The Rise and Fall

Существует множество мнений относительно смерти. Кто-то верит в то, что жизнь есть и в загробном мире, что есть Рай и Ад, и что так называемое «распределение» происходит в зависимости от того, насколько сильно грешил человек в жизни. Если верить этому мнению, то, получается, в Раю царит вечная пустота, ибо безгрешных людей не бывает. Также некоторые верят в реинкарнацию – в переселение душ. В таком случае получается, что души людей постоянно блуждают по разным оболочкам, нравится им это или нет. Хотя, по идее, сама по себе душа с каждым перевоплощением теряет память о прошлой оболочке. Или она теряет её сразу же с момента смерти?.. Скептики же считают, что после смерти человека ждёт чёрная пустота, и его «душа» никуда не девается, потому как её попросту нет. Вся фишка в том, что никто не знает, каково оно на самом деле, ведь для того, чтобы узнать, нужно умереть. А если уж узнаешь, то рассказать ничего не получится, ведь воскрешение из мёртвых – это уже что-то действительно из мистики и сказок. Хотя врачи частенько «возвращают к жизни», к примеру, запуская остановившееся сердце или дыхание. Именно это и называют в наше время «из могилы вытянул». А «воскресить» того, кто пролежал в могиле, скажем, месяц? Нет, этого никто сделать не в силах. Поэтому никто не знает, что находится там, по ту сторону бытия. Тошии казалось, что смерть – это бесконечный сон. Но он ошибся, перепутав смерть с комой… - Закрытые переломы левого бедра, левой руки и перелом плеча со смещением! Внутреннее кровотечение в брюшной полости! Закрытые переломы рёбер!.. - В реанимацию, немедленно! - Жив? - Да жив этот придурок, жив! Несите анестезию, иначе умрёт от болевого шока! - Быстрее! - Перекладывайте на каталку! - У нас только один врач сейчас свободен и может прооперировать… - Два! - Хорошо, Тэрачи-сан, будете оперировать! Такаяма, готовь операционную, живо! - Это же надо! Сигануть с седьмого этажа и ещё живым остаться!.. - Заткнись и вводи анестезию, быстрее, он очнулся! Сознание на секунду вернулось, перед глазами проносились яркие полоски света и лица врачей, медсестёр и фельдшеров. Тошии казалось, что его разорвало на части, а то, что ещё осталось более-менее живым, просто сгорит в этом пламени боли, которое уже задело всё. Даже волосы, казалось, болят. Кровь сочилась из порезов на лице и руках, из разбитого носа и даже изо рта. Парень хотел сказать что-то, хотел крикнуть, но ничего, кроме хриплого бульканья, не выходило. - Молчи! Не говори ничего, Хара! – раздался незнакомый женский голос. – Анестезию колите скорее, он же очнулся, он умрёт от боли! Тошия не чувствовал боли от иглы, потому как она тонула в общем фоне. Хотелось зарыдать, хотелось умереть прямо здесь и сейчас, хотелось орать на всех и вся. Но это всё лишь осталось желанием – в глазах померкло, все звуки стихли, а боль ушла, как будто её и не было. «Это конец? Я умер, ведь правда?» - успел подумать юноша перед тем, как провалиться в забытье.