Становление или К черту канон

      Способен ли взрослый юноша адекватно реагировать на не совсем адекватные, а точнее совсем неадекватные ситуации? О да, Никита был образцом спокойствия, когда очнулся (не в первый раз) в накрахмаленной больничной койке.       К такому он уже привык, всё-таки молодой парень, который ратует за свободу. Имея большой опыт, он не пытался двигаться или открывать глаза. Это чревато. Особенно, если каждый раз один и тот же диагноз: сотрясение и какой-нибудь перелом. Повезло, в рубашке родился. До сих пор живым остался. Ник про себя подивился, что способен хоть о чем-то думать, ведь если учесть сколько раз он получал по своей чернявой лохматой головке, то думать-то по идее ему нечем. Он был уверен, что медкарта пополниться еще одной идентичной (или не совсем) записью, но никакого дискомфорта не испытывал, за исключением приятного пощипывания по всему телу.       Даже, как-то захотелось рассмеяться. Когда до него, не от мира сего, дошло, что гул, наполнявший его голову исчез и он слышит реплики на незнакомом языке, то Ник с каким-то странным злорадством подумал, что в этот раз он переплюнул даже своих шизанутых друзей и как-то попал в Азию. Язык был незнаком, но кто запрещал строить догадки?       Разговор велся на повышенных тонах, и ситуация выглядела настолько… комично, что ли, что Ник с трудом удерживал рвущийся наружу смех в себе. Откуда ему было знать, что сейчас решается его судьба? []       Сокол уже долгое время наблюдал за противостоянием двух стариков. Они находились на грани и вот-вот готовы были вгрызться в глотки друг друга. Стране не нужна гражданская война. Хоть они и понимали это, но в своем стремлении к власти не могли прореагировать адекватно.       Сокол был капитаном отряда Корня на этом задании, которое являлось чистой воды подставой, но избежать прямого приказа не мог. Ему удалось только растянуть его выполнение.       Цель Данзо была понятно с самого начала. Он не мог оставить джинчурики в чужих руках, а руки Хокаге он считал только чужими. В тоже время заявить права на наследника Четвертого он не мог. Так и родился план по присвоению джинчурики себе любимому.       Скрыть факт наличия у Четвертого сына-джинчурики удалось легко, всего-то прикрывшись опасностью, которая грозила юному джинчурики с такой фамилией. Во всех документах значилось, что сын Четвертого, как и его родители, погиб при нападении Кьюби, но Йоко. В эту тайну были посвящены только главы кланов и верхушка Конохи. Десятого октября, когда люди скорбели по погибшим в эту страшную ночь и торжествовали над победой над ужасным монстром, Демоном Лисом, на свет появился Узумаки Наруто. Сирота, в досье которого на месте имен родителей стояли пропуски, а в сноске значилось, что его мать принадлежала клану Узумаки.       Наруто был направлен в приют, общий для всея Конохи. Данзо приступил ко второму этапу плана. Личные мозгоправы главы Корня, Яманако, поработали с будущим окружением мальчика. Детям и взрослым с ближних приюту улиц были поставлены ментальные блоки, или закладки. Там преображали отрицательные эмоции, направленные на Наруто, и верность Конохе. Сам малыш тоже прошел подобную процедуру, правда, чуть позднее.       Тогда проводилась очередная ежедневная проверка печати Четвертого. Никто не знал, что это за печать, как она работает и насколько крепка. Это сейчас стало ясно, что это какая-то модификация печати Бога Смерти, которую Минато и Кушина придумали незадолго до смерти. Он бы побоялся ставить закладки, когда не знаешь, как на них отреагирует печать, но «они лучше знают».       Только он заметил разлом в печати после установки закладок. Теперь чакра Биджу сильнее проникает в мальчика и влияет на него. Недавно он узнал, какие закладки были установлены. Отделался он не только сединой. С такими блоками наследник двух великих кланов в ближайшем будущем был бы наивным, недалеким, импульсивным, легкоуправляемым и верным определенным людям.       