Наставник для гарема

- Доброе утречко! - Ребекка вошла в комнату. - Саша, вставай. На сегодня у нас грандиозные планы! Юноша с трудом открыл глаза. Ночь выдалась тяжелой, он несколько раз просыпался, обнимая себя руками, пытаясь унять боль. Девушка внимательно посмотрела на ученика, провела ладонью над его головой и нахмурилась. - Знаешь, Саша, твой организм сильнее, чем я думала. Питомцы уже свили кокон, теперь твое тело отвергает их. Потерпи немного еще, Саша. Кокон растет безболезненно, как только выйдут питомцы, тебе станет лучше. Юноша застонал и повернулся на бок. - Ну вставай же, Саша! На заставляй приказывать тебе. Медленно, очень медленно юноша сел на кровати, медленно спустил ноги на пол и встал. Ребекка довольно кивнула и развернулась чтобы выйти из комнаты. Не поворачиваясь, холодным, не требующим неповиновения голосом она произнесла: - Раб всегда должен следовать за хозяином, куда бы тот ни пошел. Без воли хозяина, раб не может ходить, есть, спать, умереть. Если хозяин милосерден, он даст рабу особую вольность, если хозяин жесток - жестоко наказан будет раб. Следуй за мной. Она прошла сквозь дверь, оказавшись в соседней, более просторной, комнате. Яркий свет серебрил полы ее одежды, хитро уложенная коса поблескивала серебром. Юноша долго мялся у двери. Вчера он прошел вместе с ней, а сегодня учитель почему-то была не в духе. Саша осторожно взялся за ручку и потянул на себя. С протяжным скрипом дверь открылась. - Я думала, ты догадаешься как нужной пройти... Жаль, - она взяла со стола сверток и протянула ему. - Одень. Сегодня у нас занятия в обществе и ты должен выглядеть соответствующе. Она спокойно смотрела, как юноша развернул сверток, как положил на кровать широкий пояс, с отходящим от него ворохом ремней и странный, мягкий продолговатый чехол. - Для чего это все - догадаешься сам? Саша оглянулся на девушку. Холодные серые глаза совсем не улыбались. Полы одежды искрились, но от всей фигуры девушки веяло холодом. Она скрестила руки на груди и с интересом наблюдала. - Ты думаешь, хозяин тебе будет что-то объяснять, во что-то одевать тебя? Ошибаешься. То, что я предложила - всего лишь пояс, поддержка для тебя. Да и не нужно демонстрировать всем свое вялое достоинство, не очень аппетитное оно у тебя. Юноша смущенно посмотрел вниз, но за животом ничего не было видно. - Одевайся, я жду. У нас с тобой не так много времени. Смущаясь, теряясь, неуверенно двигаясь, юноша застегнул пояс, соединил все ремни, а чехольчик обошел стороной. - И это все? - девушка склонила вбок голову. - А прикрыться? Саша непонимающе посмотрел на нее. - Ну же, прикрыться! - она жестом показала где именно и как. Юноша смутился. Неуверенно взял в руки чехол и застыл. - Дальше! Лицо девушки застыло маской. Она, не отрываясь, смотрела на растерянного юношу. Он понимал, что должен сделать, но не знал как. - Иди сюда, горе мое, - девушка взяла из рук вконец потерявшегося парня чехол и потянулось, чтобы одеть его. Саша отстранился. - Стоять, - в голосе девушки не было злости, не было приказа - там сквозило недовольство. Юноша сделал еще шаг. Холодный ветер подтолкнул его в спину, заставляя иди вперед. Холодная узкая ручка ухватилась за самое дорогое. Саша застыл, прекратил дышать. Ощущений... Не было. Как будто это была не самая чувствительная часть тела, а такая же, как, например, рука или нога. Но от прикосновения холодных ручек стало страшно. - Не бойся, не отрежу, - она присела возле юноши, осторожно помещая орган в мешочек и закрепляя его тонкими ремешками. Часть ремешков девушка пропустила сзади, оплетая ими ягодицы. - Удобно, нигде не трет? Ты не стесняйся, сделай пару шагов. Юноша неуверенно зашагал по комнате. Действительно, так было намного удобнее, нигде ничего не терло, поддерживало. - Ну, теперь ты готов, - она выпрямилась в полный рост, грациозно потянулась и осмотрела результат. - Хочешь увидеть себя со стороны? В комнате появилось овальное зеркало, охватившее человека в полный рост. Саша с отвращением и любопытством осматривал себя. Плотная фигура, широкий кожаный пояс, охватывающий линию бедер, поддерживающий выпирающий живот, множество тонких ремешков, спускающихся ниже, яркий цветной мешочек в том месте, где должен быть член. Саша повернулся боком к зеркалу. Его ягодицы охватывала сеть из тонких, но очень мягких ремешков, аппетитно подчеркивая природную округлость. Волосы на голове слиплись от грязи и стояли торчком, синие круги под глазами, на теле разводы. В отражении он заметил, как у девушки недовольно поджались губы. - Грязный, - бросила она, увлекая его за собой. В той комнате, в