его искупать. А точнее, приказал. Билл переступил с ноги на ногу, и Том усмехнулся, слегка ущипнув Билла за худенькое бедро. – Давай уже поскорее закончим с этим делом и ляжем спать. Я устал, – на эту его реплику Билл обернулся и, смахнув с глаз лишнюю влагу, ласково улыбнулся Тому, заставляя последнего сглотнуть и постараться не думать о том, как ему предстоит мыть нижнюю часть тела фараона.* * *
Том разлегся на диване, решив расслабиться и немного отогнать мысли о водных процедурах с юным фараоном. Том стеснялся, краснел и старался не таращиться на фараона лишний раз, на что Билл лишь фыркал и поворачивался, подавая Трюмперу то руку, то ногу, по которой он должен был пройтись мочалкой. Том непроизвольно вспомнил, как Билл послушно и смирно стоял, пока Том обтирал его полотенцем, и как премило пищал, пытаясь надеть белье и крепко держась за Трюмпера, натягивая старые спортивные брюки. Сейчас же он старался избавиться от этих мыслей, творивших беспорядок в голове. Тем более, пока Анпу подсушивает волосы в ванной, есть время подумать, чем же занять Билла завтра, пока Том будет на занятиях. Только в голову пришла умная мысль, а щеки перестали гореть, раздался звонок в дверь. Том застонал, нехотя поднимаясь с дивана, намерено делая это максимально медленно. Звонок снова разразился трелью, и Том подумал, что либо там что-то срочное, либо слишком активные студенты снова утраивают соцопрос. В любом случае, придется открыть. Не смотря в глазок, Том потянулся, заводя одну руку за голову, а другой открывая дверь. По ту ее сторону стояла Аника и виновато смотрела на Тома, теребя подол короткого платья, виднеющегося из-под легкой куртки. – Чего тебе? – усмехнулся Том, почесывая живот. – Том, давай помиримся, – уверенно выпалила она и прошла в квартиру, хоть в планы Трюмпера прием гостей не входил. – У каждого ведь есть право на ошибку, ну? – с надеждой в голове почти пропела девушка, разуваясь и проходя в гостевую комнату. – Но не каждую ошибку стоит прощать, – не сразу ответил Том, поражаясь тому, как смело бывшая девушка себя повела. – Но ведь я твой косяк простила, – всплеснула руками девушка, остановившись возле дивана. Том прошел в кухню. – Какой мой косяк? Когда твоя подружка прилегла рядом со мной, пока я был в бессознательном состоянии? Очень смешно, Аника, – он фыркнул и, поставив чайник на плиту, оперся плечом о косяк двери, соединяющей кухню и гостиную, где в растерянности оправдывалась его бывшая девушка. – Пойми, если бы это было не у нас дома, я бы еще выслушал твои оправдания, но сейчас, извини, нет, – он покачал головой, – это будет слишком смешно. Глаза блондинки подернулись пеленой слез, и она посмотрела себе под ноги, осознавая, что игры закончились. Поправив расшитой тонкой рюшкой подол платья, она грустно вздохнула. Никогда раньше она не задумывалась о том, что будет, если Том вернется чуть раньше, чем должен был, но все случилось слишком неожиданно, чтобы сейчас себя ругать об этом. Собрав всю волю в кулак, она поджала полные губы, делая глубокий вдох, и, не смотря на Том, сказала: – Том, я бе… – Том? Это кто? – спросил Билл, вышедший из ванной. Он подсушивал волосы полотенцем, с ног до головы осматривая недавно прибывшую девушку. Та в свою очередь пыталась рассмотреть фараона, но когда взгляд наткнулся на футболку Тома, у Аники в голове переклинил какой-то механизм. Она тут же вскочила, гневно переводя взгляд на Трюмпера, который уже и забыл, что они не одни в квартире. – Вот, значит, как, да, Том? – сквозь зубы прошипела она, откидывая волосы за спину. – Я, значит, виновата, а сам к себе потаскух всяких водишь! – Ты кого потаскухой назвала, нищенка? – зло сорвалось с уст Билла, который, откинув полотенце в сторону, упер руки в бока. – Тебя! – гаркнула с виду милая девушка и метнула ядовитый взгляд в бывшего парня.