Свободу жабкам!

***

Вся последующая неделя прошла за приготовлением нового зелья, подготовкой документов и разрешений для заповедника и переговорами с Тревором Великим. Решено было открыть жабам полуправду и договориться на законных основаниях с подписанием всех официальных документов. Проблему только что выведенного поколения решили мировые магические сообщества, согласившиеся приютить у себя по колонии. Всем было выгодно открыть новый вид, тем более с такими интересными социальными особенностями. Поттер пропадал на переговорах, Снейп - в лаборатории. Закончилось все быстро и сразу. Скоренькое открытие заповедника, речи, банкет и все… Поттер вернулся в свой мир приключений и опасностей, а Снейп остался в своем унылом подземелье, наедине со своими несбывшимися мечтами. В августовский вечер Северус уже собирался идти в душ, как услышал под дверью какой-то шум. Он подошел к двери и отпрянул, услышав пение. Открыв дверь, Снейп сначала никого не увидел, но, наклонив голову, наткнулся на зеленые глазищи, а-ля милый котик. Поттер сидел в позе лотоса под его дверью и что-то напевал, вставляя слова, но в основном используя междометья типа ла-ла-ла и на-на-на. Северус присел на корточки и, оказавшись с Гарри на одном уровне, спросил: — Поттер, что это? — смутьян улыбнулся во все тридцать два и ответил. — Мне жабки сказали, что, видимо, вы не тот, кто поет, профессор. Вы тот, кому надо петь. Вот я и пришел. — Петь? — Петь. Что, не понравилось? — Понравилось. Заходи. Северус встал и протянул руку Поттеру, помогая ему подняться. Выпрямившись полностью, Гарри оказался лицом к лицу с давно любимым профессором. Он качнулся вперед и прошептал почти в раскрытые губы: — Но после пения у жабок обычно сразу свадьба. — Ты плохо узнал их обряды, — так же шепотом проговорил Северус. — Сначала происходит спаривание, а потом уже свадьба. Их губы наконец встретились. Вот так просто, без прелюдий, оговорок, полутонов. Пара слов про жабок, и они уже стояли и целовались. Северус совсем легонько, без нажима провел ладонью по спине, по ткани рубашки, почти неощутимо, слегка сгибая кончики пальцев, словно царапая. Вслед за этим движением по телу Поттера прошел разряд возбуждения, и он сильнее прижался к своему любимому профессору. Гарри в свою очередь неторопливо играл с его ртом, нажимая языком на губы, водя между ними, прикасаясь к зубам. Северус отстранился, быстро глянув в затуманенные желанием зеленые глаза, взял лицо Гарри в свои ладони, нажал большим пальцем на подбородок, заставляя покорно приоткрыть рот, притянул ближе, и с первым прикосновением Поттер закрыл глаза и отдался во власть этих губ и языка. Медленно-медленно, все еще робко, не веря в свое счастье, словно все еще не решившись, Северус пробовал на вкус свою тайную мечту, и ему все это очень нравилось. Он положил ладонь на поясницу партнера - не для того, чтобы гладить, а чтобы удержать. Гарри вцепился в воротник рубашки, скомкал его и потянул вниз. Северус рывком дернул его на себя, сжал в кольце рук и прикусил нижнюю губу. Поттер выдохнул, и сам впился в него. Хаотично изучал чужой рот, забывая, как дышать. Он проводил по нёбу языком, который тут же был пойман и прижат. Борьба продолжалась, и никто не хотел стать проигравшим. Северус рывком расстегнул замок на толстовке Гарри, его руки пробрались под футболку. Теплые ладони скользнули по подрагивающему животу и перебрались к пряжке ремня. Потом, резко отстранившись, Снейп отошел к дивану, снимая с себя рубашку и оставаясь в одних брюках. Он зажмурил глаза, приготовившись к чему-то неприятному, и услышал вздох восхищения. Гарри смотрел на подтянутое гибкое тело профессора и на автомате стягивал с себя толстовку и футболку, бросив их комком прямо на пол. Он подошел и положил ладони на грудь, поднимаясь пальцами к шее, проводя по рваному рисунку шрамов, рисуя их заново. Северус сжал его руки и притянул к себе - хотел бы ближе, но ближе некуда. Гарри обнял его и потянулся за поцелуем, но Северус удержал его, обхватив поперек торса. — Гарри, ты точно уверен? — прохрипел он, смотря прямо в глаза. Поттер не стал отвечать на глупые вопросы неуверенного в себе мрачного профессора с телом Аполлона и просто, надавив на затылок, прижал его губы к своим. Северус хмыкнул и, повернув Гарри спиной к дивану, аккуратно опустил на продавленную в нескольких местах поверхность. Нависая сверху, он безумно медленно наклонился и коснулся губами загорелой