Мой брат-мое отражение

Когда я проснулся, то близнец обнимал меня за талию. Он показался мне милым. Но я решил его разбудить. Зная, что сам он не проснется, я встал с кровати (Коил при этом то-то недовольно пробурчал и обнял подушку), надел джинсы с трусами, футболку я не нашел, поэтому пошел на кухню с голым торсом. Там налил в трехлитровую банку ледяной воды и вернулся к брату. Я постоял, подумал, делать ли мне задуманное, а потом вылил содержимое банки на брата. Видели бы вы его выражение лица. Такое злое оно было, что даже я испугался. -Ты что, совсем охуел? – стал кричать, нет, даже орать, Коил. -Нет, что ты, - я поспешил смотаться в соседнюю комнату, закрыл дверь на замок и закурил. Мокрый, разъяренный близнец, закутанный в простыню, стал колотить в дверь и выкрикивать нецензурные выражения. - Открой, сука, - это было самое приличное, что я услышал из его уст. - Прекрати орать и, может быть, я тебе открою, - я едва не подавился табачным дымом, когда близнец снова стал колотить в дверь. - Если ты не откроешь сам, то я вышибу эту дверь к чертям собачьим. Я проигнорировал его слова, открыл окно и продолжил курить. В тот момент я думал, какое наказание устроит мне Коил. Зная брата как облупленного, его наказание будет очень жестоким. Как же я был прав. Не смотря на то, что близнец не был особо сильным, он все-таки вышиб дверь, влетел в комнату и, схватив меня за руку, потащил в свою комнату. - Ну, все, мальчишка, сейчас я буду тебя наказывать, - прошипел он и я оказался на кровати. Коил закрыл дверь, хотя знал, что я сопротивляться не буду. Он достал из под кровати странную коробку. - Что там? – в принципе, мне было все равно, но я хотел показать ему, что не много, но напуган. - БДСМ, братик, - он не добро улыбнулся.- Цепь или наручники? Что предпочтешь? - Мне все равно. Ты же у нас этим промышляешь. - Ну ладно. Тогда цепь, - он связал мои руки грубой цепью. Было больно, но я не показывал это брату. Коил снял с меня джинсы вместе с трусами. Ему бы пришлось повозиться с моей футболкой, если бы она на мне была. - Тебе что, совсем не страшно? – поинтересовался он, посмотрев карими глазами в мои точно такие же. - Ну да. Ты же мне больно не сделаешь, – когда я это говорил, то был уверен в своих словах. – Тем более что я забыл принять лекарство. Коил знал, что когда я так делаю, то какое-либо чувство у меня атрофируется. - Это не хорошо, - он ушел, но вернулся через пять минут с моим лекарством и бутылкой коньяка. Брат запихнул мне в рот таблеток больше, чем надо и влил коньяк мне в горло. Я никогда не пил коньяк (ну, после клиники точно) и он обжег мне горло. - Тебе папа с мамой не говорили, что лекарство алкоголем не запивают? Смерти моей хочешь? – некоторые чувства все же стали просыпаться. Но близнец проигнорировал мои слова. Он взял с тумбочки какую-то веревочку и перевязал ею мой член. - Зачем это? – немного напуганным голосом спросил я. - Если все правильно сделать, то кончить ты не сможешь. – Коил достал все из той же коробки смазку и смазал ею мой проход. Я все-таки стал немного опасаться, а когда близнец достал фалоимитатор, то испугался и он это заметил. - Правильно, бойся. В следующий раз не будешь проказничать. Но я не буду останавливаться. Брат включил фалоимитатор, который завибрировал в его руках и резко вставил его в проход. Я громко вскрикнул. - Ммм, у кого-то прекрасный голосок, я посмотрю. – Коил нагнулся к моему уху, прикусил мочку, не прекращая имитировать движения одной рукой, а другой – надрачивая мой член. – Хочу услышать еще, - еще один толчок и я опять же кричу. Я быстро сдался. Мне было очень больно. Мои руки были связаны, скованны цепью, а то я бы ударил брата. - Отпусти меня, мне больно, – уже во все горло кричал я. - А что мне с этого будет? - Я больше не буду так делать. Близнец ухмыльнулся. Он вынул из меня фалоимитатор, развязал веревочку и помог мне кончить. Развязав руки от цепей, брат поцеловал запястья, на которых были следы от грубой цепи. - Братик-акробатик, хватит. Отпусти меня, - моем голосе дрожали слезы, и брат не на шутку перепугался сам. Позже, когда мы сидели в ванной, Коил пообещал больше не делать мне больно. Как же он ошибался в своих словах. Но тогда я понял, что мой брат, мое отражение, очень переживал о том, что сделал. Он даже пообещал избавиться от БДСМ и позже это сделал, оставив только наручники. Еще я понял, что не могу без близнеца. Все это время я любил его, как брата и не более. Но после двух проведенных вместе ночей, а после и вечера разговора, я понял, что люблю его совсем по-другому и хочу, чтобы он всегда был со мной.