– Том, и как давно ты ее ебешь? Измены все на меня свесил, а сам-то не святой оказался. Хоть бы смотрел, на кого ты меня променял. Это, – выделив слово интонацией, она снова просканировала глазами Билла, – площе ровной поверхности. И как ты до такого скатился? Когда-то… – Перестань, Аника, – перебил ее Трюмпер, которого вовсе не забавляла перспектива ругани на ночь. – У меня хотя бы ума хватает на то, чтобы понять, к чему могут привести приводы пассий домой, – высказался Билл, подойдя к девушке на опасно близкое расстояние. – Ты меня еще и тупой называешь?! – чересчур наиграно удивилась Аника и схватила Билла за волосы, больно оттягивая их. Фараон застонал, откидывая голову, но в долгу не остался и тоже схватился за пышную копну волос, резко дернув ее назад. Такого Аника не ожила, поэтому ослабила хватку на голове Билла, позволив тому мгновенно сомкнуть челюсти на ее предплечье. Внезапно раздался кошачий вой, и вот в следующую секунду недавняя дама сердца Тома отбивается от кошки, которая не растерялась в сложившейся ситуации и, вцепившись когтями в спину девушки, встала на защиту обожаемого фараона. Том, не сразу понявший, что происходит, тут же кинулся к Биллу, за талию оттаскивая его от вопящей всеми благими матами Аники. Спустя пару безнадежных попыток выбраться из медвежьих, как фараону показалось, объятий, он был заперт в кухне, где во всю свистел чайник. Трюмпер кинулся к бывшей девушке, которая, дотянувшись-таки до кошки, ухватилась за длинный хвост и пыталась сбросить ее со своей спины. Он несколько раз шлепнул девичьи кисти, призывая ее прекратить насилие над животными, и взял кошку на руки. Пока Аника тяжело дышала, приходя в себя, Том в одну секунду распахнул дверь кухни и всучил ничего не понимающему Биллу в руки кошку, которая злобно шипела на притихшую девушку. Видимо, ее запала хватило бы на более кровавую битву за честь и достоинство опекаемого ею Анпу. Закрыв дверь, Том стиснул кулаки и повернулся к Анике. – Чтобы я больше тебя здесь не видел, ясно? – яростно прошипел он, подхватывая девушку под руку и выводя из квартиры. – Если хоть раз увижу, придушу, а ты знаешь, что когда я злюсь, я все могу. С этими словами он выставил ее за дверь и вручил невысокие сапоги и куртку, которую она тоже успела сбросить, с пинка закрывая дверь, которая с грохотом скрыла ненавистное милое личико некогда любимой девушки. Несколько раз шумно выдохнув, он, наконец, услышал свист чайника и тихую ругань Билла, который, как оказалось, пытался снять чайник с плиты голыми руками. Том выключил чайник и переместил его на подставку, обходя тихо воющего Анпу, который обжег ладонь в попытке сделать как лучше. Настроение было безнадежно испорчено. Даже кофе пить расхотелось. Том рухнул на диван, ладонью закрыв глаза и застонав. Слишком много всего случилось за последние сутки, и это сильно давило на него, не привыкшего к такой бурной жизни, насыщенной весьма эмоциональными событиями. Аника со своими дурацкими оправданиями и скандалами, Билл, так внезапно появившийся в его жизни, и вся суматоха, связанная с этим. Казалось бы, что хуже и быть не может. В кармане брюк тихо пропищал телефон. Рывком вытащив его, Том открыл входящее сообщение и застонал с удвоенной силой. «Милый, надеюсь, ты не забыл о нас? Мы с папой ждем в эти выходные. Пора навестить любимых родителей, а заодно помочь отцу переложить кладку у камина» Как он там думал? Хуже уже не может быть? Оказалось, что может.
