Neighbors

Два месяца спустя. – Мик, ты не видел мои ключи? – окликнул Галлагер своего парня в дверях, продолжая активные поиски небольшой связки, в очередной раз испарившейся в самый неподходящий момент. – Не-а, я вчера своими открывал, – обернулся на голос брюнет, хлопнув ладонью по карману, проверяя наличие в нем собственного комплекта и выходя на лестничную площадку. – Черт, я точно помню, что они были в сумке, – недовольно поджал губы рыжий, шаря рукой в содержимом своей планшетницы, сминая пальцами листы конспектов и царапая их подушечки о потерявшие колпачки ручки. – Бля, Йен, – закатил глаза Милкович, бросив быстрый взгляд на наручные часы, угрожающие первым опозданием на работу за последний месяц. – Пошли уже, а то Линда мне дубинку в очко затолкает, – прокричал он вглубь квартиры, сжимая обозначенное отверстие в страхе встречи с недовольной начальницей. – И ты этого даже не почувствуешь, – слыша за спиной едкий комментарий сестры, как всегда «вовремя» вышедшей из соседней квартиры. – Ты ж с хера галлагеровского ни на минуту не соскакиваешь, – широко улыбнувшись, пояснила свою мысль не выспавшаяся из-за непрекращающихся стонов и криков за стеной этой ночью девушка, застегивая пальто, едва способное прикрыть своим подолом ее ярко-оранжевую рабочую униформу, – привет, Йен, – и помахала рукой выглянувшему в коридор другу. – Кроличья ферма Роджер-парка к вам еще за обучающими видеоматериалами не обращалась? – поинтересовалась Мэнди, поправляя коричневую кепку на голове, искренне наслаждаясь выражением крайнего негодования на лице Микки, пытающегося экстренно придумать достойный ответ. – Иди в пизду, – но ничего лучше привычного посыла брюнет воспроизвести не смог. – Обязательно, братишка, только вечером, – подмигнула ему девушка, – сейчас на работу нужно, – и, щелкнув пальцем по носу Микки, направилась к лестнице. – Тебе тоже стоило бы поторопиться, а то рыжему полночи придется резину из твоей задницы выковыривать, – усмехнулась она, напоминая парню о нависшей над его анусом угрозе, и поспешила вниз, чтобы избежать ответного подзатыльника или пинка. Но Милкович так просто отпустить ее не мог: – Эй, блять, – окликнул Мэнди он, – вместо того, чтобы о моей жопе волноваться, лучше б у шефа спросила, каким хуем белки к вафлям относятся! – выкрикнул он вдогонку обернувшейся сестре, используя последнее из возможных орудий в словесной войне – небольшого плюшевого зверька на макушке рабочей кепки официантки. Получая в ответ знакомый каждому жест среднего пальца, объявивший об окончании разговора. – Блять, ГАЛЛАГЕР! – проводив сестру злобным взглядом, вновь взревел Микки, потерявший драгоценные минуты на препирания с родственницей. – Заебал ты уже, пошли так, – приказал он, заглядывая в квартиру в поисках парня, продолжающего шариться по карманам всех висевших возле выхода курток. – Иду, – обреченно пробормотал Йен, наконец, обуваясь, прощаясь с надеждой обнаружить связку ключей в ближайшее время. – Возьми велосипед, пожалуйста, – попросил он Милковича, выкатывая своего двухколесного друга на площадку, благодарно кивая недовольно поджавшему губы, но, все же, перехватившему руль транспортного средства парню. – Дай свои, я закрою, – и протянул руку за комплектом ключей Микки, две недели назад торжественно врученным переехавшему к нему брюнету. Щелкнув замком и вернув связку обратно ее владельцу, рыжий подхватил велосипед под раму и, закинув его себе на плечо, поспешил вслед за убежавшим вперед Милковичем. – Ты во сколько сегодня заканчиваешь? – поинтересовался он, догоняя парня на пролете третьего этажа. – Как обычно, в восемь, – обернулся на него брюнет, перестав смотреть вперед и не заметив появившейся на дороге преграды – двух разговаривающих девушек – налетая на одну из них и выбивая из руки той окурок. – Ну, ебана, – выругался он, поднимая взгляд на Светлану, которую чуть и не сбил с ног. – И