Прельститель. Часть 1. "Я вырос в аду".

      Эдди все больше свободного времени проводил с Дженнифер, предпочитая появляться дома только по необходимости. Девочка из богатого района так заворожила его, заинтересовала, что он порой забывал дома поужинать. Они вместе записались в группу продленного дня, где с ними дополнительно занималась школьными программами мисс Кински. Долорес выразила полное согласие на дополнительные занятия, учитывая, что Ральф в последнее время вообще слетел с катушек и мог прибить своего сына сразу, как только тот попадется ему на глаза. Она сама периодически пряталась от него в комнате сына или в подвале. Ральф уже просто не мог жить без ежедневной дозы алкоголя и отнимал у жены последние деньги. Что же до Эдди, то он был даже рад вообще не появляться дома.       - Мама, уже нет сил терпеть выходки отца! Я больше не могу так жить! - горько плакал Эдди, прижавшись к груди матери. Сегодня ему не повезло - попался Ральфу на глаза, и тот так сильно врезал ему по лицу, что он ударился об стену. Теперь у него на лице красовался синяк, и ему было стыдно показываться на глаза в школе.       - Что ты предлагаешь, сынок? - отстраненно произнесла она.       - Брось его! - настаивал Эдди.       - Сынок, нельзя так говорить! Папа по-своему любит нас!        Эдди замер на минуту и медленно отстранился от матери. Он холодным взглядом посмотрел ей в глаза и апатично произнес:       - Бьет - значит любит? Ты это хотела сказать?       Долорес промолчала. Эдди отказывался понимать свою мать. Он не нашел, что сказать ей, и просто на долгое время ушел в ступор, закрывшись в своей комнате. В сердце какое-то странное чувство, будто игла постоянно пронзает его. Как это объяснить? Что это за любовь такая? Ведь он своими ушами слышал, как отец о нем отзывался. Увы, как бы Эдди не любил маму, эту слабость и бездействие он был не в состоянии ей простить.

***

      Эдди всегда мог рассчитывать на поддержку матери, но после последнего разговора с ней, он утратил и это. Он уже не мог смотреть на маму, у которой на лице застыла вечная апатия и безразличие к жестокости мужа. Свою крохотную надежду на их развод он оставил, понимая, что никогда этому не бывать. Но если раньше Эдди сторонился отца, то сейчас старался избегать общения и с матерью. Не было больше сил смотреть на нее. Она и так стала выглядеть хуже: на голове появилось несколько седых волосинок, под глазами синяки, лицо бледное и измученное, в некоторых местах образовались морщинки. Ей было всего двадцать шесть лет, а выглядела она на тридцать шесть. Денег в семье снова не хватало. Сегодня на завтрак Эдди пил только чай с хлебом, а раньше по утрам ему мама готовила жареный бекон с яичницей или овсянку с молоком. Даже на овсянку не хватало денег.       Эдди спрятался от отца под столом, загородившись скатертью. Ральф пришел вдрызг пьяный и снова бил свою жену, которая больше не оборонялась и позволяла своему мужу издеваться над ней. Но сегодня Эдди предстояло лицезреть еще более ужасную картину. Из-под стола он увидел, как Ральф разорвал на своей жене одежду, всыпал пару пощечин, и когда она обмякла, стянул с нее трусы и жестко начал насиловать, причиняя сильную боль. Эдди уже доводилось видеть родителей за подобным занятием, но сегодня он увидел изнасилование родной матери собственным отцом.       Бедный и перепуганный мальчик сжал крепко кулачки и горько заплакал. "Ну, как же мне все это прекратить?" - вопрошал он в душе. Долорес в слезах тихо всхлипывала и боялась посмотреть на мужа. Со своими пьянками он стал отвратителен: изо рта воняло перегаром, лицо было сальным, в волосах торчали мелкие листья. Похоже, что не доходя до дома, он успел несколько раз упасть. Эдди дрожал, видя издевательство над родной матерью. Он не мог никак решиться, чтобы помочь ей из-за страха перед отцом. "Что будет, то будет. Мне наплевать!" - решился он все-таки. Он медленно стал выползать из своего укрытия, но Долорес открыла заплаканные глаза и покачала головой, давай понять сыну, чтобы он не встревал. Эдди затрясло еще сильнее. Мать не позволяет сыну вмешаться. Ему пришлось подчиниться и с болью на сердце наблюдать за происходящим. Он смотрел только на мать, стойко терпящей унижение, а она смотрела на него. Она что-то прошептала, но Эдди не услышал. По движению ее губ он смог понять, что она хочет ему сказать: "Не смотри на это, сынок! Закрой глаза! Думай, что это просто страшный сон". Эдди отвернулся, но думать о происходящем, как о страшном сне, не мог. Кошмары не могут сниться, когда человек не спит. Ничего не оставалось, как ждать, когда отец удовлетворит свою похоть.       Ральф прекратил насиловать свою жену и сейчас, включив на весь дом громко радио, откупорил очередную бутылку с виски и продолжил свою пьянку. Долорес едва смогла свести ноги и встать. На ее бедре Эдди увидел кровь. Он первый раз увидел свою мать, истекающую кровью. Испытывая страх, боль и ненависть, он вылез из-под стола и подбежал к матери:       - Мама, ты и после этого будешь говорить, что папа нас любит?       Но Долорес ничего не ответила: отстраненно, словно не видя своего сына, она погладила его по голове и ушла в ванную. Своим молчанием она только хуже делала. Эдди просто был ошарашен ее молчанием и бездействием. Как так можно? Ну, как?