Первое время он пытался понять, что творится в голове у Данзо и как он будет действовать в дальнейшем. Джинчурики добавил бы ему власти, как Четвертому помог стать Хокаге*, но глава Корня видимо еще сам не определился, как он хотел бы видеть в своем подчинении Наруто. Слабеньким шиноби (опять же закладка ограничивающая мышление и развитие), сломанной безвольной куклой (как человек Корня), личным бойцом. Или трупом… Да, сейчас ему более выгоден последний вариант.       Что ж делать, если контролировать джинчурики, именно этого, он не может? Совет Кланов установил соглашение, по которому Наруто никогда не будет в АНБУ или в Корне, а они собственно, не будут предъявлять на него права. Да и поверх печати Четвертого другие не поставишь: тут же слетают. А что он хотел? Две души в основе всё-таки.       Подозреваю, что Орочимару, сумасшедший ученый и великий санин, взял несколько образцов ДНК малыша, чтобы в случае его смерти Коноха не лишилась двух геномов.       Когда Наруто стукнула полтора года, к нему приставили наблюдателей от Корня и АНБУ. Я, Сокол, и Пес. Теперь Наруто можно было гулять за пределами приюта. Данзо натянул поводки своих псов, пустив по Конохе слух, что Наруто — это перерождение Кьюби, но Йоко. Моральная атака, потому что для физической слишком рано.       Постоянные угрозы, обидные прозвища, отношение как к пыли под ногами, которая посмела испортить новые ботинки, и море ненависти. Ненависть порождает себе подобных. Вот и Наруто тихонько всех ненавидел. Вместе с тем, каждую ночь Наруто похищали люди Корня. Ставились новые закладки и все сильнее расшатывали, делали свободней, печать. На трехлетие Наруто Данзо спустил на него всех собак. Теперь начались и избиения, после которых Наруто надолго застревал в больнице.       Сегодня погибла, вернее, была уничтожена, моя группа. Данзо прямо сказал, что задевать мальчишку нужно сильнее. Пятнадцать новеньких чунинов и тройка пьяниц-рабочих ничего не смогли противопоставить той жажде убийства, которая полилась из мальчика.       В больницу он поступил с тяжелейшими ожогами и с повреждениями в чакросистеме, которые на глазах стали исчезать. Наруто погрузили в восстановительный сон.       За маской не было видно, как Сокол поморщился. Данзо требовал перезапечатывания, а Сарутоби осаждал его Советом Кланов, когда те узнают, что травля особо ценного оружия Конохи, джинчурики, как и утечка информации, его, Данзо, рук дело. []       Никита снова очнулся, только три дня спустя. В палате было тихо, только лил дождь и выл за окном ветер. Тело больше не щипало, но до ужаса хотелось есть, поэтому он рискнул раскрыть глаза. Серый, обшарпанный потолок, стены с подтеками и разводами от воды, пустая палата.       Подивившись отсутствию неприятных ощущений, не считаю голода, Ник от неожиданности сел в кровати. И снова ничего… Но это позволило ему лучше осмотреть палату. Только одна скрипящая кровать и старенький стул, который, казалось, сейчас развалиться. На стуле он заметил одежду. Правда, на десяток размеров меньше.       Палата была неуютной. В нос ударил неприятный, затхлый воздух. Так и хотелось отсюда сбежать. Осмотрев себя и убедившись в отсутствии повреждений, Ник поспешил покинуть теплую кровать. На пол спустились детские босые ноги. Детские? Детские. Повторный осмотр показал, что его тело превратилось в свой трех-четырехлетний вариант. Теперь стала понятна и одежда не по размеру. Оранжевые штопанные-перештопанные шортики и выцветшая желтая майка со спиралькой нарисованной красной краской вызвали недоумение. Как ребенок может ходить в таких обносках? Куда родители и взрослые смотрят? И тело слишком маленькое, низкое и худое, покрытое застарелыми шрамами.       