которой они оказались, кроме большой ванны, не было ничего. Девушка прошептала слова и вода в ванной закипела. Идя в туфлях по блестящему полу, она вела за руку юношу. - Раздевайся и садись. Я расскажу тебе, как надо мыться для господина. Снимай шнурки, мешок и погружайся. - Я же сварюсь... - Ну и что, господину от этого лучше не станет. Садись. С помощью Ребекки юноша разоблачился, тяжело вздохнул и полез в воду. Все оказалось не так плохо. Жидкость очень нежно приняла его, мгновенно согрела, не нанося травм, успокоила. - Вымой голову, как ты делал это обычно, я подожду, - в ванной комнате появилось кресло и девушка опустилась в него. - Как закончишь - сообщи мне. В руках её появилась открытая книга. - Знаешь, Саша, я расскажу тебе не по нужной теме. Все равно ты не услышишь, - словно в подтверждение ее словам, зашумела вода. - Зачем нужны наставники, Саша? Чтобы учить. Чему учить? Как быть рабом. Я училась семь лет этому ремеслу, но так и не смогла много принять. Зачем калечить раба? Зачем забирать его жизнь? Рабов лучше использовать целыми. Ну, переделать под себя можно, не причиняя вреда ему, ну, прирастить что-то. Да, нам много говорили про это, заставляли вызубривать что раб должен делать и почему, заставляли почувствовать много на своей шкуре. Но я уже говорила, что не хочу калечить тебя. Ты мой первый послушный, идеальный раб! И очень хочется рассказать тебе всего побольше. Саша, слушаешь меня? Юноша нежился в теплой воде, блаженно прикрыв глаза. Неудобства и боли покидали тело, он радовался этому и понемногу засыпал. Монотонный голос хозяйки убаюкивал. - Саша! - юноша резко дернулся, расплескав воду. - Глупый Саша! Ты зачем уснул? Если утонешь, как я буду учить тебя? Негодующие глаза были возле его лица, тонкие губы кривились. - Ты не хочешь учиться, Саша! Как ты будешь преданно служить, если за тебя буду делать все я сама? Ох, Саша... Она утомленно покачала головой, доставая из воздуха баночку. - Хозяин не любит, когда его раб не чист. Ты не должен пугать или отторгать его, Саша. Хозяин будет ласков и добр, если в местах его внимания все будет свежо и чисто. Как достичь этого? Через боль. Не делай такое выражение, всегда можно избежать боли. Знаешь, а вытяни-ка ножки, Саша, вот так. Теперь положи на живот руки и ничего не бойся. Я не хочу причинять тебе вреда. Днище ванной дрогнуло и начало подниматься. Девушка что-то перемешивала в висящей в воздухе ступке, что-то выливала туда из матовых флаконов. Вода, под напором днища, хлынула из ванной. Когда движение прекратилось, Саша оказался в весьма неприличном положении: его тело возвышалось над водой, руки обнимали круглый живот, а ноги были чуть разведены, не имея возможности лежать рядом. Тело было влажным. - Ты ножки пошире-то разведи, а то больно будет, - девушка не отрывалась от процесса, все добавляя и добавляя что-то в ступку. - Я, конечно, и сама могу, но тебе от этого не будет спокойнее. Молодец. Послушай, Саша. Сейчас я нанесу состав, который уберет с твоего тела все ненужные волосы. Ты не должен смущаться, или противиться мне. Процесс не очень приятен, но крайне прост. Его эффектом и является главная цель наставников гарема. Не самому же хозяину возиться с тобой... Да и слуги не будут церемониться. Давай, расслабься, Саша. Девушка почерпнула состав рукой и методично начала наносить на тело юноши. Сначала на ноги, потом на пах. Подержав в руке невозбужденный член, она едва заметно улыбнулась. Наставникам запрещено было самим иметь гаремы. Обретший гарем наставник лишался всех привилегий, звания, имел дурную славу в обществе. Но таких было немного. Чаще наставники уходили со своей должности, когда заводили семью. Какая-то доля почета у таких людей оставалась, но заниматься воспитанием рабов они больше не могли. Часто бывшие наставники шли просто в учителя. Чем привлекла работа Ребекку? Тем, что была полная свобода действий и платили золотом. Бывали случаи, что хороший раб стоил целого дворца, с садами, с прислугой, с имениями. В таком месте мечтала жить Ребекка, всеми силами стремилась к нему, но была и вторая мечта - как можно больше быть полезной обществу и человеку. Закончив наносить состав, она повела рукой, опуская дно ванной и заново заполняя ее водой. Саша поморщился, но стойко вытерпел те несколько секунд, когда под напором воды, волоски отделялись от тела. Вода стала плотной и серой. - Выходи, - девушка отошла чуть в сторону, сжимая в руках полотенце. Как только он коснулся обоими ногами пола, водопад ледяной воды обрушился на его голову, заставив юношу вскрикнуть. - Ну вот, теперь ты полностью готов. Иди сюда.