***

      Долорес закрылась в детской со своим сыном. Ральф привел в дом двое своих собутыльников. Эдди прижался к матери, и она медленно качала его, обняв, и поглаживая по голове. Мама редко когда могла так обнять его и приласкать. Он уже и забыл, что это такое. Бледная, исхудавшая и постаревшая Долорес! Эдди не мог смотреть на нее. Он всегда знал свою маму как веселую, улыбающуюся женщину с пышными волосами, в красивом летнем сарафане, и необыкновенно красивую. Эдди видел ее именно такой, когда ему было всего два годика. А теперь...! У него и слов не было сказать, что с ней стало. Но сейчас, когда она и он скрылись от глаз злющего отца, ему было легко. Ведь мама рядом, и он не чувствовал себя одиноким.       - Мама, скажи мне, ну, почему ты не можешь уйти от папы? - задал грустно он вопрос.       Долорес тяжело вздохнула и ответила:       - Ох, сынок! Знал бы ты, что я давно уже хочу уйти от твоего отца.       - Так почему же не уйдешь?       - Сыночка, некуда нам с тобой пойти.       - Но ведь можно купить отдельный домик!       - Можно. Но нет такой возможности.       - Давай будем экономить. Будем в копилку складывать деньги. Накопим и купим дом себе где-нибудь в другом городе. Папа нас не найдет. А если найдет, то мы его выгоним.       Долорес печально улыбнулась:       - Эх, малыш ты мой! Пробовала я откладывать деньги на новый дом. Даже присмотрела его в прекрасной солнечной Калифорнии, куда я с детства мечтаю переехать. Прекрасный такой домик у леса, где рядом журчит ручей. Но твой отец нашел мои сбережения и потратил их все на азартные игры. Он все проиграл.       - Давай еще раз попробуем откладывать деньги. На этот раз нам точно удастся. Я тоже хочу в Калифорнию. Там тепло, наверно, нет зимы. Всегда лето, - размечтался Эдди.       - Эдди, как? Ведь всю мою зарплату твой отец у меня отбирает и пропивает. Я уже много раз пробовала прятать от него свои сбережения, но он их находил. Так что не видать нам с тобой солнечной Калифорнии.       Эдди прослезился. Он ни разу не бывал в Калифорнии, даже фотографий с изображением этого места не видел, но все равно мечтал там побывать. Дженнифер там была и часто ему рассказывала об этом месте. Ее описаний ему было достаточно, чтобы представить себе, как там хорошо. Колорадо он ненавидел, тут все опостылело, в первую очередь его отец. Раз мама сама мечтает уехать в Калифорнию и жить там без Ральфа, то Эдди загорелся новой целью - во что бы то ни стало заработать денег, спрятать их в надежном месте и купить там дом, даже самый убогий и захудалый, главное, в Калифорнии, и жить там с мамой без отца.       - Мама, а если нам еще раз попробовать сэкономить деньги на дом? - предложил он.       Долорес в ответ крепче обняла своего сына, погладила по голове и сказала:       - Ты мой маленький ангел! Раз ты хочешь попытаться еще раз это сделать, то так тому и быть. Но это займет много времени и денег придется тоже много откладывать.       - Я что-нибудь придумаю. И еще, мама, научи меня все-таки шить.