Никита никогда не верил в чудеса, поэтому знал, что ничто не способно превратить взрослого в такого малолетку. Это либо его бред, либо посмертие. И второе более вероятно. -Ничему не удивляйся, — буркнул он, когда напяливал на себя одежду, и потопал босиком к двери. Нужно найти взрослых, а потом уже можно и подумать, как с ними общаться без знания языка. []       Цунаде разбиралась с тем завалом бумаг, что скопились у нее за эту неделю. Что-что, а бумажную работа она терпеть не могла и при случае сваливала ее на Шизуне. -Пойти, что ли, саке выпить? — ирьенин подперла голову рукой и задумчиво уставилась вперед, вздохнула: Шизуне в последнее время пристально за ней следит. Ее ученица и так уже раскрыла четвертый тайник с выпивкой за эту неделю, и теперь она, Цунаде, пьет записочки такого содержания: «Разберите документацию — и я угощу вас пиалой саке», «Сколько еще ящиков алкоголя вы спрятали, Цунаде-химе?», «У вас впереди несколько операций, еще успеете спирта налакаться» и «Вы вообще трезвой бываете?».       За такими думами Цунаде только убедилась в необходимости освежиться походом в бар, а пока ее прикроет иллюзорный клон. В лучших традициях Джирайи, ее лучшего друга и сокомандника, она выбралась через окно.       Прикончив не одну бутыль саке, Цунаде уже решила устроить себе выходной, потому что с такой ясностью ума, вернее с ее отсутствием, она не сможет работать, даже если попытается. Чувство опасности забило тревогу, а интуиция звала ее через переулки и проулки. Когда все чувства резко смолкли, она насторожилась. По улице прошла волна ужасающей жажды крови и убийства, которая заставила ее протрезветь.       В тупичке среди мертвых тел шиноби и обычных людей на четвереньках сидел маленький зверек, покрытый красным покровом, за спиной которого развевались четыре хвоста. В зверьке она с трудом узнала своего крестника. Продолговатые ушки чакры насторожено встопорщились, а белые светящиеся глаза, не мигая, уставились на нее.       Что удивительно, Цунаде даже будучи санином не могла уследить за скоростью зверька. Она заметила только красный размытый след, прежде чем зверек замер у ее ног, все так же смотря в глаза. Ирьенин не могла сказать, как долго длились гляделки, но вот покров сошел на нет, и она еле успела подхватить обгорелое тельце.       Когда она всполошила весь персонал больницы, все ожоги сошли, оставив только красноту. Занеся столь ценный груз в первую попавшую палату, которая не обрадовала ее своей обшарпанностью, она проверила состояние мальчика. -Разорванные мышцы, клочки от СЦЧ, множественные ушибы и сотрясение тяжелой степени, — негодующе повторяла Цунаде. — Что творит этот старый хрыч?       Женщина понимала, что с такими травмами не быть мальчику шиноби, а значит, Данзо сделает все, чтобы перезапечатать Лиса. Она напитала Мистическую руку таким количеством чакры, что если бы не ее контроль, рука бы взорвалась.       К приходу верхушки Конохи в палату, Цунаде пребывала в прострации: все травмы исчезли за последний час почти без ее вмешательства. -Что с мальчиком? — Хирузен посмотрел на уставшую женщину. -Теперь все в порядке. Мне вот интересно, а где были наблюдатели Наруто, когда его самого начали избивать восемнадцать человек? -Их отозвали, — Данзо сощурил глаз, наблюдая за ученицей своего бывшего друга. — И тебя это не должно касаться. -Это мой крестник, Данзо, не забывай, — Цунаде так и пылала. -Расскажи, что случилось, — прервал спор Хокаге, — я перепугался, когда почувствовал эту чакру. -У Наруто необычная регенерация. Он будто бы взорвался изнутри, но к вашему приходу его состояние можно описать как в целом удовлетворительно. Позднее я принесу вам отчет, а сейчас его нужно искупать, — Цунаде посмотрела на окровавленного мальчика.       