Ходит бродит черный кот

Соединяющий грани реальности – ночь игры

      Никто не знал, когда это произошло. А о том, зачем это произошло, знали только те, кто непосредственно находились в данной комнате. Комната эта, надо сказать, отличалась от остальных только тем, что проникнуть в неё мог лишь тот, кто навеки потерял свое живое тело или приглашённые, этими самыми, потерявшими тело.       Не часто призраки собирались в этой комнате все вместе, для этого должен был быть повод. И одним из таких поводов была Великая Игра. Если бы смертный забрёл в эту комнату, то он не отличил бы эту Великую Игру от любой другой самой обычной игры. А между тем, Великая Игра всё же отличалась, ставки в этой игре были слишком высоки, чтобы считать её обычной. Ставками служили непрожитые года или желания. Скажете, в чем разница? О, разница большая. За много лет шатаний в бесконечности и терзаний своих душ призраки приобрели необычную способность – выдумывать такие желания, что не жалко было и пару лет жизни отдать, только не выполнять ничего.       Случались такие дни, а точнее ночи, Великой Игры не часто, даже по меркам призраков. И приглашались на эту игру из числа живых те, кто мог в полной мере оценить тонкости игры. Выбирались приглашенные самой магией школы. Так же в силах этой магии было выполнить любое желание победителя. И если магия говорит – любое, то это означает – любое, каким бы бредовым или трудновыполнимым оно ни было.       Имена игроков уже проступили на стене, они уже начали гаснуть, а Кровавый Барон всё никак не мог оторвать от них взгляд. Как он сможет затащить двух таких непохожих людей в комнату он ещё не знал, но перечить магии всё равно не мог, как бы ни старался.       На стене красовались два имени. «И если первый, - думал Барон, - понимает всю значимость этого выбора и однозначно придет, то второй был всего лишь несмышлёным мальчишкой, и было очень трудно предположить – согласится он или нет». Тяжело вздохнув, Кровавый Барон отправился вручать пригласительные на это мероприятие, именуемое играми судьбы и магии. На стене красовались два имени: Гарри Поттер и Северус Снейп.

***

      Первым делом Кровавый Барон отправился к Гарри, как к самому громко кричащему гостю. «Чем раньше начнется его рёв – тем раньше закончится», - решил призрак.       В декане своего факультета Барон почему-то не сомневался, и как потом оказалось – очень зря. В отличие от Поттера, который просто вспомнил о генеалогии и причудливых отношениях судьбы и его многострадального мозга и принял приглашение, Снейп орал и выражал свои чувства долго и со вкусом. Под конец его пятнадцатиминутной речи, в ходе которой он ни разу не повторился, Барон понял, что если бы он оставался живым, он бы уже начал краснеть. Однако, вскользь брошенная фраза о том, что, кстати, Поттер получил свое приглашение и не повел и бровью, заставила декана заткнуться моментально. Клацнувшая челюсть послужила поводом для призрака даже немного поволноваться – остались ли целыми зубы многоуважаемого, такого сдержанного, блин, декана.       В общем и целом, оба приглашения он вручил и теперь с нетерпением ждал гостей у входа в коридор, через который он и проводил обоих в назначенное время. При этом Барон отметил, что мальчишка никак не реагировал на замечания профессора ни касательно мозговой активности, ни кривизны рук и ног, ни пунктуальности и тактичности.       «Интересная будет ночь, - подумал призрак, - как же сложится судьба в этот раз, как соединятся грани реальности…».       Но мысли призрака были прерваны. Они, наконец, пришли и да начнется Великая Игра. Сколько лет получит магия Хогвартса в этот раз и какие желания придумают смертные и их бессмертные оппоненты – решит судьба, удача и магия.