***

      Долорес не думала, что Эдди так серьезно отнесется к цели переехать в Калифорнию. За неделю, когда у нее было свободное время, она научила сына шить на швейной машинке и вручную. Пока он умел шить только фартуки и прихватки, иногда ему удавалось вышить и узор. Браться шить что-то посерьезнее он пока не решался - не умел измерять. Повезло, что тканей различных типов Долорес доставала без проблем и почти даром.       - Раньше я работала, сынок, на ткацкой фабрике, - любила рассказывать Долорес во время работы за швейной машинкой. - Умела шить парашюты. Потом стала шить одежду и платья на заказ.       - А ты научишь меня шить так же? - с интересом наблюдал Эдди за ее работой.       - Научу, сынок. Только в школе не говори никому об этом, а то тебя могут засмеять.       - Не скажу. Даже Дженнифер нельзя рассказать?       - Кто это? Это твоя подружка?       - Да.       - Ты мне никогда не рассказывал о ней.       - Дженнифер Свон. Девочка из богатого района.       - Свон? Это не ее мама стоматолог?       - Да.       - Ну, тогда понятно. Раз тебе нравится эта девочка, то это очень хорошо. Можно было бы ее, конечно, пригласить в гости, но это невозможно из-за твоего отца.       - А если она меня пригласит?       - Сходи, но только не засиживайся там. И всегда меня предупреждай, что ты идешь к ней в гости, чтобы я не волновалась.