Во время купания Цунаде пыталась восстановить истощений организм по мере своих сил. Вот во что вылились недоедание, а возможно и голод. -Мальчишка нестабилен. Он убил восемнадцать человек и выпустил четыре хвоста. Его нужно перезапечатать! — вот что услышала ирьенин, когда принесла Наруто обратно. -Боюсь, это нужно согласовывать с Советом Кланов. Сами вы принимать такие решения не можете, — который раз уже прокляла она свой язык. -Правда, Данзо, Наруто слишком ценен для деревни, — слово взял Хирузен. — Совет и так не погладит тебя по головке за провокацию и распространение некоторой информации. Наруто останется джинчурики до своей смерти.       Глаза Данзо сверкнули, как бы говоря, что это условие выполнить очень просто.       Через некоторое время, тонны недовольства и кучи нервных клеток, Цунаде спровадила и Хокаге, и Данзо из госпиталя. Ей еще нужно было найти Шизуне и отправить ее следить за состоянием Наруто. []       Хирузен сидел у себя в кабинете и планировал задания для генинов на завтра. Он все еще не мог выкинуть из головы мыслей о сегодняшнем происшествии. Хокаге уже был в курсе вех дел, даже побывал там, в тупике. Но все же хотелось выслушать Цунаде. Думается, у нее будут вопросы на разные темы.       Хокаге закурил трубку и с радостью оторвался от работы. АНБУшник доложил, что его ученица зашла в здание. Когда Цунаде открыла дверь, весь кабинет был наполнен дымком, который хорошо умел развязывать языки, и заставлял говорить правду. Полезный инструмент, надо сказать, в особенности для Хокаге.       Рассказываемая Цунаде картина все больше не нравилась Третьему. Было ясно с самого начала, что Данзо положил глаз на Наруто, но он никак не ожидал, что его попытаются избить до смерти. Нужно увеличить число его наблюдателей, выдать отдельную картину и приставить какого-нибудь шиноби. -У тебя много вопросов ко мне, не так ли? — Хирузен продолжал пыхтеть трубкой. -Именно так, сенсей. Какова вероятность извлечения Кьюби из Наруто? — Цунаде подивилась такой откровенности Хокаге, но задала самый волнующий ее вопрос. -Этого не будет до тех пор, пока я не увижу его хладный труп. Совет тоже не допустит этого. Главы сильнейших на данный момент кланов были дружны с Минато. Я подумываю увеличить наблюдателей Наруто, это не позволит отправить его на тот свет раньше времени. СЦЧ Наруто будто выстроена заново. Что с ней случилось?       Слова вырвались быстрее, чем Цунаде успела прикусить себе язык: -Полностью уничтожена, но к вашему приходу восстановилась из ничего. Нужно провести парочку экспериментов с регенерацией Наруто. Если она будет на таком же уровне, как сейчас, то Наруто сможет пользоваться силой Лиса на полную. Так же необходимо проверить печать Минато. Она слишком расшатана, вот и приоткрылась. -И что ты предлагаешь? -Поставить печать Пяти Элементов или Подавления Зла. Как вы знаете, сенсей, первая помешает смешиванию чакр Наруто и Кьюби даже если чакра Кьюби попадет в СЦЧ Наруто, а вторая поможет самому Наруто контролировать пропорции проникновения чужой чакры, если он будет силен духом. Эти печати ведь ни разу не накладывали? -Это дельная мысль. Эти печати не помогут контролировать Лиса никому, кроме носителя. -Сенсей, вы видите реальное отношение жителей Конохи к Наруто, но изменить его уже не получиться. Я понимаю, почему информация о родителях Наруто засекречена, но почему вы не назначили ему опекуна? Пусть это был бы безклановый шиноби или простой человек, но так бы Наруто жилось лучше, намного лучше.       