Шёлк и тени

      Хантер, чувствуя себя омерзительно, схватил у проходящего лакея бокал пунша и, морщась, одним махом осушил его. Хонг не любил сладкого, но алкоголь сделал свое дело: ему удалось немного расслабиться. После отвратительного разговора с бывшим любовником Сяолуном Шу Хо альфа ещё раз убедился, что несмотря на красивые и яркие огни, дорогие магазины, казино, рестораны, Макао - клоака. Вся эта мишура - ничто. Хантер знал, что скоро в нем шевельнется жалость и станет совсем гадко от самого себя. Так было всегда, когда Хонг пытался отомстить своим врагам, — было бы верхом лицемерия притворятся, что он лучше Сяолуна.       Выкрики, доносившиеся из главного зала, становились все громче. Альфа решил посмотреть, в чем там дело. У центрального стола собралась небывалая для казино толпа. Игра была в самом разгаре. Наплыв играющих не нарушил заведенного здесь порядка. Все шло своим чередом: крупье сгребал игральные кости, специально нанятый человек громко сокрушался о больших потерях банка — это всегда подогревало игру — официанты внимательно следили за тем, чтобы у гостей не пустовали бокалы. Два швейцара, в задачу которых входило отвести желающих "к мальчикам", терпеливо поджидали своих клиентов. Однако покидать игральный зал пока никто не хотел.       Целая толпа альф всех возрастов и сословий собралась вокруг единственного омеги. Он стоял возле стола и из стаканчика бросал на стол кости.       Этот красавчик умудрялся флиртовать одновременно, по крайней мере, с дюжиной игроков.       Хантер невольно улыбнулся. Он не видел, чтобы какой-нибудь омега привлекал к себе столько внимания. Интересно, откуда взялся этот парень, гадал альфа. Он знал всех омежек, недавно приехавших в Макао, но этого не видел ни разу. Наверное, он муж какого-нибудь дипломата или известный куртизан* — красные, манящие губы, точеные обнаженные плечи, белевшие над открытым воротом костюма, растёгнутом на три пуговицы, блестящие огненные кудри. Он часто смеялся, соблазнительно закидывая назад голову. Как и все присутствующие, Хонг был заворожен красотой этого парня, его соблазнительной фигурой, прелестной шейкой, тонкой талией и чудным костюмом, выгодно отличавшимся от бесформенных нарядов остальных омег, сшитых в европейском стиле. — Я предлагаю тост за самый известный бюст Китая! — закричал Рае Са Иба, известный столичный повеса. Собравшиеся вокруг стола альфы со смехом подняли вверх свои бокалы. Официанты бросились на кухню за новой партией напитков. —Сяоцзе, — умолял омегу один из гостей, — прошу вас, бросьте за меня кости. — Ну что ж, пусть удача сопутствует вам! — воскликнул юноша и так замахнулся, чтобы бросить кости, что и без того распахнутый воротник всколыхнулся, что виду мужчин предстали два розовых сосочка. Восторженный вздох пронесся по толпе. Хантер решил вмешаться. Или малыш не понимает, как он действует на альф, или делает это нарочно. Но как бы то ни было, Хонг хотел поговорить с ним.       Крис бросил кости, и выпала тройка. — Ставка — тридцать к одному! — выкрикнул крупье. Но крупье никто не слышал: все наперебой упрашивали прекрасного незнакомца бросить кости еще раз. Однако, прежде чем прелестник смог произнести хоть слово, сильные руки схватили его сзади за талию и выудили из толпы. Альфы было запротестовали, но, признав в похитителе омеги самого Хантера Хонга, мгновенно стихли. Страсти окончательно улеглись, когда местные проститутки, воспользовавшись моментом, направились к осиротевшим вдруг кавалерам.       Омега едва смог скрыть радостную улыбку. Он привлёк внимание своей пары! Теперь, нужно только дождаться подходящего момента и он расскажет ему всё... Крис медленно поднял глаза, лицо его похитителя было скрыто маской. — Вы оторвали меня от игры. — Но из-за вас в моем казино вот-вот мог разгореться скандал. — В вашем клубе? Стало быть, вы — сяньшен Хонг. — он кокетливо улыбнулся. — Но в мои планы не входило нарушать порядок! Я могу исправить положение? Альфа внимательно посмотрел на него. — Пройдемся, — предложил он. — И все? Я-то думал, что вы предложите мне что-нибудь поинтереснее. — Похоже, вы разочарованы? Крис пожал плечами. — У вас такая репутация, сяньшен... мне казалось, от вас можно ждать чего угодно. Внезапно омеге показалось, что он себя выдал: его голос чуть дрогнул, и Хантер вполне мог узнать его. — Кто вы? — очень внимательно глядя на незнакомца, спросил Хонг. Крис вызывающе закинул голову вверх. — Разве вы меня не знаете? Лицо альфы стало серьезным. — Собираюсь узнать, — ответил он. Розовый туман стал рассеиваться; Кристиан постепенно возвращался к реальности. Он вдруг почувствовал себя неловко и отступил от Хонга в сторону. — Может, я приехал сюда не один, — заявил омега, испугавшись и уповая лишь на то, чтобы недавняя бесшабашность снова вернулась к нему. Нужно было выпить еще. — И вообще, может, я замужем. — Вы не уйдете отсюда ни с кем, кроме меня. Крис засмеялся, и притворился напуганным. — Меня предупреждали о таких альфах, как вы. - за кокетством, омежка скрывал панику. Всё шло совсем не так! Он многовато выпил и, в результате, настроил альфу не на серьёзный разговор, а на сексуальную волну! Хонг наклонился к самому его уху и прошептал: — Надеюсь, вы не слушали этих людей. Он осторожно провел губами по чувствительной и нежной щечке; Кри закрыл глаза и задрожал всем телом. Он не мог противиться природным инстинктам! Юноша хотел было собраться с силами и отстраниться от соблазнителя, но вместо этого придвинулся еще ближе к нему — он был не в силах противиться его воле. Хантер нежно куснул его за ухо и тихо проговорил: — Пойдем со мной. Крис, словно завороженный, не мог сдвинуться с места. Но он все-таки сумел отвести омегу в соседнюю залу — туда, где пары кружились в вихре вальса. Обняв его за талию, Хонг приготовился к танцу. Так вот каково это, быть в такой близости с альфой, ощущать на себе его взгляд, горящий желанием. — Вы никогда не были здесь раньше, — сказал Хантер. — Вы ошибаетесь. Хонг покачал головой: — Я бы запомнил вас. — По сути, — прошептал Крис, — я и сейчас не здесь. На самом деле ничего этого нет. Вы просто попали в мой сон. — Серьезно? — наклонившись совсем близко к нему, произнес альфа. — Тогда спи, сладкий омежка, не просыпайся. Я хочу побыть в твоем сне подольше.       Что это был за танец! Хонгу казалось, что он не сможет разомкнуть рук даже тогда, когда вальс закончится. Он не хотел рисковать и отпускать этого омегу, ниспосланную ему самими Богами, и чтобы обладать им, не надо было прилагать усилия, работать, страдать, воровать... Ничего не требуя взамен, он сам давался ему в руки. От желания у Хантера кружилась голова. Наверное, он чувствует то же самое. Незнакомец был прекрасен, опытен... Наверняка он поймет альфу с полуслова. Не то что тот, другой, своей невинностью непохожий на него, как не похож лед на пламя.