Вишневый

После того дня, как в дом России вломились незваные гости прошла уже неделя, или даже чуть больше Иван особо и не считал. В его жизни и так все идёт не ладно последний месяц, бывали и провалы в памяти, а теперь ещё и взлом. Подумать только. Ещё недавно они не то что к его дому боялись подойти, но и вообще зайти на его территорию, а теперь прут как паровозы. Вообще Иван часто стал себя ощущать одиноким по сложившимся ситуациям и где-то в глубине души он был рад пусть такому, но вниманию. Размышляя над этим, Россия мешал чайной ложкой в чашке горячий кофе и устремил свой взгляд в одну точку, лишь иногда моргая. Наверное кофе уже переслащенный, учитывая сколько он уже стоит так и мешает сахар в чашку, но лезущие в голову мысли все никак не давали выйти из них. И ещё этот Америка, когда он вообще успел обзавестись ключом от чужого дома? Хм. Хотя Иван бы ни чуть не удивился, если бы у него был склад таких ключей от домов каждой страны. Похоже мальчик решил поиграть в шпионов. Ну, в принципе, это его дело, а дело России срочно поменять дверной замок. Главное, чтобы и другие не делали таких выходок, хотя… вряд ли до такого может кто-то додуматься кроме Альфреда. Надо бы поскорее вернуть Пруссию в его дом. Пусть не на долго, но хотя бы на какое-то время, пока все это не утрясется. Сейчас не лучшее решение оставлять дом пустым пока он будет отвлекаться на работу. Ох… Было бы глупо подумать, что Гилберт согласится делать что-то подобное просто так, да и вообще хоть что-то. Наконец, остановившись размышлять, Иван поставил на стол чашку, так и не выпив из неё ни глотка, и взял в руки телефон, ища в записной книжке нужный номер. — Алло, привет, Гилберт, — поздоровался Россия, как только услышал, что трубку взяли. На том конце в ответ послышалось шобуршание. — Привет, — ответил ему тот, чуть игривым и хриплым голосом. Кажись с бодуна. — Ты был вчера у моего дома? — Пф, тоже мне, с какого я должен быть в куче этих «женихов»? — Возмутился тот. — Я рад, — улыбнулся сам себе Иван и продолжил, — рад, что ты так думаешь. Знаешь… В последнее время ко мне в дом зачастили непрошеные гости, даже некоторые сделали дубликат ключей от моего дома, — как-то помрачнел, вспомнив о выходке американца, — а в доме никого нет кроме меня, да и времени нет следить… — хихикнул. — Давай к сути, — сказал вдруг серьёзным тоном Гилберт. — Возвращайся домой. На том конце провода вновь послышались посторонние звуки и невнятные разговоры. — Хорошо. Только это… Заберешь меня. Деньги я все просрал, а Людвига нет дома уже дня как три. — Ладно, — бодро согласился Иван и сбросил трубку. Россия уже догадывался на что прусс потратил деньги, а точнее это было понятно по его пьяному голосу. Тогда можно задаться вопросом, что за невнятные разговоры были на фоне, раз Германии не было дома? Неужто тот, пока он дома один, решил устроить алкогольный марафон? Вот зараза, а его не позвал. А самое удивительное, что Гилберт согласился уехать в дом Ивана без условий. Обычно тот все время возмущался на его просьбы, а тут… В последнее время появлялось много вопросов. Это странное поведение стран изрядно пугало и настораживало. Россия решил не томить и съездить за Гилбертом сейчас, да и заодно новый замок в магазин заехать купить.

***

Приехал к дому Германии русский уже к девяти часам вечера, благо рейсы существовали и поздним, поэтому, если поторопить прусса, то можно добраться обратно к раннему утру. Хоть его там особо никто не ждал, кроме толстого, вечно гуляющего кота, домой все же хотелось всегда. Да ещё в Берлине дождь начался, как только Иван вышел из аэропорта без зонта, что еще больше давило, и хотелось скорее в свой теплый дом посидеть у камина. Радовало хотя бы то, что не пешком, а на такси ехал. Позвонив в звонок аккуратно обустроенного дома, Иван принялся ждать когда ему откроют дверь. Ждать пришлось минуты три, стоя под набирающим силу дождем, из-за чего он успел разозлится, что ему все ещё не открыли дверь. Спустя время послышался щелчок открывающийся двери и на пороге появился… Нет не Пруссия, а пахнущий лёгким перегаром Франция, пытающийся скрыть запах алкоголя цветочными духами. — Bonjour, mon cher, как поживаешь? — спросил француз у Ивана, стоящего под дождём на пороге, — Ох, проходи. Ты весь совсем промок. — Здравствуй, Франциск, а где Гилберт? — спросил тот, проходя в коридор мокрыми ботинками. — Он в комнате. — Я так понимаю, ты самый трезвый, раз принялся открывать дверь? — по доброму усмехнувшись, спросил Россия, чувствуя шлейф запаха алкоголя по всему дому, одновременно снимая с себя мокрую шинель и ботинки. — Ну, можно сказать и так, — хихикнул Франциск, приглашая того в комнату жестом руки. Россия принял приглашение и прошёл в комнату. В помещении пахло перегаром ещё больше чем в коридоре, и от этого даже не помогали открытые на распашку пластиковые окна . Ярко горел свет лампы, представляя взору полусидящего Гилберта, держащего в руках карты с закрытыми глазами, а рядом сидел Антонио, вдупляя пьяными глазами в свои карты. Заметив появление нового собутыльника, Антонио встрепенулся и разронял все карты радостно всплеснув руками. — Hola, Россия! Ты за Гилбертом? А мы тебя ждали. — Здравствуй, Испания, — улыбнулся Иван пьяному собеседнику и перевёл взгляд на прусса, так и не открывшего глаза. Задремал. — Думаю, что сейчас не лучшая идея ехать, ибо я очень сомневаюсь, что лица Гилберта и Гилберта в паспорте будут совпадать, — сказал за спиной Франциск, проходя в комнату и садясь не далеко от Испании. — Вот же зараза пьяная, ведь знал же, что я приеду, — огорченно сказал Иван, продолжая смотреть на мирно спящую прусскую рожу. — А ты оставайся, завтра как Гилберт проспится с утра и поедете, — предложил Антонио. — Деваться не куда, — вздохнул Иван. Так и началась первая ночь...