Звери

Смахнув с лица пот, Генри удобнее перехватил свою ношу и зашел в квартиру. Скинув обувь, парень прислушался: в квартире царила тишина. - Донхэ? Генри поставил сумку с его вещами на пол, а пакет с продуктами отнес на кухню. Когда китаец закончил разбирать его, на стул плюхнулся сонный Донхэ. - Я есть хочу, - зевнул парень, подпирая ладонью щеку. - Я говорил тебе, что можешь подогреть ужин. - Только у ужина почти выросли ножки, и он почти убежал из холодильника, - фыркнул Хэ. - Я принес твои вещи, можешь переодеться. - Мне и так нормально. Генри окинул голый торс Донхэ быстрым взглядом: его пижамные штаны были малы Фиши, поэтому ткань растянулась на бедрах и в голени. - Как знаешь. Китаец лишь хмыкнул и принялся мыть овощи, но сильные руки обвили его талию, а на плечо лег подбородок рыбки. Донхэ игриво подцепил зубами мочку уха и слегка потянул. - Хэ, давай сначала поедим, а потом будем развлекаться. - Я хочу сейчас! - Сначала поедим! – настаивал китаец. Но его резко развернули спиной к кухонному столу и заткнули рот грубым поцелуем. Генри, в который раз, закатил глаза, позволяя поднять себя за бедра, чтобы потом обвить ногами талию Фиши. - Я сверху, - задорно улыбнулся Донхэ, утаскивая младшего в постель. - Хоть сбоку, только смазку не забудь. Это последнее, что отчетливо смог проговорить китаец, дальше комнату наполнили тяжелые вздохи и тихие стоны. - Я есть хочу, - протянул Фиши, лежа на Генри. - Тогда слезь с меня, и я что-нибудь приготовлю. - Нет, в тебе так тепло и уютно. - Свой член потом греть будешь, - младший стукнул Донхэ по голове, пытаясь спихнуть того с себя. – И вообще, пока мы с тобой кувыркались, времени вообще не осталось. Мне на работу нужно. -Забей. Но Донхэ послушно вышел из Генри, перекатываясь на свободную часть постели. Младший лишь поморщился, чувствуя, как вытекает чужая сперма( Фиши напрочь отказался использовать презерватив), и еле поднялся с кровати. Донхэ был первым его парнем. Вернее, до этого у Генри были парни в плане секса, но он всегда был сверху. Что же его заставило так быстро согласиться на роль пассива, когда раньше это было невозможно, сам парень не знал. Но неопытность Донхэ в таких делах дала о себе знать: плохая растяжка и слишком резкое проникновение без возможности привыкнуть к неприятным ощущениям теперь отдавалась неприятной болью в заднице. Поэтому сейчас Генри, сильно хромая, шел на кухню, чтобы быстренько сообразить поужинать преимущественно для Донхэ, сам он мог поесть и в баре. А потом ему нужно на работу. Как обслуживать клиентов в таком виде, он предпочитал не думать. *** Реук зашел в кафе, опоздав ровно на полтора часа. Тайно надеясь, что Смотритель не стал его ждать и ушел, Вукки окинул взглядом небольшое и уютное помещение. Блондин приветливо помахал ему из-за столика возле окна. Вздохнув, парень нехотя поплелся к столу, усаживаясь напротив Сонмина. - Ты опоздал, - в голосе блондина ни грамма упрека. - Бабушку через дорогу переводил, - отмахнулся Реук, принимая меню у подошедшего официанта. Блондин слегка улыбнулся, на что младший лишь буркнул что-то не разборчивое и погрузился в изучение блюд. Спустя время официант снова подошел к столу, принимая заказ. Реук ограничился чашечкой кофе, в то время как Сонмин заказал пару пирожных и колу. - Что? – Сонмин смутился под пристальным взглядом младшего. – Иногда же можно устроить праздник живота. - Походу он у тебя часто случается. Макнэ, усмехнувшись, стрельнул глазами по животу Смотрителя, заставляя того возмущенно засопеть. Но стоило официанту принести заказ, как вся обида тут же испарилась, и парень с детским восторгом накинулся на сладости. Весь перемазанный кремом и с огоньком в глазах, Сонмин выглядел совсем ребенком, вызывая улыбку на лице Реука. - Будешь? Блондин тянет кусочек пирожного ко рту Вукки, но тот теряется, поэтому не реагирует. - Это не повредит твоей фигуре, - смеется Смотритель, а младший, в знак протеста, неловко съедает угощение, пачкая губы кремом. – У тебя пирожное на губах. Сонмин смеется сильнее, хотя сам перемазан сладким. Он задорно размахивает маленькой вилочкой, давая указания Реуку, где надо вытереть. В конце концов, Реуку надоедает чувствовать себя дураком, и он начинает злиться: - Ты все врешь! Я не испачкан! - Какой