Верни меня

POV Деймон Еле держась на ногах, вползаю в комнату и падаю на кровать. Комочек, свернувшийся рядом, моментально оживает, и, после сегодняшнего, я откровенно не знаю, чего от нее ожидать. Она может наброситься на меня, может двинуть по роже, может еще что-нибудь выдать, ее хер поймешь. - Деймон..? – чахлый затравленный голос. Видимо, продолжения веселья не будет. Жаль. Пока я еще хоть немного бухой, я бы развлекся с ней с удовольствием и без угрызений совести. - Что ты здесь делаешь? – она начинает ворочаться и, наконец, полу садится на постели, натягивая на себя одеяло. Мля… полчаса назад она сидела на мне верхом, мои руки были на ее заднице, и ее ничего не смущало. А теперь, очевидно, снова активирован режим монашки. Охереть. - Можно ты не будешь ломаться, и мы просто продолжим с того, на чем остановились? – естественно, я прекрасно знаю ответ, но побесить ее – это святое дело. - Нет, нельзя, - у нее до сих пор немного заплетается язык, (малолетний алкоголик!!), - что ты сделал с Джулс? Серьезно?! У девушек что, где есть отдельная плата, отвечающая за маразм?! Какая ей на хер разница, что я сделал с Джулс? Или сгонять за вискарем и залить в нее, пока она еще не до конца очухалась? А, что? С бухой с ней хотя бы весело. Ну, да… кажется, я обещал ей не пользоваться. Я же не Майкл. - С ней все в порядке, - укладываюсь на подушках и притягиваю Елену к себе. Она начинает слабо протестовать, и резко начинает хотеться ударить ее. - Я выкинул Джулс в окно! – цежу я сквозь зубы, крепче прижимая ее дрожащее тело к себе, - будешь выпендриваться, полетишь вслед за ней! Она еще пытается пискнуть что-то, но быстро затихает, очевидно, не желая пробовать себя в роли птицы. - Хороший выбор, - зарываюсь носом ей в волосы, - твое счастье, что я очень хочу спать… иначе, я б тебя даже не трахнул… я б тебя отымел и все… - Неправда… - еле слышно отзывается она, - ты же обещал. - И, что? – идея с «отыметь» начинает все больше и больше радовать мое больное воображение. - Ты не подлый… - Мышонок… - по-моему, у меня уже не смех, а истерика. Довели Деюшку! Доиграются, стану нервным, начну писаться по ночам и дергать правым глазом, будут знать, как ломать мою нежную детскую психику. - Ты очаровательна в своей наивности… - прижимаю ее еще крепче, кажется, начисто лишая возможности дышать. Ничего. Потерпит. - Почему..? – еле слышно пищит Елена. Смотрите, ка! Еще живая! - Ты думаешь, человека, который только что выбросил одну девку в окно, что-то удержит от того, чтобы трахнуть другую? - Да… Какое поразительное упорство!!! - Лучше заткнись, - укладываю ее поудобнее, чтобы прижаться к ее очаровательной заднице, которая очевидно, не достанется мне, во всяком случае, до следующий пьянки, - тогда, может быть, ты все же выживешь. - От тебя вкусно пахнет… Она, что, в маразме?! - Ты хочешь лишиться своей драгоценной невинности прямо сейчас? - Нет! – она вздрагивает, и я блаженно улыбаюсь. Да, детка! Пошевелись еще! Ты же так удачно лежишь! - Тогда заткнись и постарайся не двигаться. Утыкаюсь лицом ей в шею… и правда, ее счастье, что я уже вырубаюсь. Провожу руками по ее телу, замираю на секунду, плюнув на все, скольжу ладонями ей под рубашку и накрываю ими ее обнаженную грудь. Мышонок тут же начинает сопротивляться. Ну, кто бы сомневался?! - Хочешь к Джулс?! – я стискиваю зубы и пальцы у нее на груди, заставляя ее сдавленно вскрикнуть. - Нет… - Тогда заткнись и спи. Пока разрешают. Удивительно, но на этот раз логика в этой очаровательной безмозглой голове почему-то одерживает верх, она сдается и засыпает. Боль медленно стекается по всему моему телу, собирается в голове и сливается в один большой ледяной шар, который с каждой секундой становится все больше, больше, больше, и, наконец, взрывается. - Деймон, отпусти