***

      Но Дженнифер пока не торопилась приглашать его в гости. Пока она довольствовалась играми с ним на улице и прогулками по школьному двору. Даже если бы она его пригласила, он вряд ли сразу бы согласился - постеснялся бы наверняка. Сегодня Эдди, гуляя с Дженнифер по парку, думал о том, как заработать денег.       - Эдди, о чем ты думаешь? - решила отвлечь она его от мыслей.       - Думаю, как денег заработать! - серьезно ответил он.       - А зачем тебе это?       - У меня есть цель одна.       - Какая?       - Я и моя мама хотим купить скромный дом в Калифорнии и переехать туда жить.       Дженнифер остановилась и выпучила свои глаза на друга:       - Ты хочешь уехать отсюда?       - Да, а что?       Она ничего не сказала, только загрустила. Эдди подошел к ней и взял за ручку:       - Ты не хочешь, чтобы я уезжал?       - Не хочу! - обиженно промычала она.       Эдди растерялся. Он посмотрел на свою подругу, и ему показалось, что еще одно слово - и она заплачет. Вот только этого не хватало! Он усадил ее на скамейку и присел рядом. Дженнифер понурила свою головку и обиженно засопела. "Обиделась! На что?"- подумал Эдди. Может, стоит ее спросить?       - Почему ты не хочешь, чтобы я уезжал? - осмелился он ее спросить.       Она только вздохнула и обиженно пропищала:       - Я думала, что когда мы станем взрослым, ты на мне женишься!       Вот это ответ! Вот так девочка! Вот так планы! Но Эдди воспринял это спокойно. "Все люди женятся, выходят замуж. И я тоже женюсь". Но только на ком он женится, пока еще не знал. "В принципе, Дженнифер очень красивая девочка, она многим мальчикам нравится, и мне тоже. Может, даже на ней и женюсь". Так думают многие дети, считая брак чем-то обыденным, что-то вроде узаконенной дружбы, когда мальчик и девочка живут вместе и делят между собой абсолютно все. Но Эдди не имел ни малейшего понятия об этом, хоть много раз слышал песенку про женитьбу.       Похоже, что его молчание только усугубляло бессмысленную обиду шестилетней девочки. Эдди уже давно к ней привязался и немного доверял ей; чтобы она не расплакалась и не обиделась, он запел:       - When I was a boy my mother often said to me "Get married son and see how happy you will be". I have looked all over, but no girlie can I find, Who seems to be just like the little girl I have in mind, I will have to look around until the right one I have found. I want a girl, just like the girl that married dear old Dad. She was a pearl and the only girl that Daddy ever had, A good old fashioned girl with heart so true, One who loves nobody else but you, I want a girl, just like the girl that married dear old Dad.       Дженнифер быстро повеселела, когда Эдди спел ей эту песенку. Она даже старалась двигаться в ритм, что выглядело очень комично. Маленький мальчик поет для своей подружки песенку, чтобы развеселить ее. Выглядело просто забавно, и они заставили улыбнуться некоторых прохожих людей. Многие, глядя на них, думали, что это старший брат развлекает свою младшую сестренку. Дженнифер восприняла эту песенку как его согласие в будущем на ней жениться. Как только он закончил петь, она подвинулась к нему поближе и скромно поцеловала в щечку. Эдди замер и уставился в одну точку, не моргая. Вот это да! Его поцеловала девочка. Раньше его всегда целовала мама, и он воспринимал это как обычное дело, как материнскую ласку, а тут его целует Дженнифер. Разве так можно? Разве может быть поцелуй со стороны другого человека и по разным поводам? Не зная ответов на возникшие вопросы, Эдди предпочел не морочить себе голову об этом, однако поцелуй ему понравился. Он так бы и сидел с выпученными глазами, если бы Дженнифер его не растормошила:       - Эдди, ты что, уснул?       - А? Что? - пришел он в себя.       - Я говорю, ты уснул?       - Ээээ...нет, просто задумался, извини.

***

      Долорес зря думала, что Эдди имеет глупую мечту о Калифорнии. Уж если он за что-то решил взяться, то доведет это дело до конца, у него вполне серьезные намерения. Долорес больше не делила постель со своим мужем и спала в детской на маленькой кроватке своего сына. Сегодня она, проснувшись, не обнаружила рядом с собой Эдди. Куда он мог подеваться? Долорес не на шутку испугалась за сына и, спешно одевшись, спустилась вниз, где на столе на кухне увидела маленькую записку, написанную детской рукой: "Мамочка, за меня не волнуйся. Я разношу газеты. Скоро вернусь". Это письмо успокоило и даже развеселило унылую Долорес.       - Значит, он все-таки решил заработать, чтобы накопить на дом в Калифорнии, - вслух произнесла она.       Да, Эдди серьезно отнесся к этой затее. За десять долларов в неделю он стал работать разносчиком газет и полученную свою заработную плату прятал в своей комнате в коробке из-под обуви под кроватью. Ральф все равно никогда не заходил в детскую, что, несомненно, радовало Эдди. Он вставал очень рано, чтобы успеть разнести газету по своему району, а когда заканчивал работу, спешил домой завтракать и собираться в школу. Такой распорядок дня ему нравился, и Долорес всячески его поощряла. Только Дженнифер была недовольна этим. Эдди теперь меньше проводил с ней время, только в группе продленного дня.       Эдди не учел, однако, самое важное в своем стремлении. Не предвидел он, что его работа будет непростой, и те деньги, что он зарабатывает, мало чем могут ему помочь в достижении цели. За десять долларов в неделю он не сможет заработать на убогий дом в солнечной Калифорнии. К нему пришло это понимание только после месяца упорного труда. Он не высыпался, нарушал постоянно свой режим дня; он стал еще более худым, чем обычно, с его лица не сходила бледность, глаза были сонные и уставшие. Но мечта о солнечной Калифорнии была сильнее, и когда ему подарили журнал городов США, и там он увидел несколько страниц, на которых были фотографии самых живописных мест этого штата, он только более рьяно стал стремиться переехать туда. Но за месяц он смог заработать только сорок долларов. Сколько стоит самый скромный и убогий домик в Калифорнии или хотя бы однокомнатная квартира в бедном квартале какого-то города этого штата? Эдди не знал.

