Верни меня

POV Елена - Ой… - открываю глаза и сонно смотрю на Нила, - я, что заснула? - У тебя было тяжелое моральное потрясение, - он ласково улыбается мне, - тебе надо отсыпаться. Иди к себе. Уже совсем поздно. Даже, скорее, рано. - А ты чего не спишь? – зеваю, прикрывая рот ладонью, и щурюсь от света ламп. На больших напольный часах почти пять утра. Я проспала всю ночь, свернувшись калачиком на диване в гостиной. Нил сидит рядом, домашний, уютный, в очень красивых очках, пьет вкусно пахнущий чай и читает «Грозовой перевал». - Я мало сплю, - он снимает очки и кладет их на край журнального столика, - иди, ложись. - Это ты укрыл меня пледом? - Да. - Спасибо. Повисает молчание. Как ни странно, спать мне больше не хочется. Рядом с ним почему-то очень спокойно. Спокойно настолько, что весь кошмар с выстрелом, ночевкой в доме их родителей и ссорами с Деймоном, остается где-то далеко-далеко. Наверное, он был хорошим парнем для своей девушки. И, думаю, стал бы очень хорошим мужем. - Почему вы расстались с Кейт? – Господи, это все пагубное влияние Деймона, я бы никогда в жизни не позволила себе задать такой бестактный вопрос! - Она умерла, - Нил смотрит очень спокойно. - Извини… - Ничего, - он едва заметно улыбается, - в этом мы с тобой коллеги. - Что с ней произошло..? Я ненавижу себя. Ненавижу за то, что спрашиваю, но, тем не менее, все равно не могу промолчать! Это какой-то кошмар! - Самолет взорвался, - тихо отзывается Нил, - частный самолет, в котором должны были быть мы оба. Я не успел. Меня задержали на взлетной полосе. Ее убили, Елена. Несчастный случай подстроили. Я не должен был сесть в тот самолет. Вернее, одни люди пытались убить ее, другие меня. Все пытались списать смерть одного из нас на взрыв самолета. Просто, тот, кто охотился за ней, оказался умнее. Или быстрее. Вот и все. - Это ужасно… - у меня сердце разрывается от жалости к нему, - как же ты..? - В жизни есть вещи важнее, чем любовь, - он снова улыбается, слабо-слабо, почти незаметно, - в определенный момент это понимание приходит, и все начинаешь воспринимать иначе. Проще. Почему-то мне становится неловко говорить о Кейт. Словно, я ворую ее у него. Задаю свои дурацки вопросы, и ему приходится делиться воспоминаниями. Тем, что осталось. Тем, что принадлежит и должно принадлежать только им двоим. - Я пойду спать, - облизываю пересохшие губы, и собираюсь подняться, - Деймон уже приехал? - Елена… - Нил шумно выдыхает, - Деймон не приедет. - Что это значит? - Он уехал. Улетел. В другой город. По делам. - Навсегда? - Ну, что ты? – Нил усмехается и, почему-то, опускает глаза, - на два дня. Почему он так говорит мне это? Что за город, что за дела, и..? Тут что-то не так. - Нил, он..? – набираю в легкие побольше воздуха, - он поехал к девушке? - Нет… - молчание, - он поехал с девушкой. - Ясно, - делаю попытку встать, но Нил ловит меня за руку. - Елена, послушай, мой брат… он сам всегда говорит, в таких, как он не влюбляются. - Да, - изо всех сил стараюсь не расплакаться. Во всяком случае, не при Ниле. Господи, хоть бы он побыстрее отпустил меня, можно было подняться наверх и плакать там столько, сколько захочется. И кутаться в его рубашку, и утыкаться носом в подушку, которая, может быть, еще сохранила его запах, и жалеть себя, и снова плакать. Все то, чего я никогда не позволяла себе раньше, все то, за что Эмили осудила бы меня. Все то, чего мне, на самом деле, всегда так не хватало. - Елена, он… - Я пойду спать, Нил, - у меня предательский начинает дрожать голос, - до завтра… до сегодня, то есть… извини… Бегом поднимаюсь на второй этаж, и, когда уже готова разреветься, пользуясь тем, что, наконец, осталась в полном одиночестве, с верха лестницу, доносится тихий голос Ребекки. - Деймон идиот. Вздрагиваю и неуверенно поднимаю на нее глаза. - Что..? Свободная коса, длинный шелковый халат… почему она-то не спит? Неужели, тоже ждала моей реакции на отъезд Деймона? Неужели, все так очевидно? Какой ужас. Какой кошмар, какой позор и какой несусветный ужас. - Осталось выяснить, ты такая же идиотка, как и он, или нет… - Ребекка медленно спускается вниз, пристально глядя на меня. - Почему идиотка..? - мне становится неловко, - что не так? - Деймон ходит вокруг тебя кругами, а ты то бегаешь от него, то страдаешь, что он с другой. Дорогая, он не евнух. Вспыхиваю и заливаюсь краской. - Я знаю. - Ну, а что ты тогда от него хочешь? – Ребекка подходит ко мне и скрещивает руки на груди. - Ничего не хочу… - Вранье. Ты хочешь. Его хочешь. Ты влюблена в него. - Нет! - Да. Неужели, все так заметно, и