меня!!!!!!!!!!! – оглушительный вопль режет пространство вокруг, а в глаза бьет яркий солнечный свет. Доброе утро, твою мать!!! Резко сажусь на постели, пытаясь справиться с дикой головной болью, и судорожно начинаю соображать, что происходит. В памяти малобюджетным недеснеевским мультиком проносятся все события вчерашнего дня… Паркер, Нил, гробы, курица, рыдающий мышонок, платье, вечеринка, поцелуй, а дальше… твою, же мать… Кэролайн, Джулс и твою же мать – два… твою ж! Одним движением соскакиваю с кровати, и Елена практически одновременно со мной делает то же самое. - Спокойно!!! – выставляю вперед руки, - ничего не было!!! - Точно? – она ошалело смотрит на меня, стоя с противоположной стороны кровати, которая выглядит так «перепахано», как будто все было, причем бурно и не один раз. - Да, вроде… - Вроде?! – лицо абсолютно истеричное, - вроде?!?! Ты даже не помнишь?! - Тебя это, что, оскорбляет?! – удивленно смотрю на нее. - Меня это… - она с ненавистью смотрит на меня, - злит!!! Что?! Злит?! То есть, не бесит, не задолбало, не осточертело, а именно злит?! Я не мудак и не сволочь, а, наверное… негодник?! Так как-то?! Вчера она не была такой. Во всяком случае, насколько я помню. Ей было совершенно насрать, что я чуть ни трахнул ее прямо посреди бара. Ее не волновало, что я лапал ее, где хотел, целовал, где хотел, да и вообще, делал с ней все, что хотел. И я бы переспал с ней, ни на секунду не задумавшись, прямо там, за столиком возле танцпола, если бы не весь этот маскарад с Джулс. Переспал бы именно потому, что она не права. Я ни хера не благородный. Пока я могу думать, только это удерживает меня от того, чтобы поставить ее раком, или еще как-нибудь, и взять то, что должен хотеть взять от такого тела нормальный здоровый мужчина. Как только в организм попадает алкоголь, мозг отключается, и вот тут уже, прости, Елена Гилберт! Она испуганно смотрит на свой полуголый внешний вид и начинает неуверенно кутаться в рубашку. - Расслабься, - я не выдерживаю, - я там уже все видел. И даже трогал. И многое даже целовал. Елена вздрагивает и поднимает на меня перепуганные глаза. - Вчера… - она проводит руками по спутанным волосам, - ты купил мне платье… вечеринка… танец, и… нет… - из ее глаз вдруг, совершенно неожиданно начинают градом катиться слезы, - нет… ты… мы… там… при всех… какой позор… - она смотрит на меня так, как будто надеется, что я сейчас успокою ее, сказав, что ей все приснилось, (черт с два!), - нас все видели… Деймон, нас все видели!!! - Ну, и что? – пристально смотрю на нее, - там все были в говно. Поверь, им насрать. - Они видели… они знают тебя, меня… у всех на глазах, мы же чуть… или нет..? - Да. Я не знаю, жаль мне ее или нет. Возможно, что и жаль. Но щадить этот маленький комнатный цветок я точно не буду. Я не насильно напоил ее. Я вчера с ней вообще ничего насильно не делал. Во всяком случае, при всех. - А потом… - ее глаза бешено бегают на бледном лице, - в машине… - Там уже никто не видел. - Ты видел… - Я не видел, - слабо усмехаюсь, глядя на нее, - я учувствовал. - Как стыдно, - она всерьез начинает плакать, - какой позор… Знаете, что будет дальше? Я знаю. «Ты мудак, урод, как же ты мог?!» ну, может быть, в более культурном варианте. У меня вообще предложение к девушкам, хоть раз наберите в интернете слово «изнасилование» и прочтите определение. Сводки какие-нибудь криминальные послушайте, что ли! Что ж вы каждый раз нажравшись и переспав с кем-то, начинаете потом гнать, что это было против вашей воли?! Слушайте, договоритесь как-то со своей волей, пожалуйста, чтобы она не отказывалась от своих показаний! А-то сначала «О, да! Деймон! Пожалуйста!», а потом «Я не хотела!» нормальное такое нежелание?! Пиздец! - Как я могла..? – Елена сползает на пол и роняет голову на