ты беспомощный, - вздыхает Сонмин. – Дай я вытру. И Сонмин перегибается через стол, проводя языком по губам младшего. Глаза Реука широко распахнуты, а Смотритель уже отстранился, довольно облизываясь. - Эй, смерти хочешь?! – наконец приходит в себя Реук. - Нет, просто было бы жалко, если крем пропал, - безразлично подал плечами блондин, принимаясь за второе пирожное. А кончики ушей младшего чуть заалели. Когда парни покидают кафе, Сонмин тянет Реука в свою машину, бессовестно пользуясь своим статусом Смотрителя. Младший, лишь поджав губы, послушно садится на пассажирское сидение и утыкается взглядом в окно. Когда же он понимает, куда его везут, младший не может скрыть удивление: - Парк аттракционов? Ты серьезно? - Более чем, - уверенно кивает блондин. - Ненавижу аттракционы, - бурчит Реук. - А может, просто боишься? - Ничего я не боюсь! Когда парни наконец оказываются возле первой горки, пусть и не американской, Реуку уже этого достаточно, что бы начать нервничать. Сонмин лишь улыбается и покупает два билета. - Точно не боишься? Блондин усаживается в неудобное сидение, застегивая ремни безопасности. Реук долго с ними возится – его руки мелко подрагивают, но он старается не подавать вида. Когда тележка начинает двигаться, Смотритель довольно жмурится, предвкушая ветер в волосах и порцию адреналина в крови. Он с блестящими глазами смотрит на побледневшего Реука и сжимает его ладонь своей. Но уже спустя минуту, его пальцы крепко стискивают от страха с такой силой, будто пытаются сломать. В ушах, помимо свиста ветра, периодически раздаются истошные вопли младшего. Для Сонмина эти минуты были наполнены счастьем, хотя для Реука они показались сущим адом. Паренька всего колотит, а ноги не хотят держать, поэтому блондин его поддерживает. - Я бы прокатился еще раз, - довольно улыбается Мин. - Иди к черту, психопат! Вукки не узнает свой голос, тот сел от истошных криков, и в нем слишком заметна паника. Взяв себя в руки, макнэ пытается успокоиться, чтобы не прибить этого чертова Смотрителя с его чертовыми аттракционами. - Отвези меня в бар. Реук еле передвигает ватными ногами, но желающего помочь Сонмина он толкает с такой силой, что тот падает на асфальт. В машине царит напряженная тишина, даже тихая мелодия, льющаяся из динамиков авто, не разряжает атмосферу. Когда машина подъезжает к бару, возле него уже начинает собираться народ, ожидая открытия. Реук молча выходит из машины, но его быстро догоняет Сонмин, хватая за запястье. - Прости, я, правда, не думал, что ты так боишься горок. - Забей. - Реук, прости. Смотритель, продолжая сжимать запястье макнэ, делает шаг вперед и легко касается губами лба младшего. - Извини, такое больше не повторится. Йесон выходит из-за угла бара как раз в тот момент, когда блондин целует Реука в лоб. Гнев моментально вспыхивает в бармене, застилая глаза. Он готов сию же минуту порвать этого наглеца на мелкие кусочки, и чихать он хотел на дальнейшие проблемы. Но чьи-то руки замком сцепляются на его животе, прижимая к чужому телу. Теплое дыхание щекочет кожу за ухом, а бархатный глубокий голос теплым ядом проникает в самый мозг: - Может хватит быть эгоистом и держать его при себе как зверушку? - Я не эгоист, - рычит Йесон, пытаясь скинуть чужие руки, но те только сильнее прижимают его. - А он не зверушка. Отпусти его, хватит мучить. - Он принадлежит мне! - А он об этом знает? – но в ответ лишь тишина. Обладатель бархатного голоса зарывается носом в смоляные волосы, втягивая их запах. – С таким же успехом я мог бы заявить права на тебя, дьявольский бармен. Йесон дергается и поворачивает голову на голос. Лицо Кюхена в сантиметре от его, а теплое дыхание опаляет губы. Вблизи глаза рыжего необычайно красивы, шоколадные капельки разбавляют кофе в радужной оболочке. Чонун пристально смотрит на них, и на подсознательном уровне начинает пересчитывать. - Ты хочешь обладать мной? Тогда тебе, малыш, в очередь. - О нет, ты не понял. Мне не нужна твоя голова, я не из охотников за ней. Мне нужен ты полностью. Кюхен цепляет губами губы Йесона, но в ту же секунду складывается пополам, судорожно втягивая воздух от удара под дых. Чонун пальцами скользит по своим губам и склоняется к парню, приподнимая его лицо за подбородок: - Не прыгай выше головы, Кюхен.