Галлюцинации

- О, пришел, - Марков сидел за рабочим столом, когда открылась дверь, и в кабинет молча прошел Ли Доен. – Я думал, ты решил бросить наши лечебные процедуры, - и неприятно смеется. – Ты нормально себя чувствуешь? Ничего не болит? - А ты? – вопросом на вопрос отвечает брюнет. – У тебя все хорошо? Марков на мгновенье задумался. - Ну, в общем да, а почему ты спрашиваешь? - А чего ты жалуешься на меня, как на маленького ребенка, и чуть что звонишь матери? Заведующий нервно усмехается и поднимается из-за стола. Он сегодня выглядит по-особенному, в светлом костюме и галстуке ярко-красного цвета, который ничуть не подходить под этот комплект. - Я, как твой лечащий врач, искренне беспокоюсь. Ты считаешь нормальным не приходить в назначенное время и не поднимать трубку, когда я звоню? Доен усмехается и снова смотрит своим бешеным взглядом. Он злится и сейчас готов хорошенько прочистить мозги этому шарлатану, но лишь из уважения к матери держит себя в руках. - Будь добр, не говори с Ли Инсу о моем здоровье. Не звони и не докучай ей. Ты выглядишь глупо. Не беспокойся, я не найду другого психотерапевта. Мне выгодно иметь дело в тобой. Все думают, что я лечусь от невроза. Марков кивает и кладет ладонь на плечо Доен. Тот не заставляет себя ждать и стряхивает ее. Он не скрывает, что это общение раздражает его. - Доен, я хочу тебе помочь. Ты не должен так себя вести. Твоя мама доверяет мне, но я не понимаю, почему ты относишься ко мне с таким пренебрежением. Доен усмехается и отводит взгляд в сторону. - Хотя бы потому, что мне совсем не помогают эти сеансы гипноза. Я терплю тебя только из-за мамы, не хочу ее расстраивать, но ты настоящий профан, - парень говорит абсолютно искренне. - То есть, ты против очередного сеанса? Брюнет кивает и садится в кресло, откидываясь на спинку. - А ты догадливый. Вот только выхода у меня нет. Если я не пройду через это снова, ты позвонишь маме и будешь жаловаться, - он смеется и смотрит на Маркова выжидающим взглядом. – Садись. Чем скорее начнем, тем быстрее закончим. - Ты куда-то спешишь? – заведующий садится напротив и берет в руки уже привычный для Доен маятник. Парень кивает и садится в кресле удобнее. С самого первого раза он ненавидит эту процедуру. Она всегда крайне болезненна, и Доен иногда подумывает о том, чтобы остаться в таком состоянии до конца своих дней. - Смотри внимательно, не отрывая взгляда, - говорит Марков и начинает раскачивать кулон из стороны в сторону. – Постарайся сосредоточиться, не думай ни о чем постороннем. Голос у Маркова, несмотря на все остальное, приятный, и Доен внимательно слушает его. Он уверен, что и сегодняшний сеанс ничем не поможет, но старается изо всех сил. Веки быстро тяжелеют и опускаются. Доен еще слышит голос доктора сквозь невидимый вакуум. - Когда я щёлкну пальцами, ты должен будешь очнуться, - бубнит мужчина. Марков откидывается на спинку стула и скрещивает пальцы. Он внимательно следит за выражением лица Доен и пытается уловить малейшие изменения. - Где ты? – Марков задает привычный вопрос. Если бы Доен был в сознании, он бы обязательно съязвил по поводу неоригинальности этого человека. - На улице, - спокойно говорит он, видя в своем подсознании четкую картину. - Который час? Ты можешь определить это, находясь на улице, верно? Светло или темно? Доен на мгновенье задумывается и мысленно смотрит по сторонам. - Это сумерки, да… точно, сумерки. - Отлично, - хвалит заведующий и легко постукивает ногтями по подлокотнику. – Попробуй увидеть, есть ли