Хокаге пожевал трубку: -Печать Наруто однажды придется подпитывать, но никто не знает ее природы, поэтому подпитка будет невозможна. Когда печать падет, ведь без подпитки она продержится не долго, Наруто пропустит через себя всю ненависть Лиса. Только от него будет зависеть, вернется ли он или в его теле осядет Кьюби. Без подготовки с самого детства терпеть и преодолевать ненависть и несправедливость у Наруто не будет и шанса. Это и стало главной причиной, по которой я не останавливал Данзо в травле твоего крестника. Сейчас стало ясно, что эта теория в корне не верна, она только приблизила разрушение печати. Теперь нужно создать маяк, ради которого Наруто захочет вернуться. Первый год своей жизни Наруто провел в клане Учиха. Его кормилицей была жена главы клана. Это все, чего Учихи смогли добиться в стремлении получить опекунство. На ближайшем собрании Совета я подниму этот вопрос. Может быть ты сможешь получить своего крестника.       Хирузен опустил слова, готовые сорваться с языка, о том, что он хочет сделать Цунаде воспитательницей Наруто на первое время, из-за чего ее шансы получить опекунство падают. -В любом случае Наруто слишком рано стал убийцей. Когда он придет в себя проверь его психическое состояние. Если понадобиться помощь, можешь позвать Иноичи. Он сильнейший из Яманака и верен мне. -Хорошо. Еще во время купания я заметила, что Наруто слишком истощен. Я собираюсь оставить его в больнице на все время восстановления. -Тогда забери из приюта его вещи, туда он уже не вернется. И займи его чем-нибудь, когда он очнется.       После ухода своей ученицы Хирузен еще долго курил трубку и строил планы на будущее. Сегодняшний разговор напомнил ему о многом. В том числе и о том, что он поклялся помогать Цунаде. []       Цунаде как раз вернулась в свой кабинет из приюта. Как все были обескуражены, когда поняли, что к ним пришла лучшая лекарша, одна из троицы санинов и самая красивая женщина Конохи. Вот только когда воспитатели узнали по какому делу она пришла к ним, то сразу как-то сникли. Причину она поняла позднее.       Когда ей показали комнату Наруто (его не решились поселить с другими детьми из-за одной демонической причины), даже не комнату, а так, коморку, она их чуть не убила. Три года своей жизни Наруто провел в… подвале. Где темно, сыро и по всюду бегают крысы. Обычный матрас лежал на самом сухом месте, в то время как одежда, если так можно назвать эти обноски, всегда висела на веревках в попытках высохнуть. Найдя более-менее приличную одежду, она покинула столь не радушное ей место, приказав все остальное сжечь.       Отдав стажеру шорты и майку, она предупредила того, что если через два часа они не будут сухими лежать на стуле в такой-то палате, то тот на себе узнает, как чувствуют себя кастрированные животные.       Спустя три часа команда медиков проводила полное обследование ее крестника, результаты ее не обрадовали. Первое место среди увечий заняла чакра. Если у обычного человека она образовывалась из смешения инь и ян, но в разных пропорциях, то у Наруто к смешению прибавился третий фактор, пушистый красный Лис. Чакра была мощнее без всяких тренировок, чем у среднестатистического шиноби. Настолько же она была и ядовитой. Мальчик не спасет ни одного человека, если применит на нем медицинское дзюцу, да и обычное вливание чакры тоже закончиться летальным исходом. Возможно печать Пяти Элементов решит эту проблему, но загадывать рано. Второе место заняли неправильно сросшиеся переломы. Тут придется кропотливо восстанавливать многие кости. И это будет больно. И третье место. Какая-то бомба замедленного действия на месте геномов. То ли Орочи-кун тут накуролесил при экспериментах, то ли мохнатая проблема внесла свою лепту. Поднятые документы показали, что у детей, если родители из двух разных кланов с геномами, то ребенок отдает предпочтение геному отца. У Наруто так и было бы, если бы Кушина была бы не Узумаки, а, например, Учиха. Никакого бы шарингана не было бы в помине, только предрасположенность к пространственным техникам. А у нас что? Живучесть даже без Кьюби на высоте, чакры тоже изначально было много. Надо бы покопаться в клановой библиотеке. Совсем квартал забросила. -А не пора ли перейти к самому важному? — Цунаде заговорщицки улыбнулась. — К сакэ!       