Любовь и предрассудки

      Паршивое утро. Больная голова и мелкие судороги во всех мышцах. Так плохо Чон Чонгук еще никогда себя не чувствовал. Тело ломит, из ануса льется вязкая жидкость, пачкающая боксеры и постельное белье. «ТЕЧКА», — светится красной лампочкой в голове. Хуже времени для омеги быть не может. Постоянное возбуждение и ярое желание быть оттраханным. Несмотря на юный возраст, Куки, как и другой любой нормальный здоровый омега, не был обделен «прекрасными» симптомами. А ведь Тэхен предупреждал, что следует ждать худшего. На что младший лишь озлобленно фыркал, почем зря. — Черт, — выругался брюнет, — этого еще не хватало, — омега вел диалог с самим собой. — И что мне теперь делать? Этот осел ведь по-любому скоро проснется из-за моего запаха. Блин, и выбраться- то мне отсюда никак. А-а-а, — взревел Чон, — моя бедная невинная попка, как я тебя защищать-то буду? Хм, а может быть, мне просто стоит запереться? — сам у себя спрашивал брюнет. — Нет, у него есть ключ, долго мое заточение не продлится. О, точно, я же не зря занимался боевыми искусствами. Я просто его отключу, ха-ха, гениально, так и поступлю, — сам себе похлопал Гук. — Сладкий, ты, конечно, весьма изобретательный у меня, но, боюсь, ничего не выйдет, — послышалось возле самого уха. — Мать твою, — подпрыгнул Кук, — ты что как привидение-то ходишь? Сердце в пятки убежало. Можно же предупреждать, прежде чем заходишь, — возмутился омега. — Милый, это мой дом, и я волен ходить где угодно и когда угодно, — томно шептал альфа. — Не твой, а твоих родителей, — спорил брюнет. — Это все никому не нужные формальности, детка. Мы так и будем пререкаться или же к делу перейдем? Твой запах просто затмевает разум, обожаю кокос, — ведя носом по шее Чонгука, говорил Тэ. — Эй, альфа, и когда ты стал пользоваться такими слащавыми фразами? В обычной жизни ты ведешь себя даже хуже, чем я, хоть и старше. Что же случилось сейчас? — невинно спрашивал младший. — Ты случился, — игриво отвечал старший. — И вообще, надоели мне разговоры ни о чем, давай поиграем. Малыш хочет прокатиться на моей карусели, мм? — Бе-е, — возмутился брюнет, — твои слова слишком пошлые. Веди себя скромнее, ты, глупый альфа. Я вообще-то ребенок еще, возьму и заявлю об изнасиловании. Что будешь делать тогда? — Пфф, напугал, — смеялся Ви. — Никто не поверит, тем более мы истинные. И хватит обзываться, я не идиот и не глупый, — возмущался рыжик. — Кажется, кто-то хочет быть наказанным.       Тэхену надоела пустая трепка языками. Не дожидаясь ответной реакции на свою реплику, он завалился на омегу, не давая никаких путей к отступлению. Отдернув одеяло в сторону, альфа открыл себе доступ к молочной коже младшего. Его тело было совершенным. Хрупкий, с угловатыми плечиками, острыми ключицами, тонкими запястьями и абсолютно женскими пальчиками. — И-де-аль-ный, — по слогам произнес альфа. — Чонгуки, ты идеальный, — шептал рыжий, боясь спугнуть паренька перед собой. На что брюнет залился краской. Впервые он слышал от альфы подобные слова. Мягкий голос и теплый взгляд пары заставили омежку успокоиться и довериться. — Чонгуки, — говорил Ким, видя реакцию Чона, — я обещаю, что не сделаю тебе больно, просто поверь. Дай мне согласие, и ты не пожалеешь, мм? — Да, — еле слышно пролепетал омега, боясь передумать. Одно слово снесло все заслонки. Тэхен остервенело начал покрывать юное тело перед собой страстными поцелуями, оставляя алые отметины собственности. Ви не хотел сделать что-то не так, но запах возбуждения, окутавший спальню, пленял, заставляя подчиняться животным инстинктам. Быстро избавившись от ненужных пижамных штанов и боксеров, Тэ вернулся к истязанию любимого тела. Стянув и с младшего его грязное белье, Ким принялся ласкать аккуратный член омеги. Нежно ведя пальчиками по плоти Чона, размазывал выступившую смазку. Омега, терявшийся от новых ощущений, тихонько поскуливал, то и дело закрывая красивые глаза. — Милый, посмотри на меня, — просил альфа. Полностью повинуясь желанию партнера, Чон открыл очи, наблюдая за развратными действиями Кима, который успел удобно устроиться возле паха омеги, погружая теплую плоть в жаркий рот. — А-а-х-х, — сорвалось у омеги. Пошлые причмокивания возбуждали все сильнее, заставляя юношу позорно сжимать простыни так, что костяшки пальцев начали белеть. — Техен-а, — рвано выдыхал брюнет, — я сейчас все. Пара резких движений свободной рукой, и альфа приводит Куки к его первому оргазму, позволяя расслабленному телу омеги отдохнуть. Пока Чон приходил в себя, Ви лениво целовал пухлые губки омежки, сцеловывая всю прелесть кокосового аромата. — Чонгуки, — разводя ножки омеги, говорил рыжий. — Сейчас будет немного неприятно, потерпи, ладно? Я буду нежен, — вводя первый палец в брюнета, ласково на ушко Чону шептал Ви. Не почувствовав преграды, Тэ добавил второй палец, раздвигая их на манер ножниц. — Ай, — скривился Кук. — Больно? — испуганно спросил рыжеволосый. — Н-нормально, — дрожащим голосом ответил Чонгук, — продолжай. На что альфа протолкнул пальцы дальше, задевая заветный бугорок. — Да-а, — прохрипел младший, — Тэхена, там было хорошо, сделай так еще раз. Ви двинул рукой еще раз, заставляя свою пару выгнуться навстречу ласкам. Еще немного помучив омегу, Тэ вынул пальцы из ануса брюнета, слизывая ароматную смазку. Услышав разочарованный вздох, Тэ счастливо улыбнулся. — Тэхена, войди в меня уже, — стонал от нетерпения малыш. Два раза альфе повторять не надо. Достав из комода резиновое средство защиты, Тэ раскатал презерватив по всей длине и рывком вошел в омегу. Чуть помедлив, рыжик дал омеге привыкнуть к ощущениям, позже начав медленно двигаться в паре. — Ч-черт, — вырвалось у Гука, — ты такой большой. — А ты, милый, до жути узкий, — рычал ТэТэ, продолжая еле-еле толкаться в брюнета. — Тэхена, быстрее, пожалуйста, — скулил младший. И Тэ сорвался на быстрый темп, каждый раз сильно стимулируя простату Чона головкой своего члена. По комнате разносились крики вперемешку со стонами и рычанием альфы. Пошлые шлепки мошонки альфы о красивую попу брюнета доставляли Киму еще большее удовольствие.       Их секс-марафон продлился еще несколько часов, прежде чем измученная пара не грохнулась на кровать, проваливаясь в желанный сон. Они любили друг друга на всех горизонтальных и вертикальных поверхностях комнаты до сорванных связок и расцарапанных тел обоих. Пара наслаждалась сексуальными утехами, не заботясь о тишине в доме. Слава богам, что родители Чона не узнали о том, где последнюю неделю проводил их сынок. Иначе без скандала бы не обошлось.