шеи, заставляя выгибаться и хвататься руками за выпирающие лопатки, притягивать к себе и прижиматься стоящим членом к животу, поднимая бедра. Северус кусал, посасывал нежную кожу, постепенно спускаясь пальцами по ребрам к пуговицам на джинсах и легко справляясь с этим препятствием. Гарри закрыл глаза и позволил стянуть с себя узкие, мешающие ему штаны вместе с бельем. Губы Снейпа, сорвавшиеся на грудь, вернулись на подбородок, прошлись влажным следом по его губам и углубили поцелуй. Ох, если бы Поттер знал, что его любимый профессор так целуется, то он бы еще тогда, сразу после победы, зажал бы его где-нибудь в углу и не отпускал бы от себя никуда. Столько лет потеряно… Наверстать! Сегодня, завтра, всю неделю, всю жизнь! Снейп целует так, что сносит крышу, и кажется, что ехать ей уже некуда, оторвало давно к чертям. Потряхивало от того, что нереальное, недостижимое - то, о чем так мечтал последние пять лет — вот оно! Целует, ласкает, покусывает! Гарри сжал упругую ягодицу сквозь тонкую шерстяную ткань брюк, и Северус среагировал сразу, положив ладонь на вставший член Поттера. Снейп привстал, оглядел открывающуюся картину, схватившись за спинку дивана в качестве опоры, зацепил Гарри за бок и, перекатив его на живот, поставил парня на четвереньки. У Гарри подрагивало все тело, когда язык Северуса обжигал кожу на позвоночнике и крестце. Поттер комкал клетчатый плед, впиваясь пальцами в колючую шерсть, закусывал губы и постанывал от нахлынувшего удовольствия. Руки Снейпа спустились ниже, неторопливо гладили, касаясь мошонки, сжимали ее, перекатывая в пальцах, нажимали на основание члена, подушечками легонько обводя головку, и назад. Указательным пальцем он нажал на дырочку, погладил ее, обвел по кругу, помассировал. Это было до жути пошло, пошло и возбуждающе, так, что у обоих перехватило дыхание, и два стона слились в один звук. Северус неторопливо наслаждался моментом, исполняя свои "мокрые" мечты. Он пошире раздвинул ноги Поттера, ладонями развел его ягодицы, помял их, сжал и, наклонившись, повторил языком путь указательного пальца. Гарри вскрикнул и хотел отпрянуть, но был притянут обратно. Такой открытый, беззащитный, подчиняющийся, с закушенной ладонью, он возбуждал непомерно. Северус медлил, осторожно вылизывал, толкался острым кончиком и проводил круг, очерчивая тугой вход, щедро смоченный слюной, его язык скользил внутри, осторожно растягивая сфинктер, и заставлял Гарри стонать в голос от нахлынувших эмоций. Пальцы заменили язык, но Поттер почти не почувствовал разницы, находясь на грани яви, и только начал подмахивать под ритмичные движения внутри него. Вторая рука обхватила член Гарри и, аккуратно зажав, ласкала готовый взорваться орган, периодически зажимая у основания и давая выдохнуть. Северус выпрямился, продолжая его гладить, почти не обхватывая пальцами. Гарри услышал шелест молнии и шорох ткани. Снейп прижался головкой и надавил на дырочку, не спеша входить сразу. Гарри опустился еще ниже, грудью падая на диван и высоко задирая ягодицы. Он, как гулящая кошка, терся о вставший член партнера, в то же самое время упираясь своим органом в шерстяной плед. Северус, словно играя, легонько толкался бедрами туда-сюда, по полдюйма пробираясь внутрь. Гарри ощутил дискомфорт, но это была не боль, а скорее тянущее неприятное чувство, и хотелось почувствовать его всего. Северус уперся в него бедрами, распирая изнутри, не торопясь выходить, он двигался внутри, пока не задел простату. Гарри сжался и выдохнул, чувствуя, как член начинает обратное движение, нажимая на чувствительную железу. — Еще! Еще, еще, еще! Гарри умолял, но этого было и не нужно. Северус сорвался сразу в бешеный ритм. Рывками вбивая Поттера в диван, он каждый раз давил на необходимый стимулятор и заставлял кричать охрипшим голосом: «Северус», «Еще» и «Любимый». От последнего слова Снейпа словно пронзило током, он вошел с силой, заставив Гарри дернуться и залить зеленый клетчатый плед спермой, и сам кончил глубоко внутри любимого партнера. Оба замерли, хрипло дыша, и воздух вырывался из легких со свистом, как будто их заставили пробежать несколько миль. Северус откинулся назад. Гарри только теперь почувствовал, как стало влажно внутри. Он упал на диван и завернулся в плед. Северус лег рядом на спину и, потянув за руку, уложил Гарри сверху, укрывая их обоих. Говорить сил не было. Глаза закрывались, а прижимающееся тело любимого растворяло в неге и тепле.