Шёлк и тени

      Хантер сел за стол и взял колоду карт. Он вскрыл её и начал ловко тасовать. Карты словно оживали в умелых руках Хонга. Хантер подбрасывал колоду, и она летала перед ним то как дуга, то как водопад, то как сноп искр. — Так я и знал, — недовольно пробормотал альфа.       Дело в том, что Хантер подозревал, что один из раздающих карты мухлюет. Неожиданно альфа услышал за спиной тихие шаги. Так как в комнате было полутемно, незваный гость не заметил Хантера, тенью притаившегося за мраморной колонной.       Кристиан, а это был именно он, зашёл в комнату и задумчиво окинул взглядом множество картин, служивших украшениями. На стенах висели полотна Гейнсборо, изображения коня и всадника работы Стаббза, два букета Рубенса и замечательный холст Ван Дейка. Подойдя поближе к одной из картин, Крис в восхищении посмотрел на нее. На картине был изображен молодой мужчина, сидящий в большом кресле. Рядом, держа его за руку, стоял маленький мальчик. По всему было видно, что это папа и сын, причём оба омеги: одинаково бледная кожа, темные кудрявые волосы и грустные выразительные глаза. — Ах, какая картина! — воскликнул Крис и, словно не в силах противиться обаянию прелести пары, заговорил вслух: — Какие вы милые... Хотелось бы мне знать, кто вы?       Ле Феррар всегда отличался проницательностью и просто не мог не обратить внимание на блистательную внешность изображенного на картине омеги. Рядом с ним он казался себе серым и некрасивым. "Да, Хантер, должно быть, привык к роскошным омегам. Интересно, когда он всё узнает, то найдётся ли мне место в его жизни? — неожиданно для себя самого подумал Крис. — Интересно, каково это — иметь взгляд, сводящий альф с ума?.."       Не было слышно ни звука, но что-то заставило омегу насторожиться, и опять, как и несколько минут назад, когда он только вошёл в комнату, по его спине побежали мурашки. Крис обернулся. Никого. Он осторожно поднял воротник своего голубого свитера, купленного на деньги, одолженными управляющим Хантера, Ворзи. — Это просто галлюцинация, — едва слышно шепнул самому себе Крис и снова принялся разглядывать картины.       Похоже, смысл всех приобретений Хантера Хонга сводился к одному-единственному — произвести впечатление. Конечно, такой человек мог бы себе это позволить. Но нельзя же всю жизнь тешить подобным образом свое самолюбие?..       Альфа наблюдал за омегой из своего укрытия. Чёрт, почему же он кажется Хантеру таким знакомым? Этот омега... он будто светится изнутри. Хонг поймал себя на мысли, что испытывает к своему гостю симпатию и странное, необычно тёплое чувство. Такого не было почти никогда, за исключением, пожалуй, нескольких месяцев, проведённых в постели с мужем одного из самых влиятельных людей в Макао и Гонконге.       Вот уж года два, как непомерный аппетит Хантера Хонга был полностью удовлетворен, и теперь, по сути, он стал человеком, готовым продать душу за свои утерянные воспоминания. Молодым, двадцатисемилетним альфой с истерзанной, истосковавшейся душой... Любовь. Ах, если бы она привела его в постель Сяолуню Шу Хо, он не лежал бы сейчас с изуродованным шрамом лицом. Конечно, Сяолунь с его прекрасным телом, светло-серыми глазами и белокурой головкой вызвали интерес Хантера, да такой, какого он давно не испытывал к омегам. В его груди вспыхнула надежда, что он, быть может... Поэтому ему и захотелось быть с ним... Что и говорить, они провели немало восхитительных ночей. Поначалу он, как мальчишка, упивался этими бесстыжими любовными играми. Но дело зашло так далеко, что Хантер стал чувствовать себя извращенцем. Испытывая равное отвращение и к Сяолуню, и к самому себе, он решил прервать их порочную связь. Воспоминания о прежней близости с Шу Хо были ему отвратительны.       А к этому омеге Хантер чувствовал нечто большее. Наверное, это всё от странного чувства, что если Хантер не разгадает загадку этого омеги, то упустит нечто важное. Поэтому он позволил ему остаться рядом, но подойти и потребовать ответы на свои вопросы у альфы не хватало сил. И он ждал. Ждал, когда мальчишка сделает ошибку и даст Хантеру возможность прижать его к стенке.       