тебе доброе утро, Милкович, – хмыкнула девушка, потирая ушибленный подбородок, – привет, – кивнула появившемуся следом Йену она. – Да, пиздец, какое доброе, – недовольно пробухтел Микки, фыркнув на хихикающую за спиной соседки сестру, до сих пор немного заведенный недавней перепалкой. – Что... – Не обращай внимания, – предвосхитила вопрос русской о причинах плохого настроения друга Мэнди, махнув рукой на продолжающего скрипеть зубами брата. – Микки сегодня не выспался, – пояснила она Светлане, многозначно поведя бровью в сторону рыжего соседа, прозрачным намеком и своей широкой улыбкой находя в лице той верного союзника для дружеских подтруниваний и колких замечаний. – Ох, ты ж мой бедненький, – чересчур эмоционально всплеснула руками шатенка, подходя ближе к Микки и расправляя на плечах того потасканную парку. – И как ты, несчастный, работать-то теперь весь день будешь? – пытаясь выдать сарказм за сочувствие, покачала головой она, затягивая вязаный зеленый шарф на шее брюнета, чуть переусердствовав с нажимом и придушив Милковича. Совсем немного, любя. – У кого вечером собираемся? – поинтересовалась Мэнди, планируя меню очередного совместного ужина, когда все четверо уже вышли на улицу, чтобы разойтись в разные стороны. – У вас, – поспешил с ответом Микки, перебивая Йена, в зеленых глазах которого он прочитал намерение пригласить гостей к себе.– А то вы ж, блять, как тараканы, хуй потом избавишься, – пояснил он свою мысль компании, даже не заметив оговорки. – «У вас» это у кого? – решила уточнить Светлана, не найдя в ответе Милковича конкретики. – У меня или у Мэнди? – Да какая, нахуй, разница? – отмахнулся он, вновь взглянув на часы, мысленно попрощавшись со своим правым яичком – излюбленным адресатом угроз Линды. – Куда скажете, туда и завалимся, только мою хату не трожьте, – предупредил Микки и сорвался с места, надеясь быстрым бегом наверстать проебаное время. – Слышал, Морковкин? Его хату, – акцентировала внимание на сказанном русская, растрепав огненную шевелюру друга, приводя ее в более привычное взгляду взъерошенное состояние. – Так, что в итоге? Где собираемся? – переспросила она, оборачиваясь к брюнетке. – Давай у меня, – ответила Мэнди после нескольких секунд раздумий. – Я заскочу в магазин за продуктами после работы, а с тебя тогда десерт, – быстро раскидала она обязанности, тепло улыбнувшись шатенке и развернулась к Галлагеру. – К девяти чтоб были, – строго проговорила девушка, получая утвердительный кивок от рыжего. – И никаких «потрахаться на дорожку» чтоб мне, а то опять придется вас полночи ждать, – поддев друга плечом, хмыкнула она и, оставив быстрые поцелуи на его щеке и щеке Светланы, поспешила вслед за Микки. – А вы прям скучали тогда без нас, – закатил глаза Йен, вспоминая события обозначенного девушкой вечера, намекая оставшейся рядом русской об осведомленности о происходившем в стенах соседствующей квартиры. Перекинув ногу через своего двухколесного друга Галлагер наклонился за прощальным поцелуем к Светлане, едва заметно улыбнувшись порозовевшим щекам шатенки, размышляя над тем, что подкинуть Микки новый аргумент для частых споров с сестрой и ее подружкой – не такая уж плохая идея. Не со зла, просто уравновесить силы. Проводив взглядом долговязую фигуру, свернувшую за угол верхом на велосипеде, Светлана достала из пачки Мальборо новую сигарету, надеясь, наконец, получить свою законную порцию никотина, и, прикурив, помахала рукой раскачивающейся в окне первого этажа занавеске, прекрасно зная, что любопытный старик наблюдал за их неразлучной четверкой все это время. – Эх, молодость, – протянул управдом, ковыляя к своему продавленному дивану, улыбаясь возникшей в его седой голове мысли, что к появлению у брата и сестры Милкович возлюбленных он имеет непосредственное отношение. И Стэн, конечно, был прав. Вот только с парной расстановкой старик немного промахнулся.

