Свободу жабкам!

***

Гарри Поттер, чертыхаясь, шел к двери. Ну кому понадобилось ломиться в его дом в девять утра в субботу? Голова нещадно трещала, майка не хотела надеваться, как положено, и в конце концов была откинута на фикус. Он дошел до двери, попытался выправить край домашних штанов, но голова закружилась, и он плюнул на это гиблое дело. Вчера они отмечали день рождения Симуса. Двадцать три года мужикам, а антипохмельное заготавливать на утро не научились. Но кто же знал, что придется вставать так рано! Обычно после шумной гулянки его будила Гермиона с зельем, приблизительно к полудню. Сначала отхаживала своего муженька, а потом и на друга времени хватало. Гарри распахнул дверь, готовя злобную речь, и ошалел. На пороге стоял сам ужас подземелий — ядовитый (теперь это точно так, неизвестно, сколько в его крови яда Нагини осталось), желчный, язвительный и непревзойденный профессор зельеварения Северус Снейп. Поттер не видел своего преподавателя года четыре. Сначала - после победы и выздоровления обоих героев - Гарри пытался помириться, попросить прощения, но встретив иронично поднятую в усмешке бровь (Снейп никогда не улыбался, и Гарри приписал эту функцию подвижным бровям профессора), он натыкался на стену сарказма и издевательств. Даже когда в Хогвартсе были организованы поиски Невилла, и Поттер прибыл вместе со своим отделом для помощи, Снейп умудрился ни разу ему не попасться. И какого книзла ему надо было от Гарри в субботу утром? Снейп, хоть и не подал вида, но был не меньше удивлен, увидев этого недорослика на пороге. Недоросликом теперь его можно было бы назвать только сильно близорукому человеку. Поттер уставился мутноватым взглядом с порога, заполняя собой весь дверной проем, в одних домашних штанах, еле державшихся на тазовых косточках, босиком, с обнаженной широченной грудью и подтянутым животом. Руки, упертые в притолоки, бугрились мускулами, а кожа блестела бронзовым загаром. Да, работа в аврорате в качестве начальника секретного отдела пошла на пользу Гарри. Снейп сглотнул, с трудом сдержав непроницаемое выражение лица. — Поттер, вы так и будете стоять, или пропустите меня в дом. — Я еще не решил. Смотря, зачем вы пришли, профессор. Доброе утро, кстати, — указав на бескультурность этим своим «доброе утро, кстати», Поттер ввел Снейпа в ступор, но не надолго. — Доброе утро, мистер Поттер. У меня к вам достаточно серьезное дело, иначе ноги моей не было бы на этом пороге. Через тридцать минут, опираясь на кухонный стол руками, Поттер стоял, наклонив голову, а на столешницу капали слезы. — Простите, профессор, — он все еще всхлипывал и не мог говорить длинными предложениями. - Я не мог остановиться. Слишком долго пытался сдерживаться. Прорвало. Как вы говорите? Долина болот? — Гарри хрюкнул и вытер тыльной стороной ладони глаза. — Тревор Великий? — икая, Поттер почти уткнулся в стол лбом. — Требуют всю Великобританию под столицу и способ безопасной переправы на материк? О Мерлин, кем бы ты ни был, я поклоняюсь твоему актерскому мастерству. Ну, копия Снейп! И кто же был инициатором розыгрыша? С меня бутылка Огденского! Если бы не столь бредовый повод, давно бы повелся и начал вспоминать таблицу сочетаемости органических компонентов. Гарри успокоился, опустился на стул и выпил кружку остывшего чая залпом. Потом он уставился на каменную маску Снейпа и прожигающие его угольки глаз. Что-то насторожило аврора, и он почти подавился чаем. Тишина на кухне нагнеталась, а у «Снейпа» не дернулся ни один нерв. Он просто пригвоздил Поттера к стулу этим фирменным взглядом. — Вы успокоились, мистер Поттер? Поверьте, на вашем месте я бы сделал то же самое. Конечно, изображать из себя жеребца на вязке я бы не стал, но вот поверить в мою историю не просто. Предлагаю остаться в этой комнате еще на четырнадцать минут. Даже при условии, что я выпил оборотное перед вашей дверью, все чары должны спасть к тому времени. А пока вы можете еще поиздеваться. Я вполне могу позволить себе пятнадцать минут солдафонского юмора. Для разнообразия, так сказать, необходимо иногда давать своим мозгам отдохнуть. Нет, нет, не кивайте мне в знак солидарности. В вашем случае все как раз наоборот. Снейп сложил руки на груди и откинулся на спинку стула, всем своим видом изображая благодарного слушателя. Гарри вздохнул. Всему есть свой предел, и как бы не готовился и не репетировал кто-то, но такого Снейпа Поттер слишком хорошо помнил. И это был именно он. Сглотнув густую слюну, Гарри налил воды из-под крана и выпил одним махом. Потом прогнал в своем мозгу всю информацию еще раз. — Если вы на самом деле профессор Снейп, то скажите, что от меня-то вам надо. Разве вы сами не могли справиться с этими жабами? Или Министерство? — Поттер, вы чем слушали? Этих жаб уже тысячи. И они не просто земноводные, а огромные монстры, которые ко всему достаточно интеллектуально развиты. Вы знаете, сколько одна самка откладывает икринок? Несколько тысяч! А знаете, почему мы до сих пор не живем в мире лягушек? Потому что из них на землю выходит от силы пять, а то и меньше. Естественный отбор. А теперь представьте, что лягушки увеличились раз в сто и настолько умны, что сберегают все свое потомство. Через сколько кладок они заполонят Великобританию? — Гарри смотрел на него глазами-блюдцами и неверяще мотал головой. — А я вам скажу — через ноль! Когда выйдут на берег сегодняшние головастики, вам, Поттер, некого будет охранять. Хотя… Пойдете на службу Тревора Великого. Как и ваш дружок. А насчет Министерства? Я не думаю, что их реакция была бы такой же, как ваша. Но то, что неоднозначная — это точно. Пятнадцать минут позора рядом с вами я еще пережил. Не стыдно повеселить дурачка, стыдно, когда умные дурнеют от твоей шутки. И мы переходим к первому вопросу: «Зачем мне вы?». Все просто. Они просят министра для переговоров. Думаю, герой Британии им подойдет. А пока вы будете разговаривать с ними на общем для вас языке, я подготовлю необходимое зелье, чтобы нейтрализовать потомство и вообще, с этим надо что-то делать. Очередной припадок Поттера предотвратила Гермиона Уизли, появившаяся в дверях кухни с флаконом антипохмельного в руке.