И такая возможность выдалась. Через три дня Крис набрался смелости и решил поговорить с Хантером.       Альфа сидел за столом, охватив голову руками, а перед ним стояла полупустая бутылка виски и бокал, на дне которого, было несколько капель крепкого напитка. -Хантер! - воскликнул омега, но тут же осёкся и вспыхнул, поняв, что такое обращение было слишком фамильярным. В этот момент, альфа поднял голову. -Это ты, рыжик. - на лице появилась улыбка, напоминающая хищный оскал. -Я... - ле Феррар понял, что оказался в том месте, но не в то время. -Ты хотел мне что-то сказать? - альфа встал и, обогнув стол, на удивление твёрдой походкой подошёл к омеге. -Я, наверное, не вовремя... я потом зайду... - пискнул Крис, чувствуя, что вся его решимость разлетелась в прах.       Глаза альфы предупреждающе сузились. Хантер схватил ле Феррара за руку и притянул к себе. -О... - простонал он, зарывшись в благоухающие рыжие волосы. -Хантер... стой, подожди! Ах... - Крис вздрогнул, почувствовав ладони альфы, сжавшие его ягодицы. -Откуда ты? - тихо прошептал Хонг. - Почему мне так тоскливо?       Голос мужчины звучал глухо. Крис понял, что сейчас ему лучше уйти, но у альфы, возбуждение которого многократно усиливал алкоголь, были другие планы. Омега попробовал отстраниться, но Хантер не позволил ему. -О, нет, мой сладкий малыш, тебе не уйти от меня! - альфа расплылся в пьяной улыбке и жадно впился в губы Криса. - Я так долго ждал...       Кристиан не мог противиться зову своего Истинного. Он обвил тонкими руками шею мужчины и ответил на поцелуй со всем пылом, на который был способен. Альфа положил руку на затылок ле Феррара и стал целовать его. Грубо, даже причиняя боль. Он, сейчас, просто не был способен на нежность, но Крис не обращал внимание на это. Он любил Хантера и хотел принадлежать ему и завоевать его любовь. Омега вдохнул запах своего любимого. Аромат мускуса и апельсинов кружил ему голову и заставлял забыть обо всём на свете.       Хантер почувствовал аромат. На долю секунды. Запах какао со сливками и щепоткой корицы. И этого хватило, чтоб альфа почувствовал как ледяная стена, окружавшая его сердце, рухнула. Хантер оттолкнул омегу от себя и тот уставился на альфу широко раскрытыми затуманенными глазами. -Прочь! - рыкнул альфа, пошатнувшись - алкоголь всё ещё не прекратил своё действие. -Но, Хантер... - омега невольно провёл кончиком языка по внезапно пересохшим губам, что окончательно вывело альфу из себя. -Убирайся! - закричал мужчина. Крис всё ещё непонимающе смотрел на альфу. -Ты... я не знаю откуда ты, но уходи. - голос Хантера зазвучал спокойнее. - Мы с тобой Истинные, но нам не быть вместе. -Ты не можешь этого знать. - покачал головой ле Феррар. - Сейчас ты зол, но потом... -Нет, малыш. - Хантер улыбнулся ласковой, печальной улыбкой, став, на мгновенье, тем альфой, каким его помнил Крис. - Ты понимаешь меня? - Альфа провёл рукой по волосам юноши. - Ни сейчас, ни потом. Этого не будет никогда.       Крис почувствовал, как рушится весь его мир. Боль и обида терзала его изнутри. -Почему? - прошептал он. Хантер не ответил. Он отвернулся, подошёл к окну и закурил сигару, взятую на столе. Затем, сделав пару затяжек и, выпустив дым, он затушил окурок прямо в бокале, из которого недавно пил. -Уходи. Прошу тебя. - в голосе альфы звучала боль. Всё существо Хантера воспротивилось уходу Криса. Каждый шаг, отдаляющий омегу от него, причинял невыносимую боль. Сердце ныло. Но так будет лучше. У Хантера слишком много врагов и он не может рисковать жизнью Истинного. Хонг - человек без прошло и, вероятно, без будущего. Хантер был уверен, что поступил правильно, но тоска не отступала, причиняя почти физическую боль. Он схватил бутылку и жадно приник к горлышку, желая напиться и забыться. Хотя бы на время.