так очевидно? Неужели, и Ребекка, и Нил все знают..? Какой ужас… - Да… - я не знаю, куда деться от стыда, - да, влюблена. - Елена, - Ребекка шагает ко мне, берет за плечи и заставляет поднять на нее глаза, - Деймон трахает все, что движется. А, все, что не движется, двигает и… в общем, понятно. Он привык, что может в любой момент и совершенно без угрызений совести кинуть любую девушку после того, как переспал с ней. Он понимает, что ты никуда не денешься. Но ты сама умудрилась уже шугануть его столько раз, что вполне закономерен тот факт, что он плюнул и стал жить прежней жизнью. - Ты думаешь… - я сглатываю, и закусываю губу от волнения – я ему тоже нравлюсь? - Я думаю, что слово «нравлюсь», неприменимо к Деймону Сальватору. Его тянет к тебе. А тебя к нему. И, чтобы не заметить этого, нужно быть слепым. Деймон не из тех, кто будет добиваться. Он привык, что все всегда сами падают к нему в кровать. Если этого не происходит, он может либо взять силой, либо не взять совсем. Силой он решил не брать. - Он рассказал тебе?! – кажется, у меня на секунду останавливается сердце. - Рассказал. Если ты хочешь хотя бы попытаться быть с ним, теперь тебе придется объяснить ему, что ты сама этого хочешь, а не он принуждает тебя к этому. Потому что в противном случае, он больше даже пальцем тебя не тронет. И не питай иллюзий на тему того, что он так нежно и трепетно к тебе относится. Он ненавидит Майкла до такой степени, что никогда в жизни не сделает ничего, хоть отдаленно его напоминающее. Майкл забрал тебя себе, против твоей воли… не спросив тебя. Не оставив выбора. Как только Деймон уверился в том, что поступает так же, он само ликвидировался. И, пока он не поверит, что это нужно и тебе, а не ему одному, он больше на пушечный выстрел к тебе не подойдет. - И, что теперь делать..? – ошарашенно смотрю на нее. - Ехать за ним, - Ребекка невозмутимо пожимает плечами. - Что?! – меня, словно, обдает кипятком, - нет! Я не смогу… это… это же унизительно. - Елена! – Ребекка сжимает зубы, - какое тебе дело до того, кто и что подумает?! Это настоящая жизнь! Взрослая! Не за пазухой у Эмили, а просто жизнь! И в ней иногда, к сожалению, приходится принимать решения! Либо ты решаешься и пытаешься объяснить этому самовлюбленному принципиальному тугодуму, что он дебил, либо нет! - Но… - испуганно хлопаю глазами, - он же там с девушкой… - Он там ради Клауса. Девушка – это просто человек, у которого есть то, что ему нужно. Деймон Сальватор никого не любит, Елена. Не питай иллюзий на тему того, что он влюбится в тебя и упадет к твоим ногам. Не упадет. Но ты, ведь, и влюбилась в него такого. Не лежащего у ног. - Да… - У тебя есть два часа на то, чтобы успеть в аэропорт. Я вздрагиваю от ее голоса. Куда?! В какой аэропорт, я из города-то ни разу в жизни одна не выезжала. Я не умею пользоваться даже общественным транспортом, какой аэропорт? Я даже примерно не представляю себе, как туда добираться. - А ты не можешь поехать со мной? - Нет, - спокойно отзывается Ребекка, - потому что, как только наши красавцы узнают, на что я тебя подбила, они тут же забросают меня тапками и кинуться тебя возвращать. Готова спорить, что Кэффри уже уснул. Если ты быстро соберешься, вызовешь такси и тихо свалишь отсюда, я утром что-нибудь совру им. Но, если я уеду тебя провожать, тут будет взрыв, попадать в последствия которого, мне совершенно не хочется. - Ребекка… - как же ей объяснить..? - понимаешь, я… я ни разу… - Не летала, - она спокойно кивает, - я догадываюсь. Ты вообще ни разу не совершала поступков. Либо начинаешь совершать, либо нет. Я не смогу. Очень хочу, но… это позорно. И страшно. И у меня в голове не укладывается что такое, в принципе, может быть. Что девушка может позволить себе… нет… это слишком для меня, и… - Пожалуйста, можешь вызвать такси? Я не помню, ничего после этого момента. Какие-то обрывки. Душ, вещи, Ребекка дала мне денег… такси… Водитель помогает найти стойку регистрации, милая женщина, поняв, что я не издеваюсь, а просто не знаю, что нужно, терпеливо ждет, пока соображу, что делать. Когда мне уже кажется, что я сейчас умру от страха и приступа паники, на меня натыкается какой-то милый старичок, и, выяснив, что мы летим одним рейсом, помогает добраться до моего места в самолете. И вот, когда, наконец, это огромное, немыслимо мощное… существо взлетает, я жмурюсь, перевожу дух и только тогда понимаю, что же я сделала. Я лечу в Париж. К Деймону. К Деймону, который не знает о том, что я должна прилететь. Который не ждет меня, не встретит, который неизвестно, как