Цунаде как-то не обратила внимание на то, что чакра ее подопечного с последней проверки, недельной давности, возросла в два раза. А стоило бы. []       Тон-тон весело сидела на руках ученицы своей хозяйки. Она была умной свинкой и понимала человеческую речь. Ей сразу понравился этот мальчик, который сидел напротив. Он так напоминал подсолнух, что у нее даже слюнки потекли. Но есть его было рано. Пока… Ее личная носилка что-то втолковывала мальчику, но тот не понимал ни слова. О чем она и сообщила своей едудавалке. -Не понимает? — Шизуне наморщила лоб. — Позови Цунаде-химе.       Пробегая рядом с мальчиком-подсолнухом свинка снова облизнулась. []       Цунаде хотелось напиться. Так напиться чтоб руки тряслись, а перегаром разила на улицу вперед. Но она впервые откинула мысли о выпивке и погрузилась в работу. Или не совсем…       Любой бы человек зайдя к ней в кабинет, с ужасом выбежал бы из него, потому что мало кто знал, что за внешностью двадцатилетней блондинки скрывается старуха. Сморщенное лицо и руки, выцветшие волосы с сединой были не самым страшным. ГРУДЬ. То. на что пялились все мужики, а девушки поглядывали с завистью. Ее гордость свое отжила.       Но это случилось. Вот открылась дверь, в кабинет заглянул очкарик и долгое время наблюдал, как Цунаде с ужасом повторяла: «Амнезия. Полная. Безвозвратная. С морем слетевших закладок.» Впрочем, он не собирался никому выдавать, что тут происходит, только предупредит всех, что главврач не в духе.       Хлопок двери привел Цунаде в норму. Она вернула себе внешность и стала искать в мыслях идею, как бы за пару дней обучить Наруто языку. []       Ник лежал на кровати и никак не мог придти в себя.       Когда он вышел из палаты, взрослая девушка окликнула его пару раз, но он не понял, что окрикивают его. Она быстро осмотрела его и снова начала тарабанить словами непонятного значения. Потом был кабинет и свинка, которая слишком кровожадно для свиньи поглядывала на него. Беготня по всюду. Пришла грудастая блондинка и тоже что-то протарабанила. А он ничегошеньки не понимал! Что ж за наказание такое? Потом с блондинкой пришел блондин, сзади похожий на бабу. Положил мальчику свою лапу на голову, постоял так минуты три, потом тоже тарабанить начал. Что тут началось! Повели его в какую-то комнату и посадили там на стул. Все бы ничего, но пол полный странных черных символов вдруг закрутился-завертелся, а символы ярко вспыхнули.       Какой диагноз поставили, Ник так и не понял, но блондинка вдруг превратилась в старуху, а блондин снова затараторил. НА СЛЕДУЮЩЕЕ УТРО       Блондинка с утра пришла в палату. Знаками объяснила, что мы идем по магазинам. Вовремя, не хочется ходить в обносках.       На улице нас провожали странными взглядами. Там можно было увидеть ненависть и недоумение. Протарабанив о чем-то с хозяйкой магазина, мне начали давать одежду на выбор. Глаза смотрели только на яркие оранжевые, красные и желтые вещи. Отправив меня в кабинку, блондинка снова начала тарабанить. -… — прошипел я, проклиная все на свете. Из зеркала на меня смотрел маленький синеглазый блондин с шестью шрамами на щеках. Его я узнаю всегда. Теперь понятно, кто те люди, которые суетились вокруг меня. Итак, мое имя — Узумаки Наруто, личная заноза в заднице всея Конохи, джинчурики и в будущем лучший друг сильнейшего из существующих Биджу, девятихвостого Лиса, имя которому Курама, сын Четвертого Хокаге и наследницы клана Узумаки. Спаситель мира, епт. Ну, я попал. Впрочем, к черту канон!

***

Каким бы гениальным не был Минато, но у него не было ничего кроме силы, поэтому стать Хокаге без посторонней помощи он не мог, а вот когда у него в женах числиться сосуд Биджу обогнать Орочимару, который и должен был занять этот пост, ему ничего не стоило.