что-нибудь поблизости. Раз ты на улице, то рядом должны быть магазины или кафе. Сосредоточься. Доен крепче зажмуривается и чаще дышит. Это тяжело, но необходимо, поэтому Доен борется с собой каждый раз. - Кажется, рядом жилой дом, - говорит он, встревоженно сжимает руки в кулаки и сводит брови. - Что такое? Что-то еще видишь? - На доме есть табличка с названием улицы. Я попробую разглядеть. Марков кивает и напрягается сам. - Не торопись, будь спокоен. Сосредоточься, сфокусируй взгляд. Сейчас это может быть очень важным. Доен и сам это понимает. На прошлых сеансах он видел ту же улицу, иногда даже замечал этот жилой дом, но еще никогда ему не удавалось ухватиться за такую мелочь, важную мелочь, как название улицы. - Я не вижу, - обреченно выдыхает парень и чувствует растекающуюся в теле слабость. - Попробуешь еще раз? – заинтересованно спрашивает Марков, и Доен отрицательно мотает головой. – Тогда на раз-два-три по щелчку ты очнешься. Готов? Доен кивает и умоляет, чтоб это произошло скорее. - Один… - тягуче медленно. - Два… - невыносимо терпеть, это уже физически больно. - Три, - щелчок пальцами и Доен распахивает глаза, хватая ртом воздух. Ощущение, будто он побывал в космосе без скафандра. Доен уверен, что эта процедура похуже путешествий с помощью машины времени. - Ты как? Доен усмехается. Выглядит он снова неважно, как и всякий раз после сеанса гипноза. - Как будто тебя это заботит, - безразлично отвечает парень и спешит покинуть ненавистный кабинет. После гипноза Доен всегда хочет спать. Обычно он возвращается в кабинет, садится в свое удобное кресло и засыпает, уложив голову на стол. Но на сегодня запланировано две операции, поэтому отдых отменяется. Доен быстрым шагом идет по коридору неврологического отделения к лестнице. Он спешит, чтоб еще раз пробежаться глазами по истории болезни своего пациента. В последнее время Доен совсем недоволен своей работой. Он находит время на все, даже на спасение утопающих, а здесь толком не знает, что с его пациентом не так. Но несмотря на это, брюнет сворачивает в травматологию и направляется к палате Марка. Он уже заглядывал утром, но почему-то решил зайти снова. У дверей он встретился с Сашей, который отходил, чтоб покурить. - Жутко выглядишь, - откровенно говорит Доен и через маленькое окошко смотрит на спящего Марка. Тот выглядит хуже, чем вчера: на скуле расплылся огромный синяк от удара об воду, лицо осунулось, и вообще он не был похож сам на себя. - Он уже приходил в себя? – спрашивает Доен и складывает руки на груди. Он неотрывно смотрит на Кириллова, и его не перестает одолевать глупое чувство дежавю. - Да, уже очнулся. Он не хочет вспоминать последние часы своей жизни. Но я рассказал ему о том, что случилось, - Саша усмехается. – Кажется, Марк успел пожалеть о принятом решении. Не думаю, что он искренне хочет умереть. Думаю, это было минутной слабостью. И я рад, что ты оказался рядом в тот момент. Боюсь представить, что могло произойти, если бы я не дал тебе его адрес… Доен улыбается и опускает взгляд на свои руки. Ему до сих пор страшно, ведь вчера он мог не справиться, и они могли оба умереть. - Саша, ты можешь ответить на один вопрос? – Доен вопросительно смотрит на парня, заставляя его брови поползти вверх. - Ты это серьезно? - и смеется. – Это впервые, когда ты обратился ко мне по имени, а не что-то вроде «эй, дебил». Брюнет кивает. - И кстати, ты тоже почему-то обращаешься ко мне на «ты», хотя мы не близкие друзья, и я такого не позволял. Саша мгновенно серьезнеет и