руки, - как я могла опуститься до такого? - Целоваться со мной – это опуститься? – черт его знает, почему, но ее слова больно бьют по моему самолюбию. - Нет же! – она поднимает на меня заплаканные глаза,- при чем здесь вообще ты?! Ты отпустил меня на вечеринку! Купил мне платье! Пошел со мной, чтобы мне не было страшно! Ты позволил мне развлечься, а я все испортила!!! - Ты и развлекалась, - мой голос хрипнет, - тебе было весело. - Я чуть не… - Елена рыдает взахлеб, - чуть не… занялась любовью с тобой посреди бара! У всех на глазах! Сказать ей, что это называется не «заниматься любовью» или не стоит? - Я… - ее всю трясет, и я подхожу ближе, не зная, полегчает ли ей от этого, - я… так низко… как я могла..? Деймон, как я могла? - Эй, - опускаюсь на корточки рядом с ней, ловлю ее за подбородок и разворачиваю к себе опухшее, красное от слез лицо, - забей на это. Просто забей. Тебе должно быть плевать. Ты пришла развлечься и развлеклась. Вчера после того, как ты пошла спать, Кэролайн наблевала на персидский ковер. И, думаешь, она испытывает угрызения совести? Поверь мне, нет! Спасибо, если сегодня она наедет на меня за то, что не догадался дать ей тазик, а, скорее всего, за то, что позволил ей так нажраться. Ты не обязана ни перед кем отчитываться за свое поведение, ты поняла меня? - Я опозорила тебя, - она хлюпает носом. - Ты сдурела?! – где-то слышал, что у страуса глаза больше, чем мозг, так вот, сейчас я, по любому, страус, - чем ты меня опозорила?! - Я же пришла с тобой… и так повела себя. - Не хочу тебя расстраивать, - что-то я реально не знаю, как реагировать на это, - «так повела себя» ты тоже со мной. - Все равно, - она упорно трясет головой, - ты мужчина. Тебе больше простительно. А я… - А ты, что?! – я начинаю злиться, - все теперь?! Пора в монастырь?! Или сразу повесимся? - Ты не понимаешь… - Не понимаю!!! И не собираюсь понимать! Просто возьми и забудь маразм, который вбила тебе в голову эта идиотка! И забей хер на ее тупое мнение! Насрать, расскажут ей или нет! Насрать, если она узнает! Насрать на то, что она подумает об этом! - Ого, - Елена смешно вытирает слезы ребром узкой, практически детской ладошки, - целых три кучи… - Что? – я хмурюсь, а она начинает еле заметно улыбаться. - Ну… ты сказал… насчет… - Ну? – тоже начинаю улыбаться, - давай, скажи это. - Нет! – она моментально краснеет. - Давай! - Деймон, я не могу! - Не хочется напоминать тебе, - мне становится весело, - но совсем недавно ты сидела на мне верхом и мои руки были под твоей юбкой. И не только под ней. Так что, большое ханжество сейчас бояться этого слова! - Перестань… - она краснеет еще сильнее. - Скажи! - Отстань, Деймон! – Елена прячет лицо в ладонях, но я ловлю их и опускаю вниз. - Скажи, тогда отстану!!! - Насрать, - сдавшись, она поднимает на меня глаза, - доволен? - Да, - это правда, черт его знает, от чего, но я доволен, - все? Больше не рыдаем? - Нет, - она прерывисто вздыхает, - спасибо тебе. - За что? - За то, что поддержал. - И подержал… - Деймон!!! - Ладно, - я примирительно улыбаюсь, – не за что. - Есть за что! – она округляет свои и без того огромные глазища, - спасибо. - Хочешь меня по-настоящему отблагодарить? – уверен, у меня даже уши святятся. - Д-да… - Елена напряженно хмурится. - Побещай не рыпаться. - Деймон… - Пообещай! - Деймон, что ты задумал?! - Ничего криминального! - Правда? - Елена, - я хмурюсь, - ты доверяешь мне? - Да. Уму непостижимо!!! - Тогда пообещай. - Обещаю. С удовольствием перекидываю ее через свои колени, задираю рубашку и начинаю в упоении разглядывать ее задницу. - Что ты делаешь..? – физически чувствую, как она напрягается. - Считаю синяки у тебя на попе. - Деймон… - она хихикает. Хорошо, хоть не рыдает. Вообще, как ни странно, она… - Что здесь происходит?! Твою мать. Надя.