***

– Эй, Мик, – убирая во внутренний карман куртки конверт с месячным жалованием, позвал Томми вышедшего от Линды брюнета, крепко сжимающего в руке точно такой же. – Мы с ребятами в бар собрались, ты с нами? – поинтересовался он, расписываясь в журнале передачи смен, предвосхищая положительный ответ. – Не-а, – но Милкович его сильно удивил. – Хм, а чего так? – нахмурился мужчина. – Не охота, – бросил короткое Микки, подходя к столу и повторяя действия напарника, отмечая время ухода и заверяя его своей корявой подписью. – Да ладно тебе, я угощаю, – не желая верить своим ушам, предложил Томми, сжимая огромной ладонью плечо брюнета и пуская в ход самый сильный аргумент, прекрасно зная, что от халявного вискаря отказаться Милкович не сможет. Ну, по крайней мере, за долгие годы знакомства еще ни разу не отказывался. – Не, – слишком уж быстро ответил парень, выпрямляясь, за спиной напарника заметив что-то, вызвавшее на лице его улыбку, увидеть которую хоть раз едва ли довелось большинству сотрудников «Cash&Grab» за все годы работы бок о бок с вечно недовольным ворчливым охранником. – Без меня сегодня, – пожал Микки руку ошарашенного приятеля и поковылял к выходу, по ту сторону стеклянной двери супермаркета находя поджидавшего его Галлагера. – Привет, – улыбнулся рыжий, поднимаясь с бордюра и идя навстречу, останавливаясь в шаге от Микки и чуть наклоняясь, чтобы поцеловать своего парня. Резко подавшегося назад, высоко вздернув брови: – Ты чё? – рыкнул Милкович, воровато оглянувшись, прекрасно зная о возможности легкого просмотра парковочной зоны изнутри помещения через огромное затемненное стекло. – А что? – переспросил Йен, приподнимая уголок губ и не меняя положения тела, давая брюнету возможность передумать. Убеждаясь в оправданности предоставленной отсрочки уже через пару секунд, когда Микки, еще раз посмотрев через плечо и что-то неразборчиво пробубнив себе под нос, все же, двинулся к нему навстречу, клюнув его в губы коротким поцелуем. – Пошли уже, блять, – не дав рыжему насладиться своей маленькой победой, приказал Милкович, слыша за спиной приглушенный свист, крепко сжимая зубы и кулаки, чтобы не обернуться на него и не послать по всем известному маршруту Томми, в компании других работников магазина, широко разинувших рты, наблюдающему за встречей двух парней через витрину. Ответа от Галлагера брюнет дожидаться не стал – ухватившись за руль приставленного к стене велосипеда Йена, он толкнул транспортное средство вперед и неторопливо поплелся в направлении дома, прислушиваясь к шуршанию шагов нагнавшего его через пару секунд рыжего. Озвучившего вопрос, услышав который Милкович запнулся: – Хочешь прокатиться? – заглянув в голубые глаза парня, поинтересовался Йен, накрывая одну из рук брюнета своей ладонью и аккуратно нажимая двумя пальцами на тормоз, блокируя движение заднего колеса, вынуждая остановиться и велосипед и Микки. – Я буду тебя придерживать, – пообещал он, прекрасно помня о том, что его молодой человек не умеет кататься. – Блять, в пизду, ну, нахуй эту ебанутую затею, – решив передумать в самый последний момент, проворчал Милкович, восседая верхом на двухколесном монстре, обернувшись через плечо на Йена, крепко ухватившегося за его бока, не позволяя упасть. – Я точно щас пизданусь, – начал паниковать он, когда Галлагер подтолкнул его вперед, приводя шаткую конструкцию в движение, переместив одну руку на руль, второй продолжая придерживать напрягшегося парня. – Бля, нет, рыжий, эта хуйня ничем хорошим не закончится, – замотал головой Милкович на увеличение скорости, памятуя недавнюю встречу своей мошонки с металлической рамой адской колесницы, покусившейся на самое ценное, когда он пытался на нее забраться. – Нет, все, блять, в пизду, я... – Мик, заткнись, – не выдержал Йен, переходя на легкий бег и постепенно ослабевая хватку. – Закрой рот и просто крути педали, – посоветовал он, отпуская своего парня и останавливаясь, широкой улыбкой провожая стремительно удаляющуюся от него фигуру, на всю улицу выкрикивающую красноречивые угрозы и обещающую скорую смерть. Прикрывая рот ладонью в попытке хоть как-то уменьшить громкость вырывающегося из груди хохота, Галлагер подскочил к распластавшемуся на тротуаре Микки, извергающему все новые проклятия, в многообразии произносимых брюнетом оскорблений сумев разобрать «мудак» и «еблан» с первого раза. А в металлическом скрипе раскуроченного велосипеда, придавленного матерившимся Милковичем, и тихом «убью» сквозь его плотно сжатые зубы уловив что-то до боли знакомое. «Ну, хоть не обоссался в этот раз» улыбнулся сам себе Йен, протягивая руку своему парню, чтобы помочь подняться. THE END