выпрямляется. Доен намного страшнее Макса. Нет, не внешне. То, что внешне эти парни одинаковые, Саша уже давно понял. У Доен страшный характер, и это видно по глазам. - Простите. Так что Вы хотели спросить? – Саше интересно. Почему-то ему интересно все, что связанно с Доен, ведь Доен нечто, что ему тяжело, практически невозможно понять. - Кириллов раньше попадал в больницу? – спрашивает парень, но не понимает, что пытается выяснить. Саша задумчиво поднимает голову и чешет горло. Он передергивает плечами и возвращает взгляд к Доен. - Да, бывало. Больше двух лет назад он вроде со стремянки упал и получил сотрясение мозга. А что? - Ничего, спасибо, - говорит он и, обойдя Сашу, идет к лестнице. Раньше Доен никогда не ощущал ничего подобного, и ему вдруг показалось, что давным-давно он уже видел Кириллова или кого-то, похожего на него, в больничной койке. Доен не помнит о себе абсолютно ничего. Имя, возраст, дату рождения и свою историю жизни парень узнал от матери и ближайших родственников. Доен очнулся в больнице «Тэмин». Он хорошо помнит, как открылись его глаза и столкнулись с белым цветом, окутавшим его со всех сторон. Он не сразу понял, что это больница, но в комнате неприятно пахло лекарствами и хлоркой. Доен затошнило, но он смог сдержаться и вновь прикрыл глаза, чтоб провалиться в беспокойный сон. Брюнет не любит об этом вспоминать, однако он каждый день прокручивает в голове ту ненавистную сцену в надежде что-либо вспомнить. На самом деле его вполне устраивает нынешняя жизнь. У него есть работа, мать, и если бы не недавние события, то он бы вполне мог считать себя счастливым. Но Доен ничего не помнил о друзьях, детстве и отце. Ли Инсу сказала, что отец не смог пережить несчастье, случившееся с сыном. Доен мечтает вернуть воспоминания, связанные с ним. Это то, ради чего он терпит мучительные сеансы гипноза. Доен заворачивает за угол и, углубившись в собственные мысли, сбивает кого-то с ног. Он облокачивается на стену, чтоб не упасть самому. - Прошу прощения, Вы в порядке? – Доен опускается на корточки и помогает подняться девушке, с которой случайно столкнулся. – Я задумался и не заметил Вас, надеюсь, Вы не пострадали? Девушка поднимает взгляд из-под отросшей челки и легко улыбается, одними глазами выражая всю искренность и доброту своего сердца. - Все в порядке, - ее губы расходятся в еще более широкой улыбке, а сердце Доен отчего-то пропускает удар. У Доен в мгновенье проскальзывает миллион мыслей в голове. Эта девушка… Мог ли он быть знаком с ней в прошлом? И почему она так странно улыбается? Она чем-то больна? - Вы меня не знаете? – вдруг спрашивает парень, чувствуя полную и абсолютную ненависть к себе. В такие моменты ему хочется убиться головой об стену. Девушка отрицательно качает головой, отчего ее челка разлетается в стороны. У нее азиатская внешность и милая ямочка на щеке, которая Доен откуда-то знакома. Это странно, ведь раньше память усердно скрывалась от хозяина, а теперь, кажется, решила подкинуть парочку картинок из прошлого. Хотя и этих подсказок для Доен катастрофически мало. - Мне нужно идти, - шёпотом говорит она. – А то мой братик будет ругаться, - и обойдя парня, идет вниз по коридору. Доен не уходит, пока девушка не скрывается за поворотом. В его голове нет ни одной мысли. Это порядком надоело, и с каждым разом становится все тяжелее. Жить, не зная кто ты, не узнавая лица людей, которые отчего-то кажутся тебе знакомыми, и все время ощущать дурацкое чувство дежавю… подобное Доен и врагу не пожелает.