***

      Долорес и Эдди могли теперь ужинать только в детской, Ральф уже который раз приводит домой собутыльников. Несчастной матери приходится тайком носить еду на второй этаж, чтобы сына накормить и самой поесть. Сегодня она хотела порадовать сына вишневым пирогом, но Ральф его съел вместе со своими приятелями, оставив обглоданный маленький кусочек. Этим куском она, конечно, не обрадовала Эдди, но все равно он был благодарен ей. Сладости в его жизни стали редкостью. И сейчас, жуя убогий кусок пирога, Эдди спросил мать:       - Скажи мне, мама, сколько еще нужно нам денег, чтобы купить дом в Калифорнии?       - Ох, сынок, нам как минимум нужно тысяч пятьдесят, - тяжко вздохнула она.       Эдди поперхнулся:       - Сколько? Пятьдесят тысяч?       - Да, сынок. И не меньше.       - Так много? Почему?       - Потому что нужны еще средства на мебель и ремонт. Без этого никак. Мы же не будем жить в пустом доме, где нет ни дивана, ни кресел, или хотя бы раскладушки.       Эдди ухватился за голову. Да ему жизни не хватит, чтобы заработать такие деньги, как разносчик газет! На миг он глубоко опечалился, но потом вдруг твердо спросил:       - Мама, а ты можешь давать мне из своей зарплаты немного денег? Здесь отец их искать не будет. Так мы быстрее сэкономим.       - Сынок, все равно, чтобы накопить такую сумму, у нас уйдет с тобой не один год.       - Ну и что? Я все равно буду копить.       Долорес приобняла сына и ласково погладила по голове:       - Хорошо, сынок. Я буду давать тебе по возможности какую-то сумму денег. Может быть, действительно, нам повезет с тобой, и мы, накопив определенную сумму, сможем уехать отсюда. Глядишь, в Калифорнии я смогу найти более солидную работу, буду больше зарабатывать. У тебя будет тогда много игрушек и сладостей. И там нас будут уважать. Калифорния, сынок, это мечта. Мы сможем с тобой ездить в Лос-Анджелес, побываем в Голливуде. Ты молодец, сынок. Спасибо тебе, что возродил во мне мою мечту.       Долорес сквозь улыбку плакала. Сейчас хоть и было им тяжко, но Эдди был счастлив, видя свою мать воспрянувшей духом. Ее воскресшая надежда укрепила его духовно, значит, его усилия и страдания не напрасны. Единственное, что его расстраивало, так это лишь время. Сколько нужно времени, чтобы накопить нужную сумму? Год, два, шесть лет? Он об этом не думал.       Эдди засыпал рядом с мамой, думая лишь о том, как он будет счастлив в Калифорнии. Засыпая, он представлял себе свой дом. И ему приснилось, как он и его мама уже живут там. Светит солнце, рядом море, растут пальмы. И снится ему, как он бежит к морю с пляжным мячиком; плещется в ласковых волнах, на берегу загорает мама, читая женский журнал. Во сне Эдди даже улыбнулся и ему ох как не хотелось просыпаться! Хотелось, чтобы этот сон никогда не прекращался. Только сны помогают ему убежать от тех неприятностей, с которыми он сталкивается каждый день.