отреагирует на мое появление, если я вообще разыщу его там. Я знаю лишь название гостиницы, где он должен был остановиться. А, если он остановился в другой? А, если, когда я приеду, его там уже не будет? А, если он вместе с той девушкой? Господи, почему я не подумала обо всем этом прежде, чем сесть в самолет и кинуться за ним через океан?! Что мне теперь делать? Прыгать? Чтобы уж, наверняка? - Милая, ты мне не поможешь? Костюм от Шанель, (Эмили носила такие), очень дорогие очки, насколько крупных колец на тонких, сморщенных пальцах, аккуратный, неяркий маникюр, помада в цвет лака на ногтях, очень красивая седина, короткая стрижка… она протягивает мне свой телефон и непонимающе хлопает глазами. - К… конечно, - беру телефон из ее рук, - а, что нужно? - У меня там все время мигает какое-то сообщение! – она очень смешно морщится, и этим сразу напоминает мне Лили Сальватор, - а я никак не могу его оттуда убрать! - Сейчас… - начинаю быстро скользить пальцами по экрану, - минутку… оператор предлагает Вам расширить пакет… - Какой пакет?! – она недовольно хмурится, - мне не нужен никакой пакет! Если это не от сына, то мне неинтересно! - Тогда все, - улыбнувшись, протягиваю ей телефон, и она тут же улыбается в ответ. - Спасибо. Большое спасибо, милая. Мой взгляд падает на мигнувшее фото-заставки, и я невольно замираю, глядя на него. - Мы вместе уже сорок два года! – гордо сообщает моя соседка, - и каждый день я с трудом сдерживаюсь, чтобы не задушить его! Зато, каждый вечер, мы вместе пьем молоко и болтаем обо всем. Сейчас принято считать, что молоко взрослым людям не очень полезно, но, взрослым нельзя, а старикам можно. Сорок лет. Представляешь, сорок лет понадобилось ему, чтобы запомнить, что теплое молоко пьют из кружки, а не из стакана! Но он, конечно, все-таки смирился… особенно, когда я заставила его самого помыть за собой этот узкий стакан! - А, как вы познакомились? – я улыбаюсь, страх уходит… невозможно передать, сколько же, оказывается, вокруг нас замечательных и добрых людей. Вот она. Совсем другая жизнь. Совсем рядом. Целая история. Люди, прожившие вместе больше сорока лет, их дети, семья. Их увлечения и традиции. Правила. Порядки. Ее фирменное блюдо, его любимая домашняя кофта, их семейное фото, и странная традиция отмечать последнюю пятницу месяца. Сын, похожий на кого-то из них, кассеты с домашним видео, где он учится ходить. Новомодный телефон, который ей совершенно не нужен, но, который именно тот сын и купил ей на прошедшее Рождество. И все это было. И как-то началось, и продолжилось, и продолжается до сих пор, и люди счастливы в этом. Совершенно незнакомые, посторонние чужие мне люди… а я чужая для них, ведь, у них совершенно другая жизнь, для которой я непривычная, дикая… но мы сидим на соседних креслах, и такие разные жизни внезапно оказываются так близко друг к другу…. - О! – она заговорчески улыбается мне,- мой отец был фермером… я жила тогда в родительском доме, у нас было свое хозяйство… но прошло несколько неурожайных лет, мы набрали кредитов. Он был сотрудником банка…. Таким молодым… заносчивым… и очень горячим. Приехал выбивать из нас долги. Денег ему мы так и не заплатили, зато он удачно женился, - она начинает смеяться, и глубокие серые глаза загораются счастливыми огоньками, - он бы так и уехал без меня, если бы я сама не напросилась с ним в город. Вот сорок три года, он никак не довезет меня до того города… страшно представить, что было бы, если бы я тогда возгордилась и осталась ждать непонятно чего… вся моя жизнь изменилась бы. Мы прощаемся, как родные, она помогает мне взять такси, и восхищается моим французским, (спасибо Эмили!). Не думала, что язык, который я учила ради одного мужчины, поможет мне попытаться отыскать другого, но, видимо, это так. Моя очередь бросаться за тем, кто мне дорог. Я не хочу другую жизнь. Шумный город, обрывки относительно понятных фраз, спешащие по своим делам люди… вот она, его гостиница. Четыре этажа, бежевые стены, слегка золоченые перила на крыльце, мраморные ступеньки… Все мои вещи поместились в одну объемную женскую кожаную сумку, которую дала мне Ребекка, потому что мы с ней решили, что процесса сдачи, и, уж тем более, получения багажа, я точно не переживу. И вот теперь, я прижимаю к себе эту сумку, отчаянно всматриваясь в людей вокруг. А вдруг он выйдет с ней? Вдруг он совсем не обрадуется, увидев меня? Вдруг разозлится? Вдруг Ребекка ошиблась, и ему нет, и никогда не было до меня никакого дела? Вдруг все это..? Кожаная куртка, потертые джинсы, черные волосы… - Деймон!!!